меня погубит желание приблизить то, что далеко и априори не может быть ближе. преследует жадность астронома — оцениваю по достоинству высоко, очерчивая градус расстояния. мне мало из своей точки рассматривать кроху-звезду, для ее обозревания я обязательно изобрету телескоп из подручных жестов и взглядов. растущий в остервенелом любопытстве аппетит не позволит мне остановиться. и стоит потянуться, сделать рывок смелым шагом вперед, как я пойму, что посягнула на нечто мне несоразмерное — прелестное в своей непринужденной отстраненности, задумчивом безразличии, одинаково озаряющее светом всех и в то же время никого конкретно. меня застанет врасплох страх — мне нечего предложить звезде. она уже горит и пламенем меня сжигает, моя скромная искра останется незамеченной, если только не станет помехой, не прогоняемой мошкой. исступление вытесняет меня из близлежащих орбит, я снова становлюсь сторонним наблюдателем: малым за великим.

я всегда в позиции созерцателя, всегда сознаюсь в своей маленькости перед неопровержимо прекрасным.