поблекшие гиацинты

🥰иллюстрации дарии шныкиной к изданию романа джейн остин «мэнсфилд парк» от folio society

#austen

'мардагайлом [մարդագայլ — «մարդ» - человек, «գայլ» - волк, т.е. человек-зверь или оборотень], согласно преданиям, становилась женщина, на которую нисходил особый божественный гнев. сначала на нее обрушивались странные небесные дары — пища, предназначенная этим существам, и женщина была вынуждена принять ее. затем на нее накладывалась волчья кожа, превращавшая ее в ночное чудовище. с этого момента мардагайл становится спутницей волчьих стай: она питается падалью и похищенными детьми. в рассказах подчеркивалось, что ее первые жертвы — собственные дети, затем дети родни, а после — любые, кого удастся настигнуть. пред ее появлением препятствия будто бы теряли силу — даже запертые двери распахивались сами собой.

днем мардагайл способна вновь выглядеть человеком, оставляя волчью кожу в стороне. считалось, что, если в этот момент кожу уничтожить, существо исчезает без следа. однако проклятие не вечно: спустя семь лет волчья шкура возвращается на небеса и женщина освобождается от облика мардагайла, вновь становясь обычной смертной'.

— «мифы народов мира», с. б. арутюнян

— 'parthenope', 2024 y.

— 'hamnet', 2025 y.

играли в нарды и обсуждали витгенштайна — похоже на будни армянских джентльмен клабов

сегодня до(пере)читала «психологическую топологию пути». слишком много впечатлений и домыслов сопровождали многомесячный процесс чтения лекций мамардашвили, чтобы их так коротко можно было выразить.

мало кто из писателей и исследователей оставляет для читателя широкое поле для размышлений и интерпретаций, и мамардашвили определенно входит в их число: будучи завлеченными и погруженными в мыслительный процесс, мы вместе с мамардашвили медленно движемся к тому, чтобы прочувствовать не только прустовский текст (хотя это и первостепенная задача), но и ознакомиться с письмами из сибири декабриста лунина, вспомнить «божественную комедию» данте, каково положение албанцев в 80-ые, представить себе арагву в грузии и многое другое, что, казалось бы, конкретно к прусту никакого отношения не имеет, но, оказывается, все тесно сопряжено друг с другом: вчитываясь в один пассаж, — например, известная встреча сен-лу, рашель и главного героя в ресторане — мы с неизбежностью сталкиваемся и с другими: христианством, кьеркегором, «мыслями» паскаля и, конечно, рекламой мыла.

и все-таки, чтобы извлечь для себя что-то ценное: что из рекламы мыла, что из семитомника пруста, что из знакомого пейзажа за окном, нужно быть готовым к этому. готовым к тому, чтобы твоя душа достигла состояния, о котором еще кант сказал:

«душа, полная чувств, есть величайшее совершенство».

#proust