Репост из: Разговор с футурологом
Меня попросили написать про арест Павла Дурова — я попробую вписать этот, без сомнения, знаковый кейс в более широкое видение происходящего, в котором кейс — иллюстрирует тренд.
Государства видят данные своих граждан и их защиту как вопрос национальной безопасности. Государства также реагируют на запрос от граждан, появившийся в результате скандалов, связанных с утечками и злоупотреблениями. Наконец, государства ощущают все возрастающую конкуренцию со стороны корпораций. Корпорации настолько окрепли, что переходят дорогу государствам, играя на их поляне — и эта игра закончится корпоративным гражданством и частными корпоративными армиями.
Закручивание гаек всегда происходит во имя общественного блага — иначе плебеи (или, скажем, народ фрименов из «Дюны», если вам не нравятся отсылки к Риму) могут не понять высоких порывов. «Демократии» в этом направлении будут бежать быстрее «авторитарных режимов», потому что у них общественное благо ценнее — вот такой парадокс. Хотя разные страны по-разному регулируют данные, постоянный принцип один: к зарубежным акторам относятся более жестко, чем к отечественным.
TikTok запрещено устанавливать на рабочие устройства государственным служащим в США. Закон, принятый летом 2023 года после массовых беспорядков в Париже, позволяет французской полиции удаленно включать камеры, микрофоны и геолокацию на любых девайсах. Это касается не добропорядочных граждан, разумеется, а только злых подозреваемых и всяких там преступников. Являются ли преступниками люди, выходящие на улицы жечь автомобили, пока непонятно. Пока французы жгли автомобили, глава немецкого профсоюза полиции прогнозировал беспорядки, ссылаясь на «преобразования на рынке труда, цифровизацию или интеграционные вызовы».
Кажется, вся эта турбулентность сводятся к одному простому тезису: люди хотят кушать регулярно и недовольны политиками, которые играют в свои игрища, забывая об избирателях. Государства будут стараться не допустить социальных взрывов по-разному.
1. Первый, очевидный и проверенный временем путь — раздавать вертолетные деньги, поставляемые печатным станком, а с инфляцией пусть разбираются следующие администрации.
2. Второй путь — огораживаться от «чужих», чтобы своим больше досталось. Проще всего это делать под соусом национальной безопасности, потому что пока еще неприлично не пускать к себе в страну по этническому или национальному признаку, хотя вот с россиянами точечные эксперименты проводятся.
3. Третий путь — закручивать гайки и усиливать меры контроля. При хорошей реализации общество получает безопасность в обмен на щепотку гражданских свобод, при плохой — прямая дорога к гетто.
Демократическая Франция в кейсе с Павлом Дуровым выбрала третий путь. И здесь важно посмотреть и в прошлое, и в будущее.
1. Дуров — «зарубежный» актор, и к нему нужно и можно относиться жестче, чем к своему.
2. Борьба с «Дуровым» — это борьба традиционного государства с современной корпорацией. Современная корпорация может быть злой, нейтральной и даже доброй, но одно остается неизменным: с ее развитием она тяготеет к независимости от государства (от налогов и доходов до взаимодействия со спецслужбами).
3. Франция не справилась с миграционной проблемой XX века — и явно устремилась по пути построения цифрового гетто века XXI.
Если вы читали изданный в 1949 году роман-антиутопию Джорджа Оруэлла «1984», то наверняка помните про «двоемыслие», и что «война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила». Мне кажется, прогрессивные государства уже близки к реализации первых двух пунктов. А третий тезис про «незнание – это сила» успешно реализует генеративный искусственный интеллект в течение нескольких лет.
Главный вопрос: какие институты будут играть ключевую роль — транснациональные корпорации благодаря своему превосходству в технологических или экономических параметрах, или же государства, победившие в борьбе с властью корпораций благодаря закручиванию регуляторных гаек?
@yusufovruslan
Государства видят данные своих граждан и их защиту как вопрос национальной безопасности. Государства также реагируют на запрос от граждан, появившийся в результате скандалов, связанных с утечками и злоупотреблениями. Наконец, государства ощущают все возрастающую конкуренцию со стороны корпораций. Корпорации настолько окрепли, что переходят дорогу государствам, играя на их поляне — и эта игра закончится корпоративным гражданством и частными корпоративными армиями.
Закручивание гаек всегда происходит во имя общественного блага — иначе плебеи (или, скажем, народ фрименов из «Дюны», если вам не нравятся отсылки к Риму) могут не понять высоких порывов. «Демократии» в этом направлении будут бежать быстрее «авторитарных режимов», потому что у них общественное благо ценнее — вот такой парадокс. Хотя разные страны по-разному регулируют данные, постоянный принцип один: к зарубежным акторам относятся более жестко, чем к отечественным.
TikTok запрещено устанавливать на рабочие устройства государственным служащим в США. Закон, принятый летом 2023 года после массовых беспорядков в Париже, позволяет французской полиции удаленно включать камеры, микрофоны и геолокацию на любых девайсах. Это касается не добропорядочных граждан, разумеется, а только злых подозреваемых и всяких там преступников. Являются ли преступниками люди, выходящие на улицы жечь автомобили, пока непонятно. Пока французы жгли автомобили, глава немецкого профсоюза полиции прогнозировал беспорядки, ссылаясь на «преобразования на рынке труда, цифровизацию или интеграционные вызовы».
Кажется, вся эта турбулентность сводятся к одному простому тезису: люди хотят кушать регулярно и недовольны политиками, которые играют в свои игрища, забывая об избирателях. Государства будут стараться не допустить социальных взрывов по-разному.
1. Первый, очевидный и проверенный временем путь — раздавать вертолетные деньги, поставляемые печатным станком, а с инфляцией пусть разбираются следующие администрации.
2. Второй путь — огораживаться от «чужих», чтобы своим больше досталось. Проще всего это делать под соусом национальной безопасности, потому что пока еще неприлично не пускать к себе в страну по этническому или национальному признаку, хотя вот с россиянами точечные эксперименты проводятся.
3. Третий путь — закручивать гайки и усиливать меры контроля. При хорошей реализации общество получает безопасность в обмен на щепотку гражданских свобод, при плохой — прямая дорога к гетто.
Демократическая Франция в кейсе с Павлом Дуровым выбрала третий путь. И здесь важно посмотреть и в прошлое, и в будущее.
1. Дуров — «зарубежный» актор, и к нему нужно и можно относиться жестче, чем к своему.
2. Борьба с «Дуровым» — это борьба традиционного государства с современной корпорацией. Современная корпорация может быть злой, нейтральной и даже доброй, но одно остается неизменным: с ее развитием она тяготеет к независимости от государства (от налогов и доходов до взаимодействия со спецслужбами).
3. Франция не справилась с миграционной проблемой XX века — и явно устремилась по пути построения цифрового гетто века XXI.
Если вы читали изданный в 1949 году роман-антиутопию Джорджа Оруэлла «1984», то наверняка помните про «двоемыслие», и что «война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила». Мне кажется, прогрессивные государства уже близки к реализации первых двух пунктов. А третий тезис про «незнание – это сила» успешно реализует генеративный искусственный интеллект в течение нескольких лет.
Главный вопрос: какие институты будут играть ключевую роль — транснациональные корпорации благодаря своему превосходству в технологических или экономических параметрах, или же государства, победившие в борьбе с властью корпораций благодаря закручиванию регуляторных гаек?
@yusufovruslan