Репост из: Юрий Баранчик
Надо ли пересмотреть концепцию СВО и как. Часть вторая.
Первая часть тут.
Сегодня правовой режим «уровней реагирования» (Указ №756) выглядит так. Еще в октябре 2022 года президент ввел разные уровни реагирования: в новых 4 регионах – военное положение (максимальный уровень); в Белгородской, Брянской, Курской, Воронежской, Ростовской областях, Крыму и Севастополе – средний уровень реагирования (желтый). Там разрешено строить укрепления и досматривать транспорт; остальная территория Россия (и Казань, и Рязань, и Ленобласть) живут в режиме «базовой готовности».
Когда дрон врезается в НПЗ в Татарстане или падает обломок ракеты в поле в Саратовской области, власти объясняют это не как «акт войны или элемент военной операции», а как «террористическую атаку киевского режима по гражданским объектам», «падение обломков после работы ПВО» или «ЧП техногенного характера».
Т.е., в нынешней системе правовых координат удар по элементам наших СЯС или по НПЗ – это не армейская операция ВСУ, а террористическая атака. Такой подход имеет огромное множество правовых следствий, которые здесь просто нет возможности детально рассмотреть.
Однако можно зафиксировать главное – если украинская хунта проводит террористические атаки, то, возможно, мы найдем и тот путь, который позволит нам официально перейти к другим, гораздо более эффективным методам ведения боевых и прочих действий против врага и не только на территории Украины.
Думаю, многие уже догадались, что речь идет о переходе от СВО к КТО (контртеррористической операции). Да, пока в нашем законодательство КТО можно проводить только на российской территории и КТО пока менее, скажем так, концептуально нагруженное и "масштабное мероприятие", чем СВО. Однако, и СВО мы сначала начали, и только потом внесли изменения в Закон «Об обороне».
Не вижу никаких проблем в том, чтобы законодательно не только расширить возможность ведения КТО на территории других государств, но и наделить ее такими же статусами, как и СВО, и даже круче, в том числе, концептуально расширить многие трактовки и определения – жизнь меняется, и законодательство, для обеспечения мощи нашего государства и инструментов воздействия на врагов, надо оперативно приспосабливать к этим изменениям.
Это позволит перейти и к уничтожению лидеров украинской террористической группировки, нанесению ударов по местам их дислокации и не только в рабочее время, но и по местам отдыха и сна. А были ли они там - кто знает?
Плюс сюда же под раздачу попадет и западная помощь хунте – как помощь террористической группировке, включая обозначенные ранее Минобороны России места военных производств в Европе и Британии. Что касается вопроса, мол, как так, нельзя же признать целое государство террористическим, то и такие примеры у нас есть: запрещенные в России террористические государства организации «Аль-Каида» и «ИГИЛ».
Да, таким шагом мы отсечем возможность переговоров с хунтой. А что, нам за последние 55 лет переговоры хоть раз что-то дали? Поэтому надо мочить до упора, как говорил наш президент, - и в сортире. А как выбросят белый флаг, тогда и переговорить можно будет. Но только на одну тему – об условиях капитуляции и объеме репараций (дани - каждому), при том не только с Украины, но и с тех стран Запада, которые были спонсором террористов, включая главных закоперщиков - США и Британию.
Первая часть тут.
Сегодня правовой режим «уровней реагирования» (Указ №756) выглядит так. Еще в октябре 2022 года президент ввел разные уровни реагирования: в новых 4 регионах – военное положение (максимальный уровень); в Белгородской, Брянской, Курской, Воронежской, Ростовской областях, Крыму и Севастополе – средний уровень реагирования (желтый). Там разрешено строить укрепления и досматривать транспорт; остальная территория Россия (и Казань, и Рязань, и Ленобласть) живут в режиме «базовой готовности».
Когда дрон врезается в НПЗ в Татарстане или падает обломок ракеты в поле в Саратовской области, власти объясняют это не как «акт войны или элемент военной операции», а как «террористическую атаку киевского режима по гражданским объектам», «падение обломков после работы ПВО» или «ЧП техногенного характера».
Т.е., в нынешней системе правовых координат удар по элементам наших СЯС или по НПЗ – это не армейская операция ВСУ, а террористическая атака. Такой подход имеет огромное множество правовых следствий, которые здесь просто нет возможности детально рассмотреть.
Однако можно зафиксировать главное – если украинская хунта проводит террористические атаки, то, возможно, мы найдем и тот путь, который позволит нам официально перейти к другим, гораздо более эффективным методам ведения боевых и прочих действий против врага и не только на территории Украины.
Думаю, многие уже догадались, что речь идет о переходе от СВО к КТО (контртеррористической операции). Да, пока в нашем законодательство КТО можно проводить только на российской территории и КТО пока менее, скажем так, концептуально нагруженное и "масштабное мероприятие", чем СВО. Однако, и СВО мы сначала начали, и только потом внесли изменения в Закон «Об обороне».
Не вижу никаких проблем в том, чтобы законодательно не только расширить возможность ведения КТО на территории других государств, но и наделить ее такими же статусами, как и СВО, и даже круче, в том числе, концептуально расширить многие трактовки и определения – жизнь меняется, и законодательство, для обеспечения мощи нашего государства и инструментов воздействия на врагов, надо оперативно приспосабливать к этим изменениям.
Это позволит перейти и к уничтожению лидеров украинской террористической группировки, нанесению ударов по местам их дислокации и не только в рабочее время, но и по местам отдыха и сна. А были ли они там - кто знает?
Плюс сюда же под раздачу попадет и западная помощь хунте – как помощь террористической группировке, включая обозначенные ранее Минобороны России места военных производств в Европе и Британии. Что касается вопроса, мол, как так, нельзя же признать целое государство террористическим, то и такие примеры у нас есть: запрещенные в России террористические государства организации «Аль-Каида» и «ИГИЛ».
Да, таким шагом мы отсечем возможность переговоров с хунтой. А что, нам за последние 55 лет переговоры хоть раз что-то дали? Поэтому надо мочить до упора, как говорил наш президент, - и в сортире. А как выбросят белый флаг, тогда и переговорить можно будет. Но только на одну тему – об условиях капитуляции и объеме репараций (дани - каждому), при том не только с Украины, но и с тех стран Запада, которые были спонсором террористов, включая главных закоперщиков - США и Британию.