Сегодня в Россию прилетел директор ЦРУ Джон Рэтклифф. Он прибыл во Внуково на военно-транспортном C-17 для закрытых встреч с российскими представителями. Москва и Вашингтон не раскрыли ни участников, ни повестку. Накануне США попросили Киев временно не атаковать Москву, Санкт-Петербург и северные регионы России. Это не отвечает на вопрос, кто предложил встречу. Но поездку готовили заранее и обеспечили отдельными мерами безопасности.
Появление Рэтклиффа в Москве совпало с утечками о том, что Вашингтон располагает данными о возможной подготовке России к новой мобилизации и сценариям проверки решимости НАТО. Публичных подтверждений этим оценкам нет. Но в переговорах разведданные часто используют не только для анализа, но и для давления. Сначала сторона демонстрирует, что видит угрозу. Затем передает сигнал по закрытому каналу. Такая последовательность позволяет предупредить оппонента, не загоняя его в угол публичными требованиями.
Рэтклифф приехал не как публичный посредник. Руководитель ЦРУ нужен для другого: передать чувствительное сообщение без дипломатических формулировок, увидеть реакцию собеседника и забрать ответ, который ни одна из сторон не хочет фиксировать в официальном заявлении. К таким контактам прибегают, когда открытые переговоры зашли в тупик или публичность мешает обсуждать реальные условия.
Если Рэтклифф встретился с Владимиром Путиным, разговор мог касаться не только Украины. В США рассматривают Россию и Иран как связанные направления давления: санкционные меры против Тегерана, его региональная активность и внешняя поддержка дают Вашингтону основания обсуждать с Москвой пределы ее участия. Для России Иран важен как самостоятельный партнер на Ближнем Востоке и элемент баланса с США. Здесь речь не обязательно идет о договоренности. Стороны могут решать более узкую задачу: не допустить действий, после которых локальный кризис быстро станет прямым столкновением крупных государств.
Одновременно в США готовят более жесткий санкционный режим. Сенат уже одобрил пакет против России и Ирана – 86 голосами против 11. Он затрагивает энергетические доходы, финансовую инфраструктуру, «теневой флот» и крупнейших покупателей российского сырья. После августовского перерыва к теме вернется Палата представителей. Вашингтон получает рычаг не только против Москвы, но и против стран, которые помогают России сохранять экспортные доходы.
Осенью 2021 года в Москву приезжал тогдашний руководитель ЦРУ Уильям Бернс. Его миссию связывали с предупреждением о последствиях эскалации вокруг Украины. Этот контакт не изменил расчет сторон. Поэтому нет оснований считать нынешний визит признаком будущей сделки или неизбежной эскалации. Он говорит о простом факте: Москва и Вашингтон считают риск ошибки слишком высоким, чтобы передавать важные сигналы через прессу и третьи страны.
Главное станет понятно после визита. Если начнутся новые контакты между советниками, спецслужбами или рабочими группами, стороны будут искать узкую договоренность по конкретным вопросам. Если продолжения не будет, Рэтклифф, вероятно, передал предупреждение, а США готовят следующий уровень давления.
Подпишись на Башни
Появление Рэтклиффа в Москве совпало с утечками о том, что Вашингтон располагает данными о возможной подготовке России к новой мобилизации и сценариям проверки решимости НАТО. Публичных подтверждений этим оценкам нет. Но в переговорах разведданные часто используют не только для анализа, но и для давления. Сначала сторона демонстрирует, что видит угрозу. Затем передает сигнал по закрытому каналу. Такая последовательность позволяет предупредить оппонента, не загоняя его в угол публичными требованиями.
Рэтклифф приехал не как публичный посредник. Руководитель ЦРУ нужен для другого: передать чувствительное сообщение без дипломатических формулировок, увидеть реакцию собеседника и забрать ответ, который ни одна из сторон не хочет фиксировать в официальном заявлении. К таким контактам прибегают, когда открытые переговоры зашли в тупик или публичность мешает обсуждать реальные условия.
Если Рэтклифф встретился с Владимиром Путиным, разговор мог касаться не только Украины. В США рассматривают Россию и Иран как связанные направления давления: санкционные меры против Тегерана, его региональная активность и внешняя поддержка дают Вашингтону основания обсуждать с Москвой пределы ее участия. Для России Иран важен как самостоятельный партнер на Ближнем Востоке и элемент баланса с США. Здесь речь не обязательно идет о договоренности. Стороны могут решать более узкую задачу: не допустить действий, после которых локальный кризис быстро станет прямым столкновением крупных государств.
Одновременно в США готовят более жесткий санкционный режим. Сенат уже одобрил пакет против России и Ирана – 86 голосами против 11. Он затрагивает энергетические доходы, финансовую инфраструктуру, «теневой флот» и крупнейших покупателей российского сырья. После августовского перерыва к теме вернется Палата представителей. Вашингтон получает рычаг не только против Москвы, но и против стран, которые помогают России сохранять экспортные доходы.
Осенью 2021 года в Москву приезжал тогдашний руководитель ЦРУ Уильям Бернс. Его миссию связывали с предупреждением о последствиях эскалации вокруг Украины. Этот контакт не изменил расчет сторон. Поэтому нет оснований считать нынешний визит признаком будущей сделки или неизбежной эскалации. Он говорит о простом факте: Москва и Вашингтон считают риск ошибки слишком высоким, чтобы передавать важные сигналы через прессу и третьи страны.
Главное станет понятно после визита. Если начнутся новые контакты между советниками, спецслужбами или рабочими группами, стороны будут искать узкую договоренность по конкретным вопросам. Если продолжения не будет, Рэтклифф, вероятно, передал предупреждение, а США готовят следующий уровень давления.
Подпишись на Башни