В минувшую пятницу на бывшем Лютеранском кладбище Смоленска (у дома №10 по улице Бакунина) кто-то трактором выкорчевал все оставшиеся памятники. Надгробия свезли в нижнюю часть погоста, ближе к ограде храма Иоанна Богослова, и свалили там.
Сейчас непонятно, кто и зачем это сделал. Обескуражены даже строители, которые сооружают лестницу на рядом расположенной улице Красина. Смоленское краведы уже направили запросы в органы власти.
Лютеранское кладбище в Смоленске появилось в начале 19 в. Там были погребены сотни смолян разных вероисповедений, среди которых местный губернатор 1807 – 1812 гг. Казимир Аш, «друг человечества» доктор Франц Валь, родители декабриста Пестеля и др.
Кладбище закрыли в 30-е годы 20 века, а после официально вывели из числа кладбищенских земель. Планировалось превратить это место в парк. Большинство надгробий вывезли и вторично использовали для создания монументов, оформления новых захоронений, облицовки зданий и мощения улиц. Сломанный крест с могилы маленького мальчика недавно нашли на улице Пушкина археологи.
Эксгумация и какая-либо рекультивация участка не проводились.
Идея с парком воплощения не получила, и место просто превратилась в зарастающий пустырь с редкими поломанными надгробиями.
В конце 20 в. появилась народная инициатива дать этому месту название «Сквер имени Пестеля», однако она официальной реализации не имела.
Таким образом, формально эта территория кладбищенской не является, следовательно, ограничений связанных с захоронениями тоже формально не существует.
Сейчас территория представляет собой два участка земли (719 и 34 на кадастровой карте), которые предназначены для использования под благоустройство (не для застройки).
Тем не менее, как вы понимаете, хоть большинство надгробий и убрали, все усопшие остались на своих местах. И они не преминут появиться, если начать что-то копать или строить.
Кладбища уничтожались и застраивались многократно, причем во всем мире. Но привычно было думать об этом, как о чем-то в прошлом, и мы не ожидали увидеть это в реальном времени.
Кроме того, именно изучение кладбищ и судеб похороненных привело нас к мысли, что надгробие – это иногда последний материальный культурный объект, оставшийся от человека. От этого видеть их снос особенно больно. Не говоря уже о том, что может произойти, если техника начнет беспокоить останки...
Тем более, что вместе с неравнодушными местными жителями и хозяевами расположенного рядом отеля «Арт-барин» мы в 2022-24 гг. проводили на Лютеранском краеведческие субботники. На них приходили десятки смолян, в том числе современные лютеране, приезжали и волонтёры из других городов. Много из Москвы, в том числе организаторы премии «Жить вместе» и представители православных общин. Нам содействовали в уборке администрация Ленинского района Смоленска и регоператор по вывозу ТКО. Параллельно кладбище стали изучать краведы, вести архивную работу.
Сил хватило, чтобы убрать значительную часть кустов, разогнать маргиналов, которые любили там выпивать. Все вместе мы вывезли оттуда несколько тонн мусора. В администрации города в 2023 году также проходили совещания о судьбе территории, и мы посылали туда свои предложения. Однако вскоре публичные обсуждения судьбы этого места стихли.
Что означает нынешний снос надгробий, мы не понимаем и испытываем большую тревогу
Сейчас непонятно, кто и зачем это сделал. Обескуражены даже строители, которые сооружают лестницу на рядом расположенной улице Красина. Смоленское краведы уже направили запросы в органы власти.
Лютеранское кладбище в Смоленске появилось в начале 19 в. Там были погребены сотни смолян разных вероисповедений, среди которых местный губернатор 1807 – 1812 гг. Казимир Аш, «друг человечества» доктор Франц Валь, родители декабриста Пестеля и др.
Кладбище закрыли в 30-е годы 20 века, а после официально вывели из числа кладбищенских земель. Планировалось превратить это место в парк. Большинство надгробий вывезли и вторично использовали для создания монументов, оформления новых захоронений, облицовки зданий и мощения улиц. Сломанный крест с могилы маленького мальчика недавно нашли на улице Пушкина археологи.
Эксгумация и какая-либо рекультивация участка не проводились.
Идея с парком воплощения не получила, и место просто превратилась в зарастающий пустырь с редкими поломанными надгробиями.
В конце 20 в. появилась народная инициатива дать этому месту название «Сквер имени Пестеля», однако она официальной реализации не имела.
Таким образом, формально эта территория кладбищенской не является, следовательно, ограничений связанных с захоронениями тоже формально не существует.
Сейчас территория представляет собой два участка земли (719 и 34 на кадастровой карте), которые предназначены для использования под благоустройство (не для застройки).
Тем не менее, как вы понимаете, хоть большинство надгробий и убрали, все усопшие остались на своих местах. И они не преминут появиться, если начать что-то копать или строить.
Кладбища уничтожались и застраивались многократно, причем во всем мире. Но привычно было думать об этом, как о чем-то в прошлом, и мы не ожидали увидеть это в реальном времени.
Кроме того, именно изучение кладбищ и судеб похороненных привело нас к мысли, что надгробие – это иногда последний материальный культурный объект, оставшийся от человека. От этого видеть их снос особенно больно. Не говоря уже о том, что может произойти, если техника начнет беспокоить останки...
Тем более, что вместе с неравнодушными местными жителями и хозяевами расположенного рядом отеля «Арт-барин» мы в 2022-24 гг. проводили на Лютеранском краеведческие субботники. На них приходили десятки смолян, в том числе современные лютеране, приезжали и волонтёры из других городов. Много из Москвы, в том числе организаторы премии «Жить вместе» и представители православных общин. Нам содействовали в уборке администрация Ленинского района Смоленска и регоператор по вывозу ТКО. Параллельно кладбище стали изучать краведы, вести архивную работу.
Сил хватило, чтобы убрать значительную часть кустов, разогнать маргиналов, которые любили там выпивать. Все вместе мы вывезли оттуда несколько тонн мусора. В администрации города в 2023 году также проходили совещания о судьбе территории, и мы посылали туда свои предложения. Однако вскоре публичные обсуждения судьбы этого места стихли.
Что означает нынешний снос надгробий, мы не понимаем и испытываем большую тревогу