Подзабытое удовольствие — чтение разбора книги, понятного и интересного как филологам, так и «сочувствующим». Я свой диплом пытался именно так писать, Юрий Николаевич Чумаков ворчал, что я публицист, а мне просто хотелось, чтобы читатели так же кайфовали, как я при написании. У Вячеслава Курицына явно те же намерения: в «Главной русской книге» делится своим счастьем от контактов с «главной русской книгой» и способен если не влюбить в неё читателя, то хотя бы убедить его в её уникальности. «”Война и мир” производит на человека такое сильное впечатление, поскольку устроена как сам человек» с его столь же хитровыдуманной психикой. Подробный анализ толстовского текста позволяет прочувствовать «максимальную усложнённость всех структурных пертурбаций, их интенсивность и специфичность». Большинство наблюдений, вне зависимости от читательского бэкграунда, воспринимаются как открытия чудные, чьей красотой нельзя не наслаждаться. «Механизм иногда содержателен, а иногда вроде и нет, ему просто нравится быть механизмом».