— боишься меня? — спрашивает Мин , забираясь руками под рубашку. Живот парня такой плоский и горячий…
— да, — всхлипывает Хан, почувствовав жаркое прикосновение к своему животу.
— а хочешь меня? - Хо хитро ухмыляется, уже в наглую задирая клетчатую рубашку.
— хочу.
Омега знает это наверняка. Он боится до дрожи, а пошлые прикосновения вызывают очередные спазмы в животе, но чёртова течка и чёртов Минхо будят в нём бурю чувств и эмоций.
Альфа начинает не спеша расстёгивать пуговицы, одновременно приникая к пухлым искусанным губам. Джисон, ввиду своей неопытности, бездействует.
— приоткрой рот, — просит Мин и окончательно расстёгивает рубашку, открывая вид на худенькое тело.
Хан размыкает губы, и в его рот тут же врывается длинный язык, выбивая из груди томный и удивлённый вздох. Никто и никогда не вылизывал его рот. И Мину нравится, что мальчик такой невинный, нетронутый, но вместе с тем так отчаянно желающий, чтобы его оттрахали, как шлюху.
Ли прикусывает нижнюю губу Джисона и отстраняется от него, принимаясь раздевать. Рубашка летит в сторону, и мужчина опускает взгляд, чтобы удостовериться, что соски младшего действительно набухшие и очаровательно покрасневшие. Так и есть, а потому брюнет, не раздумывая ни секунды, наклоняется и прихватывает губами сосок. Хан, не ожидая этого, вскрикивает, а затем тихонько скулит. Мокрый язык обводит чувствительное место, щекочет его, а когда зубы смыкаются на горячей плоти и оттягивают, Джисон едва не плачет от переизбытка чувств. Второй сосок Мин нежно посасывает, как посасывал бы маленькую сладкую карамель. Альфа отстраняется и проводит пальцами по мокрым вздёрнутым соскам, после чего продолжает раздевать юношу.
— чувствуешь, как я хочу тебя, малыш? — Ли дёргает парня, оставшегося в одних боксерах, на себя, возбуждённым членом прижимаясь к его животу.
Джисон в ответ лишь кивает, стесняясь ответить вслух. Минхо эта стеснительность умиляет и немного смешит, ведь он прекрасно знает, о чём мальчик думает. Хочет, чтобы его раздели, раздвинули тонкие ножки и вставили между ними большой, возбуждённый, увитый венами член. Он, наверное, и понятия не имеет, что растяжка такой узкой, девственной дырочки займёт немало времени. Мину терпеть тоже очень тяжело.
— с ума сойти, как же сильно ты течёшь… — Ли стягивает с омеги чёрные боксеры, насквозь промокшие из-за смазки, и устраивается между его ног, раздвигая их ещё шире.
Джисон всхлипывает и краснеет, когда чужие длинные пальцы проходятся прямо между ягодиц, собирая обильно текущую смазку. Брюнет подхватывает его за бока и с лёгкостью переворачивает на живот, приподнимая за бёдра. Минхо снимает с себя футболку и усаживается между ног Хана, оттягивая ягодицу и проводя пальцем вокруг истекающей дырочки.
— прошу, Хо! — вскрикивает Джисон, подаваясь назад.
Указательный палец проскальзывает в мокрую норку резко и до конца, принимаясь массировать и растягивать бархатные розовые стенки. Омега стонет и выгибается, зажимаясь, потому что больно. Минхо пытается всё сделать аккуратно, но эти жалобные всхлипы и скулёж снизу будят в нём голодного зверя, и он, прикусывая округлую ягодицу, погружает внутрь второй палец. Джисон пищит и повизгивает, царапая короткими ноготками поверхность дивана, и в какой-то момент сжимает мышцы так, что Минхо не может протолкнуть пальцы глубже.
— не зажимайся, иначе отшлёпаю, — предупреждает Мин, слегка хлопнув пальцами свободной руки по попке.
— Ли...Минхо, — с надрывом стонет Хан , выгибаясь ещё больше. Теперь он походит на мартовскую кошку.
— у тебя ещё есть силы выговаривать моё имя? — притворно удивляется мужчина и быстро двигает рукой, заставляя пальцы внутри чуть ли не вибрировать с бешеной силой. — А так?
— М...Мин..… Ох, боже! Ещё, пожалуйста!
Ли добавляет третий палец и проделывает то же самое, наслаждаясь звонкими стонами. Альфа рычит, наблюдая за тем, как дырочка сжимается вокруг его пальцев, и он, резко остановившись, вынимает их, напоследок шлёпнув прямо по припухшему колечку мышц. Хан течёт без остановки, на что старший смотрит с особым удовольствием.
