Забегался и забыл прорекламировать наш подкаст с замечательным и умнейшим Федором Лукьяновым про постсоветское пространство. Поводом стали выборы в Армении и российские аффекты по этому поводу. Исправляюсь:
◾️ Российская политика на пространстве бывшего СССР часто проигрывает из-за эмоциональности - привычки смотреть на соседей через призму былой принадлежности к одной стране, а не через анализ интересов. Это касается всего периметра, а не только отдельных стран;
◾️ Риторика ультиматума: "с кем вы, с чужими или с Россией" не очень эффективна. Буквально: "кого ты, малыш, больше любишь папу или маму, но помни, что у папы ремень". Интонация работает против собственных целей: люди, пережившие реальные потери, воспринимают её как психологическое давление и закрываются. Символическая политика Евросоюза в основном декларативна: реальных ресурсов на новую экспансию у ЕС нет, предложения соседям остаются в основном обещаниями, а не деньгами. Но она эмпатична и намеренно опрокинута в будущее.
◾️ Соседи не отделившиеся части, требующие возврата, и не чужие, которых можно списать. Связь с ними держится не на факте общей принадлежности к прежнему государству, а на общей истории - это разные вещи. Из общей истории не следует ни право указывать, ни обязанность слушаться. Она даёт другое: инфраструктуру, языковую и культурную связность, семейные и экономические переплетения, которые никуда не исчезают вне зависимости от результатов очередных выборов.
◾️Отсюда практический вывод: отношения не декларируются как "неизбежная дружба" vs "подлое предательство", а строятся. Через конкретные интересы и зависимости: инфраструктурные (дороги, магистрали), энергетические (АЭС, поставки), медицинские, культурно-языковые. Модель - не бывшая метрополия и колония. А Британия и Индия сегодня: общая история, в том числе рождающая и неприязнь, и претензии, и плотная сеть работающих связей, которая оказывается устойчивее любых деклараций. Экономическое давление на малые страны показывает свою неэффективность - они учатся выдерживать его, не капитулируя и не разрывая отношений демонстративно. "Чрезвычайные меры" бывают неизбежны, но не должны становиться нормой политики — это должно быть исключением, а не рамкой отношений по умолчанию.
◾️ Российская политика на пространстве бывшего СССР часто проигрывает из-за эмоциональности - привычки смотреть на соседей через призму былой принадлежности к одной стране, а не через анализ интересов. Это касается всего периметра, а не только отдельных стран;
◾️ Риторика ультиматума: "с кем вы, с чужими или с Россией" не очень эффективна. Буквально: "кого ты, малыш, больше любишь папу или маму, но помни, что у папы ремень". Интонация работает против собственных целей: люди, пережившие реальные потери, воспринимают её как психологическое давление и закрываются. Символическая политика Евросоюза в основном декларативна: реальных ресурсов на новую экспансию у ЕС нет, предложения соседям остаются в основном обещаниями, а не деньгами. Но она эмпатична и намеренно опрокинута в будущее.
◾️ Соседи не отделившиеся части, требующие возврата, и не чужие, которых можно списать. Связь с ними держится не на факте общей принадлежности к прежнему государству, а на общей истории - это разные вещи. Из общей истории не следует ни право указывать, ни обязанность слушаться. Она даёт другое: инфраструктуру, языковую и культурную связность, семейные и экономические переплетения, которые никуда не исчезают вне зависимости от результатов очередных выборов.
◾️Отсюда практический вывод: отношения не декларируются как "неизбежная дружба" vs "подлое предательство", а строятся. Через конкретные интересы и зависимости: инфраструктурные (дороги, магистрали), энергетические (АЭС, поставки), медицинские, культурно-языковые. Модель - не бывшая метрополия и колония. А Британия и Индия сегодня: общая история, в том числе рождающая и неприязнь, и претензии, и плотная сеть работающих связей, которая оказывается устойчивее любых деклараций. Экономическое давление на малые страны показывает свою неэффективность - они учатся выдерживать его, не капитулируя и не разрывая отношений демонстративно. "Чрезвычайные меры" бывают неизбежны, но не должны становиться нормой политики — это должно быть исключением, а не рамкой отношений по умолчанию.