Репост из: историк-алкоголик
Задали вопрос о том, чем советское увлечение паранормальным, паранаучным, потусторонним и эзотерическим принципиально отличается от точно такого же увлечения на Западе, где уфология, экстрасенсорика и New Age также цвели буйным цветом.
Всё просто — в институализации. В СССР различные антинаучные теории активно распространяли не только квазиучёные, а ещё и государственные организации, и ГосСМИ (других и не было):
— общество «Знание», существовавшее при Министерстве высшего образования;
— научно-популярные журналы «Техника — молодёжи», «Наука и жизнь», «Знание — сила», «Вокруг света»;
— телепрограмма «Очевидное — невероятное».
Тем самым происходила легитимация непроверенного, местами даже эзотерического знания, которое шло в одной упаковке с научным и доказанным.
Конечно, иногда официальная советская наука пыталась с этим бороться, в 1968 году даже была образована комиссия по борьбе с лженаукой при Академии наук СССР, которая регулярно разоблачала какие-нибудь «биополя» или «кожное зрение».
Но особо это не помогало.
Дело ещё и в том, что дискуссия в сфере паранауки была чуть ли не единственно свободной в стране – споры о каком-нибудь палеовизите или астроботанике находились вне досягаемости академической администрации и одновременно были идеологически лояльными, поэтому с трудом поддавалась цензуре.
Вообще, природа советского сциентизма происходила не из просветительских, а прежде всего пропагандистских задач. То же самое общество «Знание» возникло на базе «Союза воинствующих безбожников», который не задавался целю нести просвещение как таковое, а прежде всего стремился выбить из граждан религиозное сознание, а для этого не считал зазорным распространять и лженаучные теории, если официальная наука не могла что-либо объяснить.
Более того, сама марксистско-ленинская диалектика, претендовавшая на всеобщую методологию — универсальную теорию всего, по сути существовала на эзотерическом стыке паранауки и теории заговора. Что сначало породило «лысенковщину» — систему идеологической борьбы с академической наукой и точно такую же идеологическую легитимацию лженаучных концепций, например «агробиологию» Мичурина или «новое учение о языке» Марра. А затем и массовое увлечение паранаукой в 1950–1980-е.
В целом умение жонглировать марксистской терминологией в теоретической части любой научной работы предопределяло её верификацию как научной, если не для официальной академической науки, то для увлекающихся наукой граждан — точно.
Вступление по типу:
Давало чёткое понимание, что есть такая наука астроботаника и её эпистемологическая ценность очевидна, потому что основана на марксистско-ленинской философии.
Легитимация проходила и через создание целого ряда научно-исследовательских структур в контуре официальной науки, занимавшихся паранаукой. И дело опять же не только и не столько в наблюдении за НЛО, а прежде всего в исследовании всякой телепатии, экстрасенсорики, телекинеза, гипноза и прочей чертовщины, на институализации которой и выехал Кашпировский: в телевизоре его позиционировали как представителя официальной медицины, директора республиканского медцентра.
Я писал об этом раньше, в рамках рассказа о вере в научное чудо и вообще сверхзнание, которое в значительной степени определяло представление советского человека об окружающем мире. Там я коротко коснулся официальных советских исследований в области паранауки. А ведь ЦРУ, например, считало, что в СССР действовало аж 27 различных научных организаций и подразделений, занимавшихся всяким потусторонним.
Все 27 я не нашёл, но в закрытом канале подготовил экскурсию по 9 официальным советским исследовательским структурам, занимавшимся паранаукой за средства госбюджета.
ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4
альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory
Всё просто — в институализации. В СССР различные антинаучные теории активно распространяли не только квазиучёные, а ещё и государственные организации, и ГосСМИ (других и не было):
— общество «Знание», существовавшее при Министерстве высшего образования;
— научно-популярные журналы «Техника — молодёжи», «Наука и жизнь», «Знание — сила», «Вокруг света»;
— телепрограмма «Очевидное — невероятное».
Тем самым происходила легитимация непроверенного, местами даже эзотерического знания, которое шло в одной упаковке с научным и доказанным.
Конечно, иногда официальная советская наука пыталась с этим бороться, в 1968 году даже была образована комиссия по борьбе с лженаукой при Академии наук СССР, которая регулярно разоблачала какие-нибудь «биополя» или «кожное зрение».
Но особо это не помогало.
Дело ещё и в том, что дискуссия в сфере паранауки была чуть ли не единственно свободной в стране – споры о каком-нибудь палеовизите или астроботанике находились вне досягаемости академической администрации и одновременно были идеологически лояльными, поэтому с трудом поддавалась цензуре.
Вообще, природа советского сциентизма происходила не из просветительских, а прежде всего пропагандистских задач. То же самое общество «Знание» возникло на базе «Союза воинствующих безбожников», который не задавался целю нести просвещение как таковое, а прежде всего стремился выбить из граждан религиозное сознание, а для этого не считал зазорным распространять и лженаучные теории, если официальная наука не могла что-либо объяснить.
Более того, сама марксистско-ленинская диалектика, претендовавшая на всеобщую методологию — универсальную теорию всего, по сути существовала на эзотерическом стыке паранауки и теории заговора. Что сначало породило «лысенковщину» — систему идеологической борьбы с академической наукой и точно такую же идеологическую легитимацию лженаучных концепций, например «агробиологию» Мичурина или «новое учение о языке» Марра. А затем и массовое увлечение паранаукой в 1950–1980-е.
В целом умение жонглировать марксистской терминологией в теоретической части любой научной работы предопределяло её верификацию как научной, если не для официальной академической науки, то для увлекающихся наукой граждан — точно.
Вступление по типу:
«Советская астроботаника, развиваясь на прочной основе диалектико-материалистической методологии, добилась выдающихся успехов и, благодаря марксистско-ленинской философии, смогла опровергнуть идеалистические и механистические концепции, распространённые в зарубежной литературе».
Давало чёткое понимание, что есть такая наука астроботаника и её эпистемологическая ценность очевидна, потому что основана на марксистско-ленинской философии.
Легитимация проходила и через создание целого ряда научно-исследовательских структур в контуре официальной науки, занимавшихся паранаукой. И дело опять же не только и не столько в наблюдении за НЛО, а прежде всего в исследовании всякой телепатии, экстрасенсорики, телекинеза, гипноза и прочей чертовщины, на институализации которой и выехал Кашпировский: в телевизоре его позиционировали как представителя официальной медицины, директора республиканского медцентра.
Я писал об этом раньше, в рамках рассказа о вере в научное чудо и вообще сверхзнание, которое в значительной степени определяло представление советского человека об окружающем мире. Там я коротко коснулся официальных советских исследований в области паранауки. А ведь ЦРУ, например, считало, что в СССР действовало аж 27 различных научных организаций и подразделений, занимавшихся всяким потусторонним.
Все 27 я не нашёл, но в закрытом канале подготовил экскурсию по 9 официальным советским исследовательским структурам, занимавшимся паранаукой за средства госбюджета.
ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4
альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory