Репост из: УРАЛLIVE
Военкор СоловьёвLIVЕ, редактор УРАЛLIVE Андрей Гусельников: «Безопасных дорог в Донбассе больше нет»
Украинский террор вышел на новый уровень благодаря США
С болью и тревогой слежу за новостями из зоны СВО. Не с передовой — там все понятно: медленное, но неумолимое продвижение наших войск. Но совершенно изменилась обстановка в тыловой части зоны СВО. Та, которая все эти годы была условно безопасной.
Поворотным моментом стал удар по колледжу в Старобельске, в результате которого погибли подростки (теракт унёс жизни 21 студента). Но вслед за ударом по Старобельску одна за другой приходят очень плохие новости о ударах БПЛА по машинам и автобусам на дорогах Донбасса.
28 мая удар по автобусу Макеевка — Севастополь: семь человек (в том числе двое детей) погибли, 15 ранены. Сегодняшняя новость — удар по автобусу Москва – Симферополь: семеро погибших, 11 раненых. Причем, это случилось в Енакиево, который всегда считался спокойным, тыловым городом.
И это не считая ударов по автомобилям и по людям в самых разных частях Донбасса: Горловка, Старобешево, Донецк, разумеется. Мои знакомые из Донецка рассказывают, что по ДКАДу (донецкой объездной) ездят уже наудачу. Счёт сожженным машинам идёт на десятки. Под ударами и Мелитополь на Запорожье, в котором за годы СВО практически не было крупных ЧП (за исключением подрыва моста в декабре 2022-го).
Ситуация изменилась в связи с поставками и началом активного применения ударных самолётов-камикадзе, в частности, дронов Hornet. Это самолётик с размахом крыльев около двух метров (не квадрокоптер и не FPV-дрон, а именно самолёт) на электродвигателе (бесшумный!) производства компании Perennial Autonomy (США).
У него две главных (и очень опасных для нас) фишки. Первая — он заходит на цель сверху, и скорость к моменту удара достигает 200 (а порой и 300) км/час. То есть, отследить его визуально и сбить из ружья гораздо сложнее, чем, допустим, FPV-дрон.
Вторая — он оснащён искусственным интеллектом и терминалом Starlink, что даёт ему полную автономность во время полёта и при выборе цели. А раз он летит без связи с «базой» по радиосигналу, то средства радиотехнической разведки не могут его засечь, а средства РЭБ против него бесполезны. В каналах в ТГ и Максе сейчас много постов на эту тему, а также о выборе им цели при помощи ИИ без участия оператора. В приоритете — военный транспорт, грузовики (теперь, по всей видимости, автобусы), пикапы. А если на дороге никого нет — первый встречный автомобиль.
Нельзя сказать, что наши войска ничего не делают и не пытаются сбивать ударные беспилотники противника. Наоборот, во многих подразделениях сейчас разворачивают ПВНы (пункты воздушного наблюдения) и МОГи (мобильные огневые группы), которые при помощи пулеметов и зениток отстреливают часть вражеских ударников. Молодцы и наши операторы БПЛА: перехватывают их с помощью FPV-дронов (в небе сейчас разворачиваются настоящие воздушные бои) — см. об этом репортаж нашего специального корреспондента Евгения Малёнкина с Запорожья.
Но часть дронов всё же преодолевает заслоны и атакует трассы в зоне СВО. Понятно, что мы отвечаем, и нам есть чем: «Ланцеты», «Герани», «Кинжалы» — вплоть до «Орешника». Но реальность такова, что дороги в тылу зоны СВО перестали быть безопасными. «Союз ветеранов СВО» рекомендует волонтёрам воздержать от поездок «за ленту» и передавать грузы военным в районе границы.
Ситуация будет только ухудшаться. Изначально дальность полёта «Хорнета» была 70 км, сейчас – 150, и понятно, что она будет лишь расти. Теперь в прифронтовой зоне — как во времена Великой Отечественной: в любой момент может прилететь вражеский самолёт с бомбой. Безопасных дорог в Донбассе больше нет. Как с этим бороться? Так же, как с фашистами в 45-м — только побеждать.
