Следует добавить к сказанному ув. Игорем Димитриевым то, что переговоры и не могли прекращаться, ведь украинский кризис - лишь часть более крупного противостояния между Кремлем и Вашингтоном. И да, речь идет не только о легализации дальнейшего сохранения актуального политического режима в России и отмене санкций, но и о том самом многополярном мире, в котором Кремль воспринимается равным Вашингтону или Пекину. Собственно, по этой причине Трамп, в зависимости от настроения готовый передать Украине томагавки или напротив, прекратить её финансирование, воспринимается предпочтительнее кандидата от истеблишмента, что республиканского, что демократического. Причина в том, что "глубинному государству" проще воспринимать Россию и Иран как сателлиты Китая и вести общую политику против автократий как "второго мира" современности, сохраняя единство "демократий". При этом переход к многополярному миру подразумевает повышение статуса не только России, но и стран или блоков, стоящих выше её в современной иерархии: Евросоюза с его экономиками, Индии с её полуторамиллиардным населением, Турции, нередко ведущей одновременно антироссийскую и антиамериканскую политику, избегая прямых конфликтов и оставаясь в выигрыше.
Вплоть до 2022 года Украина никогда не была основной целью экзистенциально-геополитического противостояния, напротив, нынешняя украиномания российских и европейских политиков воспринимается американским истеблишментом как безусловная победа, обеспечивающая, помимо прочего, еще и сдерживание Китая через противоречия с Кремлем и Брюсселем. Более того, масштабные инвестиции России и Евросоюза в украинское противостояние порождают желание "воевать до конца", что лишь усиливает роль США в мировой политике.
Теоретически, если отмотать время вспять, самым простым решением для повышения мирового статуса России был бы прокси-конфликт с Турцией, отвечающий одновременно интересам Греции, США и Франции, которые, однако, сами не решились бы на такие начинания. Попытка же прыгнуть на несколько ступенек выше реалистичного спарринг-партнера, а то и вовсе стать владычицей морскою, скорее, ухудшила положение, переведя Россию в лигу Афганистана, Венесуэлы, Ирана и КНДР. Ведь до тех пор, пока новость об отсутствии ареста главы государства в Монголии воспринимается как успех, вопрос равенства гегемону утрачивает свою актуальность.
Вплоть до 2022 года Украина никогда не была основной целью экзистенциально-геополитического противостояния, напротив, нынешняя украиномания российских и европейских политиков воспринимается американским истеблишментом как безусловная победа, обеспечивающая, помимо прочего, еще и сдерживание Китая через противоречия с Кремлем и Брюсселем. Более того, масштабные инвестиции России и Евросоюза в украинское противостояние порождают желание "воевать до конца", что лишь усиливает роль США в мировой политике.
Теоретически, если отмотать время вспять, самым простым решением для повышения мирового статуса России был бы прокси-конфликт с Турцией, отвечающий одновременно интересам Греции, США и Франции, которые, однако, сами не решились бы на такие начинания. Попытка же прыгнуть на несколько ступенек выше реалистичного спарринг-партнера, а то и вовсе стать владычицей морскою, скорее, ухудшила положение, переведя Россию в лигу Афганистана, Венесуэлы, Ирана и КНДР. Ведь до тех пор, пока новость об отсутствии ареста главы государства в Монголии воспринимается как успех, вопрос равенства гегемону утрачивает свою актуальность.