Дружба крепкая.
Осенью 2022 года задавались вопросом, что же будет на территории Украины спустя годы и ещё сотни тысяч жертв.
Осенью 2026 года можно ответить: кажется, что могут произойти любые метаморфозы, но с обязательным условием — в новых формулах всегда будет прагматика со стороны поддерживающих войну и трупы.
На встрече с Трампом, выступая с трибуны ООН, В. Зеленский неоднократно предостерегал США, мировое сообщество, что Украина непременно воспрепятствует получению Россией доходов от экспорта энергоносителей.
Наша мишень — это способность России финансировать эту войну, затягивать её... мы пытаемся самостоятельно сжечь российские доходы... дальнобойные украинские дроны будут доходить до военных заводов где-то в Сибири.
Много суровых слов произнесли в ООН и союзники Украины. Будут новые адские санкции, да.
Так получилось, что этот конфликт выразительным образом продемонстрировал, как слова расходятся с прагматикой и трупами.
Любой гражданин может посмотреть объёмы прокачки по нефтепроводу «Дружба». В июле, августе, сентябре 2026. В период украинских «Дальнобойных санкций» и «40 дней кошмара».
Не где-то в Сибири, куда долетают украинские дроны, а прямо через территорию Украины.
Прямо сейчас, «в штатном режиме без технических сбоев».
Но всё-таки на уровне, чуть ниже (на 18-20%) номинального.
Но не из-за Украины, а из-за снижения производства в России.
Как известно, Великобритания вывела из-под санкций нефтепровод «Дружба» до октября 2027 года, «чтобы британский бизнес случайно не остановил транзит нефти в Венгрию и Словакию».
Тридцать пять тысяч одних курьеров обещанных ужесточений «Дружбы» не коснулись.
Состязание предельных прагматизмов, которое сейчас происходит во многих сферах политики и экономики, причудливым образом дополняет человеческую мясорубку.
Очевидное свидетельство легковесности слов, обещаний и проклятий.
Каждая сторона, очно или заочно участвующая сейчас в переговорах о мире, должна не бряцать угрозами, а приводить позитивные предложения о готовности конкретными действиями приблизить мир.
И наилегчайший способ, например, для ЕС — предложить отмену хотя бы части ограничений для России. Но и даже эти предложения пока не звучат.
Осенью 2022 года задавались вопросом, что же будет на территории Украины спустя годы и ещё сотни тысяч жертв.
Осенью 2026 года можно ответить: кажется, что могут произойти любые метаморфозы, но с обязательным условием — в новых формулах всегда будет прагматика со стороны поддерживающих войну и трупы.
На встрече с Трампом, выступая с трибуны ООН, В. Зеленский неоднократно предостерегал США, мировое сообщество, что Украина непременно воспрепятствует получению Россией доходов от экспорта энергоносителей.
Наша мишень — это способность России финансировать эту войну, затягивать её... мы пытаемся самостоятельно сжечь российские доходы... дальнобойные украинские дроны будут доходить до военных заводов где-то в Сибири.
Много суровых слов произнесли в ООН и союзники Украины. Будут новые адские санкции, да.
Так получилось, что этот конфликт выразительным образом продемонстрировал, как слова расходятся с прагматикой и трупами.
Любой гражданин может посмотреть объёмы прокачки по нефтепроводу «Дружба». В июле, августе, сентябре 2026. В период украинских «Дальнобойных санкций» и «40 дней кошмара».
Не где-то в Сибири, куда долетают украинские дроны, а прямо через территорию Украины.
Прямо сейчас, «в штатном режиме без технических сбоев».
Но всё-таки на уровне, чуть ниже (на 18-20%) номинального.
Но не из-за Украины, а из-за снижения производства в России.
Как известно, Великобритания вывела из-под санкций нефтепровод «Дружба» до октября 2027 года, «чтобы британский бизнес случайно не остановил транзит нефти в Венгрию и Словакию».
Тридцать пять тысяч одних курьеров обещанных ужесточений «Дружбы» не коснулись.
Состязание предельных прагматизмов, которое сейчас происходит во многих сферах политики и экономики, причудливым образом дополняет человеческую мясорубку.
Очевидное свидетельство легковесности слов, обещаний и проклятий.
Каждая сторона, очно или заочно участвующая сейчас в переговорах о мире, должна не бряцать угрозами, а приводить позитивные предложения о готовности конкретными действиями приблизить мир.
И наилегчайший способ, например, для ЕС — предложить отмену хотя бы части ограничений для России. Но и даже эти предложения пока не звучат.