Присоединяемся к дискуссии Проект Кино.
Из наших краев, от центра весьма далеких (город Ижевск, родина Калашникова), концепция социального разобщения выглядит уже совсем неоднозначно.
Мы все живем не просто в большой и красивой стране, но каждый в своем городе.
И почитав телеграмм, утром идем на работу по обычной улице, с другими людьми. Только вот обычными ли?
Владислав Юрич (парень, который нам нравится) в свое время в «Одиночестве полукровки» дал дивно исчерпывающее определение тому, какая у нас цивилизация.
«И все-таки вряд ли мы третья цивилизация. Скорее сдвоенная и двойственная. Вместившая и Восток, и Запад. И европейская, и азиатская одновременно, а оттого не азиатская и не европейская вполне.
Наша культурная и геополитическая принадлежность напоминает блуждающую идентичность человека, рожденного в смешанном браке. Он везде родственник и нигде не родной. Свой среди чужих, чужой среди своих. Всех понимающий, никем не понятый. Полукровка, метис, странный какой-то».
С социальной сплоченностью в таком обществе никогда не будет просто. Даже глубинный народ, до известной меры сплотившийся в доверии первому лицу, в себе имеет очень разные течения. В этом не всегда виновата политика, не так часто — экономика. Мы все просто ОЧЕНЬ разные, хотя при этом — все русские, в государственном смысле этого слова.
Простой пример.
Знаете, у нас с одной стороны соседи — татары, с другой — башкиры, сбоку — так вообще Свердловская область с таким набором, что просто чудо какое-то. В самой Удмуртии — у общества тоже был длинный и сложный трек.
До революции в Ижевске был город-завод с сильнейшей поддержкой белого движения, после ВОВ — закрытый город с оборонкой в ассортименте. При том, что название региона «Удмуртская Республика», а столица — город Ижевск, имеет огромный район Татар-базар, уходящий за горизонт. И так далее.
Да тут даже говорят по разному. На расстоянии 500-600 километров друг от друга. Все по-русски, но если кому интересно — в Перми, Казани, Ижевске и Екатеринбурге очень отличается выговор.
Так вот, была ли когда-то эта общественная сплоченность вообще?
В коронакризис, нам кажется, многие люди стали честнее, проще и объективнее смотреть на жизнь. Возможно, у кого-то отпали иллюзии.
И нашли в себе силы признать не слишком удобную, зато правду.
К сожалению, пока не видно признаков, что власть готова признать и зафиксировать новую реальность.
Она (власть) уже пропустила стадию переосмысления, пока отгораживалась в высоком замке и в собственной дополненной реальности. Причем особенных успехов в отгораживали достигла власть на местах, в регионах, где ей по политической науке положено быть ближе к людям.
Из наших краев, от центра весьма далеких (город Ижевск, родина Калашникова), концепция социального разобщения выглядит уже совсем неоднозначно.
Мы все живем не просто в большой и красивой стране, но каждый в своем городе.
И почитав телеграмм, утром идем на работу по обычной улице, с другими людьми. Только вот обычными ли?
Владислав Юрич (парень, который нам нравится) в свое время в «Одиночестве полукровки» дал дивно исчерпывающее определение тому, какая у нас цивилизация.
«И все-таки вряд ли мы третья цивилизация. Скорее сдвоенная и двойственная. Вместившая и Восток, и Запад. И европейская, и азиатская одновременно, а оттого не азиатская и не европейская вполне.
Наша культурная и геополитическая принадлежность напоминает блуждающую идентичность человека, рожденного в смешанном браке. Он везде родственник и нигде не родной. Свой среди чужих, чужой среди своих. Всех понимающий, никем не понятый. Полукровка, метис, странный какой-то».
С социальной сплоченностью в таком обществе никогда не будет просто. Даже глубинный народ, до известной меры сплотившийся в доверии первому лицу, в себе имеет очень разные течения. В этом не всегда виновата политика, не так часто — экономика. Мы все просто ОЧЕНЬ разные, хотя при этом — все русские, в государственном смысле этого слова.
Простой пример.
Знаете, у нас с одной стороны соседи — татары, с другой — башкиры, сбоку — так вообще Свердловская область с таким набором, что просто чудо какое-то. В самой Удмуртии — у общества тоже был длинный и сложный трек.
До революции в Ижевске был город-завод с сильнейшей поддержкой белого движения, после ВОВ — закрытый город с оборонкой в ассортименте. При том, что название региона «Удмуртская Республика», а столица — город Ижевск, имеет огромный район Татар-базар, уходящий за горизонт. И так далее.
Да тут даже говорят по разному. На расстоянии 500-600 километров друг от друга. Все по-русски, но если кому интересно — в Перми, Казани, Ижевске и Екатеринбурге очень отличается выговор.
Так вот, была ли когда-то эта общественная сплоченность вообще?
В коронакризис, нам кажется, многие люди стали честнее, проще и объективнее смотреть на жизнь. Возможно, у кого-то отпали иллюзии.
И нашли в себе силы признать не слишком удобную, зато правду.
К сожалению, пока не видно признаков, что власть готова признать и зафиксировать новую реальность.
Она (власть) уже пропустила стадию переосмысления, пока отгораживалась в высоком замке и в собственной дополненной реальности. Причем особенных успехов в отгораживали достигла власть на местах, в регионах, где ей по политической науке положено быть ближе к людям.