— да, — всхлипывает Хан, почувствовав жаркое прикосновение к своему животу.
— а хочешь меня? - Хо хитро ухмыляется, уже в наглую задирая клетчатую рубашку.
— хочу.
Омега знает это наверняка. Он боится до дрожи, а пошлые прикосновения вызывают очередные спазмы в животе, но чёртова течка и чёртов Минхо будят в нём бурю чувств и эмоций.
Альфа начинает не спеша расстёгивать пуговицы, одновременно приникая к пухлым искусанным губам. Джисон, ввиду своей неопытности, бездействует.
— приоткрой рот, — просит Мин и окончательно расстёгивает рубашку, открывая вид на худенькое тело.
Хан размыкает губы, и в его рот тут же врывается длинный язык, выбивая из груди томный и удивлённый вздох. Никто и никогда не вылизывал его рот. И Мину нравится, что мальчик такой невинный, нетронутый, но вместе с тем так отчаянно желающий, чтобы его оттрахали, как шлюху.
Ли прикусывает нижнюю губу Джисона и отстраняется от него, принимаясь раздевать. Рубашка летит в сторону, и мужчина опускает взгляд, чтобы удостовериться, что соски младшего действительно набухшие и очаровательно покрасневшие. Так и есть, а потому брюнет, не раздумывая ни секунды, наклоняется и прихватывает губами сосок. Хан, не ожидая этого, вскрикивает, а затем тихонько скулит. Мокрый язык обводит чувствительное место, щекочет его, а когда зубы смыкаются на горячей плоти и оттягивают, Джисон едва не плачет от переизбытка чувств. Второй сосок Мин нежно посасывает, как посасывал бы маленькую сладкую карамель. Альфа отстраняется и проводит пальцами по мокрым вздёрнутым соскам, после чего продолжает раздевать юношу.
— чувствуешь, как я хочу тебя, малыш? — Ли дёргает парня, оставшегося в одних боксерах, на себя, возбуждённым членом прижимаясь к его животу.
Джисон в ответ лишь кивает, стесняясь ответить вслух. Минхо эта стеснительность умиляет и немного смешит, ведь он прекрасно знает, о чём мальчик думает. Хочет, чтобы его раздели, раздвинули тонкие ножки и вставили между ними большой, возбуждённый, увитый венами член. Он, наверное, и понятия не имеет, что растяжка такой узкой, девственной дырочки займёт немало времени. Мину терпеть тоже очень тяжело.
— с ума сойти, как же сильно ты течёшь… — Ли стягивает с омеги чёрные боксеры, насквозь промокшие из-за смазки, и устраивается между его ног, раздвигая их ещё шире.
Джисон всхлипывает и краснеет, когда чужие длинные пальцы проходятся прямо между ягодиц, собирая обильно текущую смазку. Брюнет подхватывает его за бока и с лёгкостью переворачивает на живот, приподнимая за бёдра. Минхо снимает с себя футболку и усаживается между ног Хана, оттягивая ягодицу и проводя пальцем вокруг истекающей дырочки.
— прошу, Хо! — вскрикивает Джисон, подаваясь назад.
Указательный палец проскальзывает в мокрую норку резко и до конца, принимаясь массировать и растягивать бархатные розовые стенки. Омега стонет и выгибается, зажимаясь, потому что больно. Минхо пытается всё сделать аккуратно, но эти жалобные всхлипы и скулёж снизу будят в нём голодного зверя, и он, прикусывая округлую ягодицу, погружает внутрь второй палец. Джисон пищит и повизгивает, царапая короткими ноготками поверхность дивана, и в какой-то момент сжимает мышцы так, что Минхо не может протолкнуть пальцы глубже.
— не зажимайся, иначе отшлёпаю, — предупреждает Мин, слегка хлопнув пальцами свободной руки по попке.
— Ли...Минхо, — с надрывом стонет Хан , выгибаясь ещё больше. Теперь он походит на мартовскую кошку.
— у тебя ещё есть силы выговаривать моё имя? — притворно удивляется мужчина и быстро двигает рукой, заставляя пальцы внутри чуть ли не вибрировать с бешеной силой. — А так?
— М...Мин..… Ох, боже! Ещё, пожалуйста!
Ли добавляет третий палец и проделывает то же самое, наслаждаясь звонкими стонами. Альфа рычит, наблюдая за тем, как дырочка сжимается вокруг его пальцев, и он, резко остановившись, вынимает их, напоследок шлёпнув прямо по припухшему колечку мышц. Хан течёт без остановки, на что старший смотрит с особым удовольствием.