В медиа снова спорят о VPN. У одних он перестал работать, у других тормозит, сервисы жалуются на атаки, а к осени обещают новую волну. Обсуждают это как поломку, хотя поломки тут нет. Есть расписание. И касается оно не только VPN.
Несколько месяцев подряд все работало ровно, подключился и забыл. Сейчас снова приходится перебирать серверы. Так было и весной, и прошлой осенью – спокойный период всегда заканчивается новым витком. Счет заблокированных сервисов растет по годам, 197 в 2024-м, 439 в 2025-м, 469 к концу февраля этого года. Изменился и подход. Раньше закрывали конкретные сервисы, теперь блокируют сам способ соединения. Неважно, каким приложением вы пользуетесь, узнают по манере передачи данных.
Запретить никто не пытается. Задача сделать так, чтобы стало неудобно и человек бросил сам. В июне у сервиса Amnezia за две недели вывели из строя больше 90% серверов в России, а новые адреса переставали работать через несколько часов. Затишье означает не отступление, а подготовку следующего захода. Дальше обещают уже не обрывы, а вязкость. Страницы грузятся дольше, файлы не доходят, ошибки нет, а работать невозможно. Сроки понятны без объяснений, выборы в Госдуму пройдут 18–20 сентября. Параллельно обсуждают, как отслеживать адреса корпоративных VPN и пускать на хостинг только тех, кто подтвердил личность через «Госуслуги», биометрию или паспорт.
Дело не в одном VPN. Иностранные сервисы заменяют почти везде, где получилось. Почва подготовлена, и в какой-то момент iOS можно будет официально назвать нежелательной платформой.
При этом начали не мы. Apple с февраля блокирует аккаунты россиян за совпадение фамилии с санкционными списками, с 1 апреля не принимает платежи, в июне убрала из App Store сервисы VK и национальный мессенджер, доступ к нему потеряли больше 20 млн владельцев iPhone. Ответ зеркальный. ФАС потребовала предустановить RuStore и «Макс», иначе штраф 4 млрд рублей.
iPhone от этого не разлюбили. У «МегаФона» на iPhone сидит 24% абонентов, примерно каждый четвертый, и 27% всех денег на рынке смартфонов уходит Apple. Правда, покупают все меньше. За полугодие продали 460 тысяч штук, хуже не было с 2022 года. Люди просто не меняют старое, самый ходовой аппарат в стране до сих пор iPhone 11 2019 года.
Пересадить всех на Android не выйдет. Это такой же чужой актив, и Google при желании поведет себя как Apple. Меняя одну зарубежную экосистему на другую, зависимость не убирают, а переносят.
Работает только свое, и система, и железо. Разработки есть. «Аврора» дошла до магазинов, в стране сотни тысяч таких устройств, при том что за полгода россияне купили 10,2 млн смартфонов. Телефон на системе Касперского существует в нескольких десятках экземпляров, там пока звонки, календарь, «Сапер» и чужой браузер. До уровня iOS или Android никто не дошел.
Людей для этого хватает. Сильные разработчики уезжают не потому, что их там ждут, а потому что там не мешают работать и дают деньги на проект. Внутри страны специалистов все больше, а работы для них меньше. За полгода вакансий стало на 21% меньше, а резюме на 69% больше. Не хватает не программистов, а того, кто согласится десять лет платить за платформу без выручки. Пока такой не найдется, разговоры про нежелательную iOS остаются способом поторговаться с Apple, а не планом перехода.
Подпишись на Башни
Несколько месяцев подряд все работало ровно, подключился и забыл. Сейчас снова приходится перебирать серверы. Так было и весной, и прошлой осенью – спокойный период всегда заканчивается новым витком. Счет заблокированных сервисов растет по годам, 197 в 2024-м, 439 в 2025-м, 469 к концу февраля этого года. Изменился и подход. Раньше закрывали конкретные сервисы, теперь блокируют сам способ соединения. Неважно, каким приложением вы пользуетесь, узнают по манере передачи данных.
Запретить никто не пытается. Задача сделать так, чтобы стало неудобно и человек бросил сам. В июне у сервиса Amnezia за две недели вывели из строя больше 90% серверов в России, а новые адреса переставали работать через несколько часов. Затишье означает не отступление, а подготовку следующего захода. Дальше обещают уже не обрывы, а вязкость. Страницы грузятся дольше, файлы не доходят, ошибки нет, а работать невозможно. Сроки понятны без объяснений, выборы в Госдуму пройдут 18–20 сентября. Параллельно обсуждают, как отслеживать адреса корпоративных VPN и пускать на хостинг только тех, кто подтвердил личность через «Госуслуги», биометрию или паспорт.
Дело не в одном VPN. Иностранные сервисы заменяют почти везде, где получилось. Почва подготовлена, и в какой-то момент iOS можно будет официально назвать нежелательной платформой.
При этом начали не мы. Apple с февраля блокирует аккаунты россиян за совпадение фамилии с санкционными списками, с 1 апреля не принимает платежи, в июне убрала из App Store сервисы VK и национальный мессенджер, доступ к нему потеряли больше 20 млн владельцев iPhone. Ответ зеркальный. ФАС потребовала предустановить RuStore и «Макс», иначе штраф 4 млрд рублей.
iPhone от этого не разлюбили. У «МегаФона» на iPhone сидит 24% абонентов, примерно каждый четвертый, и 27% всех денег на рынке смартфонов уходит Apple. Правда, покупают все меньше. За полугодие продали 460 тысяч штук, хуже не было с 2022 года. Люди просто не меняют старое, самый ходовой аппарат в стране до сих пор iPhone 11 2019 года.
Пересадить всех на Android не выйдет. Это такой же чужой актив, и Google при желании поведет себя как Apple. Меняя одну зарубежную экосистему на другую, зависимость не убирают, а переносят.
Работает только свое, и система, и железо. Разработки есть. «Аврора» дошла до магазинов, в стране сотни тысяч таких устройств, при том что за полгода россияне купили 10,2 млн смартфонов. Телефон на системе Касперского существует в нескольких десятках экземпляров, там пока звонки, календарь, «Сапер» и чужой браузер. До уровня iOS или Android никто не дошел.
Людей для этого хватает. Сильные разработчики уезжают не потому, что их там ждут, а потому что там не мешают работать и дают деньги на проект. Внутри страны специалистов все больше, а работы для них меньше. За полгода вакансий стало на 21% меньше, а резюме на 69% больше. Не хватает не программистов, а того, кто согласится десять лет платить за платформу без выручки. Пока такой не найдется, разговоры про нежелательную iOS остаются способом поторговаться с Apple, а не планом перехода.
Подпишись на Башни