На фоне СВО будет наблюдаться выпуклый ренессанс влияния крупных промышленников на политические процессы «на местах». Был период, когда градообразующие и бюджетоформирующие предприятия могли позволить себе роскошь: абстрагироваться от локальной политики в условном Миассе, Сухом Логе или Нижнем Тагиле, делать вид, что они – «только про бизнес». Практически нигде такой подход не увенчался успехом. Местные парламенты в отсутствии представителей «крупняка», прошедших мощную корпоративную школу и понимающих принципы функционирования «Системы», оказались отданы на откуп или популистам-горлопанам, не способным в своем кармане сто рублей без калькулятора сосчитать, или «ларёчникам», в большинстве своем обладающим мелкотравчатым и сугубо меркантильным уровнем мышления.
Теперь даже развилки нет. Крупный бизнес возвращается в политические процессы. И делает это так, как 10-20 лет назад: идёт в местную политику командами, как это делает «Уралвагонзавод». Абсолютно закономерная и единственно возможная реакция на мобилизационную повестку; на потребность в реализации НЭП/Госплан 2.0. в условиях «островизации»; в конечном итоге - на запрос населения, среди которого по объективным/субъективным причинам может существенно вырасти число т.н. «рассерженных патриотов».
Теперь даже развилки нет. Крупный бизнес возвращается в политические процессы. И делает это так, как 10-20 лет назад: идёт в местную политику командами, как это делает «Уралвагонзавод». Абсолютно закономерная и единственно возможная реакция на мобилизационную повестку; на потребность в реализации НЭП/Госплан 2.0. в условиях «островизации»; в конечном итоге - на запрос населения, среди которого по объективным/субъективным причинам может существенно вырасти число т.н. «рассерженных патриотов».