Сдали и приняли

Западная журналистика иронизирует, что художница Анна Вейант продаёт свою квартиру. Это нью-йоркская «классическая шестёрка»: столовая, гостиная, кухня, две спальни и спальня для прислуги, антикварный паркет, ковёр из Doris Leslie Blau, камин и шкаф для сумочек. Всё за $3,49 млн.

Вейант знаменита тремя вещами. Во-первых, своими портретами. Во-вторых, тем, что в 2019-ом она продавала рисунки за $400 и жила в студии с занавеской, а спустя год с аукциона уже продавалась за $1,6 млн, попала в список Forbes и купила квартиру с видом на Центральный парк. В-третьих, тем, что цены на её работы стали расти после того, как авторка стала встречаться с арт-дилером Ларри Гагосяном. Он, кстати, старше Вейант на полвека, и больше они не встречаются.

Ну, красивая же квартира? Удавите в себе зависть. Мораль: хотите встречаться с богатым арт-дилером, так и встречайтесь ради Бога, никого не слушайте.

Что посмотреть на выставке «Новаторы мировой фотографии» в Центре визуальной культуры Béton, если ты аматёр? Например, портрет Алисы (да, той самой) Лидделл, сделанный Льюисом Кэрроллом. Или фотографию японского спортсмена, сделанную Лени Рифеншталь на Олимпийских играх в Берлине. Или «В магазине» Анри Картье-Брессона, это для поклонников повседневности. Или там есть «Торговец мумиями» Феликса Бонфиса. Ну, и новые дагеротипы. Не хочу сравнивать выставку с фотобиеннале в МАММ, которое и так производит впечатление промо к плакатам от адвоката Добровинского, но, по-моему, очень интересно.

Так-то не скрываю никогда своей глубокой симпатии к Béton. Потому что, будем честными, есть много в России соблазнительных способов потратить деньги на что-то кроме фотографий. А уж так подать своё собрание и к тому же поставить на рельсы исследовательскую работу — это большая редкость.

На Нижегородской книжной ярмарке, как уже говорилось, обсуждали, как отличать хороший нонфик от плохого. Я застал времена, когда критерием оценки ещё был список использованной литературы и развитой сносочный аппарат. По этому поводу я рассказал аудитории байку про источники.

Видели ли вы когда-нибудь ежа? Живьём? А видели, как на картинке ёж несёт на спине гриб или яблоко? А живьём вы такое видели? Правильно, потому что ежи так не делают. Так откуда картинки?

Praeparant hiemi et irenaei cibos ac volutati supra iacentia poma adfixa spinis, unum amplius tenentes ore, portant in cavas arbores.

«Запасают на зиму пищу и ежи, накатавшись на упавшие яблоки, ежи таким образом закрепляют их на спине и, держа ещё одно яблоко во рту, переносят в дупла деревьев». Плиний Старший, «Естественная история», книга VIII, гл. 37.

Плиний был очень античный учёный, с дисциплинированным умом. Если ёж может свернуться клубком, то может и катиться, если может катиться, то может и накалывать на колючки катясь и т. д. До появления натурфилософов Нового времени, т. е. учёных в нашем привычном понимании, оставалось ещё полторы тысячи лет и спорить с авторитетами было непринято. А потом появились более насущные задачи: определение долготы, выявление полезных для здоровья свойств ртути, закон всемирного тяготения… Не до ежей было.

Так грызун оказался сначала в бестиариях и в книжках по зоологии, с картинками. А потом пришли викторианцы с их Золотым веком книжной иллюстрации, окончательно закрепив образ, который и перекочевал в советские книги и мультфильмы.

Не знаю уж, когда мы окончательно утвердились во мнении, что ёж не носит на спине провиант, но лет тридцать назад моя соседка по даче как-то нашла на участке ежа и щедро натыкала на иголки ежа яблок и грибов. Зверь очень медленно уполз в лес и Бог весть, что с ним стало…

Никогда так не делайте. Уважайте большие списки использованной литературы. Помните, что среди признанных классиков и выдающихся по меркам сегодняшнего дня учёных полно идиотов.

А Нижегородская ярмарка в этом году была отличная, гораздо больше, чем в прошлом, и замечательно организованная. Всем советую при случае сходить.

А уже завтра мы с профессором Вилейкисом будем на Нижегородской книжной ярмарке ругать книги. Никого не пожалеем, обязательно приходите.