#зарисовка #Тощий
//…итак, мы с
Мэгги малясь влипли в майнкрафтовский сериал, усыновили себе кучку пикселей, а потом решили, что остальных тоже надо присвоить и помучить всех заодно дерьмовым детством
//у самого Тощего лорно имя Андрей, пару раз (не помню, где, но точно в
Зове Бездны упоминалось, что он живёт в особняке + мы захедканонили, что родители у него вояки (а то какого чёрта он так ловко пистолетом орудует э (в
Городе-Призраке точно))
//велком??
//(символов уже 12 тыщ, держу в курсе)
----------
Дома у Тощего всегда было чисто, опрятно, «как-то слишком убрано», пока Андрей после посещения неотложки не узнал слово «стерильно». В неотложку он влип, когда «уже слишком большой для няньки» в свои гордые девять решил, что прыгать с дерева во дворе в опавшие и собранные в кучку листья неподалёку, — это гениально весёлая затея.
Тощий до сих пор не то, чтобы совсем жалеет об этом опыте, потому как в затылке тогда перестало свербеть незнанием подходящего слова, а отец после выделил на своей работе целый настоящий (!) выходной, чтобы научить своего сына правильно падать.
(Он до сих пор использует полученные уроки, чтобы бегать от оккультистов, маньяков и для того, чтобы сигать из окон с минимальной степенью вреда, так что в его голове это вполне себе уже тройной успех.)
Его также везли уже именно в неотложку, потому что идея эта ему пришла, как и подобает, в час абсолютно безбожный, - часов в пять утра, - когда родители с командировки не появлялись уже вторую неделю, а повар ушёл накануне вечером… Короче потеряли его уже только во время начала уроков, и даже тогда до домашнего телефона ковылять было далековато, сколько бы на него не трезвонили. Так что везли его лечиться от его придури только тогда, когда утренний персонал уже приехал убираться. (Они ему всё равно не нравились, потому что после них он снова и снова чувствовал, что заново только-только въезжает в собственную комнату. Нет, злая ты тётка, не этот чёртов плакат портит его оценки в школе, верни на стену, это подарок!)
…зато с тех пор у него всегда телефон при себе! Так что всё вышло вполне себе благополучно. Набил себе шишки, выучил свой урок и далее по списку.
Телефон правда всё равно всегда воспринимался больше как экстренная кнопка о помощи хоть какой-нибудь, потому как сам Тощий всё время при звонке родителям получал лишь гудки и "абонент недоступен". Всю жизнь, — пока вырастал из одних туфель в другие, почти точно такие же, с отличием лишь на увеличивающийся размер и учёт физиологии стопы, которые в своей голове с надеждой звал "заботой", просто своеобразной, — думал, что просто слишком заняты, слишком много работают.
(Слишком не здесь, чтобы учитываться и считаться даже в циферках продолжительности звонка.)
Они заботились, конечно, заботились: дорогие туфли, приятные телу рубашки, стикеры на холодильнике, но их здесь не-
Просто взрослая жизнь была настолько загруженной, что они делали всё что надо для того, чтобы он сам мог как можно дольше делать то, что хочет, конечно.
(Правда из десятков хобби, сотни предложений подарков и тысяч карманных Андрей больше всего хотел научиться не стучать каблуком по кафелю, звук чего расплывался и двоился так далеко в место, которое он должен был звать домом, что это снова и снова напоминало ему, что лишь он один здесь находится, чтобы быть источником грёбанного эха.
Эхо ему не нравилось. Просто предпочтение. Просто оно делало из его собственного жилища дом привидений, где он сам был скорее застрявшим завывающим бедолагой, чем полноценным жильцом.)
Андрей звонит как по часам (ёбанная заводная игрушка, чтобы встать идеально в антураж кукольного домика-), уже готовый к "абонент недоступен". Уже детски уверенный, что это у них свой собственный, очень особенный ритуал, где он говорит на расстоянии своё маленькое "люблю" самой надписью исходящего звонка в их телефонах (даже если и навсегда сброшенные и так и не отвеченные).
Он... не надеется, что всё-таки ответят. Нет. Точно нет. У них же уже традиция. Они из-за традиции такой не отвечают. Хотя, конечно, они могли бы.
