Репост из: #Шалимовправ
Как я стал героем романа «Град Обреченный» Аркадия и Бориса Стругацких
Русская жизнь максимально литературоцентрична. У текущей ситуации, конечно, есть аналоги в текстах, написанных ранее. Кто-то сейчас сразу вспомнит «День опричника» и «Сахарный Кремль» Владимира Сорокина (а возможно его же «Метель», или заглянет в будущее через «Теллурию»). Тема с классическими антиутопиями («1984» Оруэлла) слишком заезжена и банальна. Зато есть параллели и с серией книг о Гарри Поттере Джоан Ролинг, которую на днях хотели запретить инициативные фанатики из движения «Сорок сороков», и с «Властелином колец» Толкина, которого в качестве примера привел депутат ГосДумы РФ Алексей Нечаев, защищая россиян от таких запретов.
Но для меня нынешнее бытие в России 2022 года максимально экзистенциально резонирует с книгами братьев Стругацких (Нечаев в своем посте их упомянул, но, я думаю, что мы трактуем их сегодня, исходя из разных пониманий).
Причем, романтический лирический герой, сидящий внутри головы, вечный внутренний подросток всё время тянет ассоциировать себя с такими идеальными Антоном из «Трудно быть богом» или Максимом из «Обитаемого острова», но, если тебе 38 лет, то начинаешь осознавать, что находишься где-то посередине между менее пригламуренными Андреем Ворониным и Иосифом Кацманом в «Граде обреченном». И дело тут не в тебе, а в хронотопе, который детерминирует твою действительность, делает твою жизнь, твои поступки похожими на поведение этих литературных героев.
Главные схожести России и Града обреченного:
1. Нахождение в «Эксперименте», который мгновенно погрузил тех, кто остался в России в метамодернистское безвременье без будущего и с непредсказуемым прошлым.
2. Страна без границ, как у Города Стругацких.
3. Идеологический калейдоскоп крутится со скоростью карусели в парке развлечений. Повторяемость мотивов, иногда самих новостей, зеркальность тем, система персонажей-двойников связана с тем, что их просто засосало внутрь этого безумного круговорота.
4. Карьерные лифты сошли с ума, логики с смене ролей и профессий уже не видно, это приобрело рандомный характер: мы давно живем в мире, где губернаторами становятся охранники, полпредами начальники цехов, но теперь зеки могут стать солдатами, а ранее судимый глава ЧВК рассматривается чуть ли не в преемники. Поэтому уже не кажется бредом сумасшедшего теория заговора о подмене православного патриарха криминальным авторитетом.
5. Жуткая демотивированность всех – от интеллигенции до правящих верхов – никто не знает ради чего это вот всё. Всё крутится-вертится ради самосохранения, если остановиться и задуматься надо ли это делать, то всё может развалиться.
6. Все персонажи живут в разных временных пластах, хотя присутствуют в одном пространстве, пространстве экрана – ТВ, Ютуба и т.д. При этом четвертая стена снесена, ты в любой момент можешь быть мобилизован из разряда зрителя в массовку глобального спектакля, где стать мимолетной жертвой или героем плаката на улицах городов.
Русская жизнь максимально литературоцентрична. У текущей ситуации, конечно, есть аналоги в текстах, написанных ранее. Кто-то сейчас сразу вспомнит «День опричника» и «Сахарный Кремль» Владимира Сорокина (а возможно его же «Метель», или заглянет в будущее через «Теллурию»). Тема с классическими антиутопиями («1984» Оруэлла) слишком заезжена и банальна. Зато есть параллели и с серией книг о Гарри Поттере Джоан Ролинг, которую на днях хотели запретить инициативные фанатики из движения «Сорок сороков», и с «Властелином колец» Толкина, которого в качестве примера привел депутат ГосДумы РФ Алексей Нечаев, защищая россиян от таких запретов.
Но для меня нынешнее бытие в России 2022 года максимально экзистенциально резонирует с книгами братьев Стругацких (Нечаев в своем посте их упомянул, но, я думаю, что мы трактуем их сегодня, исходя из разных пониманий).
Причем, романтический лирический герой, сидящий внутри головы, вечный внутренний подросток всё время тянет ассоциировать себя с такими идеальными Антоном из «Трудно быть богом» или Максимом из «Обитаемого острова», но, если тебе 38 лет, то начинаешь осознавать, что находишься где-то посередине между менее пригламуренными Андреем Ворониным и Иосифом Кацманом в «Граде обреченном». И дело тут не в тебе, а в хронотопе, который детерминирует твою действительность, делает твою жизнь, твои поступки похожими на поведение этих литературных героев.
Главные схожести России и Града обреченного:
1. Нахождение в «Эксперименте», который мгновенно погрузил тех, кто остался в России в метамодернистское безвременье без будущего и с непредсказуемым прошлым.
2. Страна без границ, как у Города Стругацких.
3. Идеологический калейдоскоп крутится со скоростью карусели в парке развлечений. Повторяемость мотивов, иногда самих новостей, зеркальность тем, система персонажей-двойников связана с тем, что их просто засосало внутрь этого безумного круговорота.
4. Карьерные лифты сошли с ума, логики с смене ролей и профессий уже не видно, это приобрело рандомный характер: мы давно живем в мире, где губернаторами становятся охранники, полпредами начальники цехов, но теперь зеки могут стать солдатами, а ранее судимый глава ЧВК рассматривается чуть ли не в преемники. Поэтому уже не кажется бредом сумасшедшего теория заговора о подмене православного патриарха криминальным авторитетом.
5. Жуткая демотивированность всех – от интеллигенции до правящих верхов – никто не знает ради чего это вот всё. Всё крутится-вертится ради самосохранения, если остановиться и задуматься надо ли это делать, то всё может развалиться.
6. Все персонажи живут в разных временных пластах, хотя присутствуют в одном пространстве, пространстве экрана – ТВ, Ютуба и т.д. При этом четвертая стена снесена, ты в любой момент можешь быть мобилизован из разряда зрителя в массовку глобального спектакля, где стать мимолетной жертвой или героем плаката на улицах городов.