Украинский террор вышел на новый уровень благодаря США
С болью и тревогой слежу за новостями из зоны СВО. Не с передовой — там все понятно: медленное, но неумолимое продвижение наших войск. Но совершенно изменилась обстановка в тыловой части зоны СВО. Та, которая все эти годы была условно безопасной.
Поворотным моментом стал удар по колледжу в Старобельске, в результате которого погибли подростки (теракт унёс жизни 21 студента). Но вслед за ударом по Старобельску одна за другой приходят очень плохие новости о ударах БПЛА по машинам и автобусам на дорогах Донбасса.
28 мая удар по автобусу Макеевка — Севастополь: семь человек (в том числе двое детей) погибли, 15 ранены. Сегодняшняя новость — удар по автобусу Москва – Симферополь: семеро погибших, 11 раненых. Причем, это случилось в Енакиево, который всегда считался спокойным, тыловым городом.
И это не считая ударов по автомобилям и по людям в самых разных частях Донбасса: Горловка, Старобешево, Донецк, разумеется. Мои знакомые из Донецка рассказывают, что по ДКАДу (донецкой объездной) ездят уже наудачу. Счёт сожженным машинам идёт на десятки. Под ударами и Мелитополь на Запорожье, в котором за годы СВО практически не было крупных ЧП (за исключением подрыва моста в декабре 2022-го).
Ситуация изменилась в связи с поставками и началом активного применения ударных самолётов-камикадзе, в частности, дронов Hornet. Это самолётик с размахом крыльев около двух метров (не квадрокоптер и не FPV-дрон, а именно самолёт) на электродвигателе (бесшумный!) производства компании Perennial Autonomy (США).
У него две главных (и очень опасных для нас) фишки. Первая — он заходит на цель сверху, и скорость к моменту удара достигает 200 (а порой и 300) км/час. То есть, отследить его визуально и сбить из ружья гораздо сложнее, чем, допустим, FPV-дрон.
Вторая — он оснащён искусственным интеллектом и терминалом Starlink, что даёт ему полную автономность во время полёта и при выборе цели. А раз он летит без связи с «базой» по радиосигналу, то средства радиотехнической разведки не могут его засечь, а средства РЭБ против него бесполезны. В каналах в ТГ и Максе сейчас много постов на эту тему, а также о выборе им цели при помощи ИИ без участия оператора. В приоритете — военный транспорт, грузовики (теперь, по всей видимости, автобусы), пикапы. А если на дороге никого нет — первый встречный автомобиль.
Нельзя сказать, что наши войска ничего не делают и не пытаются сбивать ударные беспилотники противника. Наоборот, во многих подразделениях сейчас разворачивают ПВНы (пункты воздушного наблюдения) и МОГи (мобильные огневые группы), которые при помощи пулеметов и зениток отстреливают часть вражеских ударников. Молодцы и наши операторы БПЛА: перехватывают их с помощью FPV-дронов (в небе сейчас разворачиваются настоящие воздушные бои) — см. об этом репортаж нашего специального корреспондента Евгения Малёнкина с Запорожья.
Но часть дронов всё же преодолевает заслоны и атакует трассы в зоне СВО. Понятно, что мы отвечаем, и нам есть чем: «Ланцеты», «Герани», «Кинжалы» — вплоть до «Орешника». Но реальность такова, что дороги в тылу зоны СВО перестали быть безопасными. «Союз ветеранов СВО» рекомендует волонтёрам воздержать от поездок «за ленту» и передавать грузы военным в районе границы.
Ситуация будет только ухудшаться. Изначально дальность полёта «Хорнета» была 70 км, сейчас – 150, и понятно, что она будет лишь расти. Теперь в прифронтовой зоне — как во времена Великой Отечественной: в любой момент может прилететь вражеский самолёт с бомбой. Безопасных дорог в Донбассе больше нет. Как с этим бороться? Так же, как с фашистами в 45-м — только побеждать.