Восемнадцатиминутное видеообращение Виктории Бони к президенту собрало 18 миллионов просмотров за сутки – это главный внутриполитический инцидент недели. Светская персона из Монако говорит об экологических катастрофах в Анапе, потопах в Дагестане, забое скота в Сибири и блокировках интернета. Она озвучивает то, за что системные активисты и патриоты давно получают статусы иноагентов или уголовные дела. Но власть реагирует на этот выпад не репрессиями, а публичным одобрением. Дмитрий Песков официально подтверждает: в Кремле ролик видели, темы «весьма резонансные», по ним «ведется большая работа».
Причина такой травоядности – в изменении самой аудитории. Недавние масштабные сбои домашнего и мобильного интернета в столице дали неожиданный эффект. Публика центральных районов, которая годами игнорировала политику и жила в безопасном пузыре, лишилась базового комфорта. Государство своими руками политизировало лояльных граждан. Теперь в эту неосвоенную политтехнологами аудиторию загружают жесткие смыслы, и она дает максимальный отклик.
Традиционные каналы обратной связи сломаны, а региональные чиновники теряют доверие общества. Информационный вакуум предсказуемо заполняют блогеры. Спикер использует старый и надежный формат челобитной первому лицу, до которого губернаторы из страха якобы не доносят правду. Ловушка захлопнулась. Ответить агрессивно вертикаль не может. Попытки дискредитировать оппонента через обсуждение пластических операций бьются о миллионные охваты и тотальную поддержку зрителей.
Система демонстрирует толерантность к инфлюенсерам по одной понятной причине. Классово условная Боня остается для элит куда более безопасным элементом, чем рядовой гражданин из окопов или депрессивного региона. Управленцы оказались перед жестким выбором и пошли по пути легализации спикера. Завести дело на светского блогера – значит признать ее политический вес и показать уязвимость системы. А похвалить за неравнодушие, заставив Боню плакать от счастья на камеру – значит грамотно погасить протестную энергию.
Главный вопрос, на который у аппарата сейчас нет внятного ответа – что делать дальше. Управленческая вертикаль дошла до абсурда, когда от лица народа к президенту обращается лидер мнений из Монако, и именно ей верят. Это происходит повсеместно, потому что негласный приказ молчать больше не работает. Следом за темами об интернете и экологии неизбежно пойдут вопросы образования, армии и целеполагания. Власти придется вступать в реальный бой за умы этой новой аудитории и подтягивать к делу мыслящих людей. Иначе эту политическую нишу окончательно заберут те, у кого просто есть раскачанный инстаграм (экстремист).
Подпишись на Башни
Причина такой травоядности – в изменении самой аудитории. Недавние масштабные сбои домашнего и мобильного интернета в столице дали неожиданный эффект. Публика центральных районов, которая годами игнорировала политику и жила в безопасном пузыре, лишилась базового комфорта. Государство своими руками политизировало лояльных граждан. Теперь в эту неосвоенную политтехнологами аудиторию загружают жесткие смыслы, и она дает максимальный отклик.
Традиционные каналы обратной связи сломаны, а региональные чиновники теряют доверие общества. Информационный вакуум предсказуемо заполняют блогеры. Спикер использует старый и надежный формат челобитной первому лицу, до которого губернаторы из страха якобы не доносят правду. Ловушка захлопнулась. Ответить агрессивно вертикаль не может. Попытки дискредитировать оппонента через обсуждение пластических операций бьются о миллионные охваты и тотальную поддержку зрителей.
Система демонстрирует толерантность к инфлюенсерам по одной понятной причине. Классово условная Боня остается для элит куда более безопасным элементом, чем рядовой гражданин из окопов или депрессивного региона. Управленцы оказались перед жестким выбором и пошли по пути легализации спикера. Завести дело на светского блогера – значит признать ее политический вес и показать уязвимость системы. А похвалить за неравнодушие, заставив Боню плакать от счастья на камеру – значит грамотно погасить протестную энергию.
Главный вопрос, на который у аппарата сейчас нет внятного ответа – что делать дальше. Управленческая вертикаль дошла до абсурда, когда от лица народа к президенту обращается лидер мнений из Монако, и именно ей верят. Это происходит повсеместно, потому что негласный приказ молчать больше не работает. Следом за темами об интернете и экологии неизбежно пойдут вопросы образования, армии и целеполагания. Власти придется вступать в реальный бой за умы этой новой аудитории и подтягивать к делу мыслящих людей. Иначе эту политическую нишу окончательно заберут те, у кого просто есть раскачанный инстаграм (экстремист).
Подпишись на Башни