Российские власти переходят с нефти на налоги. Нефть больше не финансирует государство, поэтому деньги начинают брать у граждан и бизнеса.
В конце декабря Минфин объявил о новых налогах для малого бизнеса. Никто не объяснил причину. 20 января замминистра Колычев раскрыл истинную причину – государство столкнулось с дефицитом. За 2025 год нефтегазовые доходы упали на 23,8%, а дефицит составил 5,6 триллионов рублей, что в пять раз превышает план. В январе 2026 нефтегазовые доходы упали еще на 46%. Это не временное колебание, а структурное падение. Двадцать лет государство строилось на нефтяные доходы при низких налогах. Эта модель больше не работает.
Колычев назвал дефицит оптическим – якобы технический эффект от авансирования расходов. Если это иллюзия, почему об этом говорит замминистр? Потому что готовят общество к налогам. Параллельно используют термин обеления экономики, который ассоциируется с борьбой против коррупции. На деле это налоговая ловушка. Люди, платившие налоги честно, платят еще больше. Те, кто скрывал доходы, платят впервые. Налоговое бремя переносится с нефти на граждан. Фонд национального благосостояния истощается. При нынешних ценах он закончится через пять-семь лет. Минфин это понимает, но не объявляет публично.
Боль распределяется избирательно. Граждане платят больше налогов и видят снижение услуг. Малый бизнес платит НДС и новые налоги. Региональные бюджеты испытывают дефицит, потому что федеральный бюджет не дает дотации. Крупные госкорпорации защищены контрактами, силовики защищены оборонными расходами, Москва защищена налоговыми доходами. Остальные регионы несут максимальную нагрузку.
Власть говорит о проблеме, потому что решение принято. Сокращение расходов политически невозможно из-за военных затрат и социалки. Остается повышение налогов. Это переход на новую модель – не нефтяная рента, а прямое налогообложение при минимуме услуг. Через несколько лет критический выбор: дефолт, сокращение расходов или еще более высокие налоги. Финансовое ведомство это понимает. Но сейчас говорит об оптических дефицитах и обелении экономики. Это язык скрытого политического выбора.
Подпишись на Башни
В конце декабря Минфин объявил о новых налогах для малого бизнеса. Никто не объяснил причину. 20 января замминистра Колычев раскрыл истинную причину – государство столкнулось с дефицитом. За 2025 год нефтегазовые доходы упали на 23,8%, а дефицит составил 5,6 триллионов рублей, что в пять раз превышает план. В январе 2026 нефтегазовые доходы упали еще на 46%. Это не временное колебание, а структурное падение. Двадцать лет государство строилось на нефтяные доходы при низких налогах. Эта модель больше не работает.
Колычев назвал дефицит оптическим – якобы технический эффект от авансирования расходов. Если это иллюзия, почему об этом говорит замминистр? Потому что готовят общество к налогам. Параллельно используют термин обеления экономики, который ассоциируется с борьбой против коррупции. На деле это налоговая ловушка. Люди, платившие налоги честно, платят еще больше. Те, кто скрывал доходы, платят впервые. Налоговое бремя переносится с нефти на граждан. Фонд национального благосостояния истощается. При нынешних ценах он закончится через пять-семь лет. Минфин это понимает, но не объявляет публично.
Боль распределяется избирательно. Граждане платят больше налогов и видят снижение услуг. Малый бизнес платит НДС и новые налоги. Региональные бюджеты испытывают дефицит, потому что федеральный бюджет не дает дотации. Крупные госкорпорации защищены контрактами, силовики защищены оборонными расходами, Москва защищена налоговыми доходами. Остальные регионы несут максимальную нагрузку.
Власть говорит о проблеме, потому что решение принято. Сокращение расходов политически невозможно из-за военных затрат и социалки. Остается повышение налогов. Это переход на новую модель – не нефтяная рента, а прямое налогообложение при минимуме услуг. Через несколько лет критический выбор: дефолт, сокращение расходов или еще более высокие налоги. Финансовое ведомство это понимает. Но сейчас говорит об оптических дефицитах и обелении экономики. Это язык скрытого политического выбора.
Подпишись на Башни