Посткоронавирусное время может открыть для нас много малоприятных сюрпризов в новых социальных метаморфозах.
Вслед за коллегами, рискуя повториться, отмечу усиление негатива по отношению к москвичам и Москве со стороны остальных российских регионов. Хотя, российская провинция, в силу традиционной русской нелюбви к власти, всегда недолюбливала москвичей - как их представителей, вне зависимости от их профессиональной или социальной принадлежности.
Быстро подхваченная маргиналами идея о том, что заразу привезли в Россию москвичи, удивительно легко завладела массами. А как не завладеть, если сам мэр Москвы, дистанциируясь от москвичей, как от надоевшего обременения, сказал о них еще в марте: «Многие побывали в Куршевеле, привезли просто чемодан вирусов оттуда».
Да и само общество теперь делится на тех, кто свято верит в абсолютную правильность всех мер властей по сдерживанию ковида и тех, кто стал ее ярым критиком и даже ненавистником, хотя до карантина был вполне лоялен. Про оппозицию, получившую козыри в руки из-за спешки, правового волюнтаризма и явных перегибов на местах и говорить не приходится.
Тяжелое послевирусное "похмелье", которое пройдет через короткое время, оставит в сознании людей горький осадок той истины, от которой общество упорно отворачивалось со времен перестройки.
Государство давно отказалось от привычной советским людям идеологемы патернализма. Общественный договор стал жестче и циничнее.
При этом, российское общество получило два мощных удара от власти за последнее время. Первый - когда власть, фактически, в одностороннем порядке разорвало этот общественный договор, подняв пенсионный возраст.
Боюсь, что второй удар для многих - это факт оставления их один на один с новой вирусной угрозой: без помощи, без поддержки, а для многих - и без средств к существованию.
И какие бы широко освещаемые по ТВ меры по срочному строительству больниц не принимались, люди помнят, что эти так нужные сейчас больницы - совсем недавно массово закрывались, а студенты, призванные сейчас волонтерами, заняли места так же массово уволенных врачей.
Поэтому, здравицы в их честь, впрочем, несомненно заслуженные, непрерывно транслируемые пропагандистской машиной, оставляют горькое послевкусие государственного лицемерия. А запоздавшие и внешне энергичные меры поддержки граждан и бизнеса, к сожалению, перевешивает по-новому осмысливаемая пословица, стремительно теряющая свой юмор и также быстро приобретающая серьезную актуальность: спасение утопающих, дело рук самих утопающих.
https://t.me/proektkino/622
Вслед за коллегами, рискуя повториться, отмечу усиление негатива по отношению к москвичам и Москве со стороны остальных российских регионов. Хотя, российская провинция, в силу традиционной русской нелюбви к власти, всегда недолюбливала москвичей - как их представителей, вне зависимости от их профессиональной или социальной принадлежности.
Быстро подхваченная маргиналами идея о том, что заразу привезли в Россию москвичи, удивительно легко завладела массами. А как не завладеть, если сам мэр Москвы, дистанциируясь от москвичей, как от надоевшего обременения, сказал о них еще в марте: «Многие побывали в Куршевеле, привезли просто чемодан вирусов оттуда».
Да и само общество теперь делится на тех, кто свято верит в абсолютную правильность всех мер властей по сдерживанию ковида и тех, кто стал ее ярым критиком и даже ненавистником, хотя до карантина был вполне лоялен. Про оппозицию, получившую козыри в руки из-за спешки, правового волюнтаризма и явных перегибов на местах и говорить не приходится.
Тяжелое послевирусное "похмелье", которое пройдет через короткое время, оставит в сознании людей горький осадок той истины, от которой общество упорно отворачивалось со времен перестройки.
Государство давно отказалось от привычной советским людям идеологемы патернализма. Общественный договор стал жестче и циничнее.
При этом, российское общество получило два мощных удара от власти за последнее время. Первый - когда власть, фактически, в одностороннем порядке разорвало этот общественный договор, подняв пенсионный возраст.
Боюсь, что второй удар для многих - это факт оставления их один на один с новой вирусной угрозой: без помощи, без поддержки, а для многих - и без средств к существованию.
И какие бы широко освещаемые по ТВ меры по срочному строительству больниц не принимались, люди помнят, что эти так нужные сейчас больницы - совсем недавно массово закрывались, а студенты, призванные сейчас волонтерами, заняли места так же массово уволенных врачей.
Поэтому, здравицы в их честь, впрочем, несомненно заслуженные, непрерывно транслируемые пропагандистской машиной, оставляют горькое послевкусие государственного лицемерия. А запоздавшие и внешне энергичные меры поддержки граждан и бизнеса, к сожалению, перевешивает по-новому осмысливаемая пословица, стремительно теряющая свой юмор и также быстро приобретающая серьезную актуальность: спасение утопающих, дело рук самих утопающих.
https://t.me/proektkino/622