Гестаповец-дядя из #НТС
Глазунов Борис Федорович, штабс-капитан. Дядя художника Ильи Глазунова. В годы Первой мировой войны служил на Двинском фронте в 1916 – 1917 гг. Работал в наркомате путей сообщения. Проживал в Царском Селе у Ленинграда, где и попал под оккупацию. Его жена и дочери стали «остарбайтерами», а после Второй мировой войны эмигрировали в США. По словам И. Глазунова, его дядя был выдан СССР западными союзниками после Великой Отечественной войны.
Подробности о жизни дяди в оккупации Илья Глазунов узнал от Николая Рутченко (Рутыча) и Аркадия Столыпина, пришедших на выставку Глазунова в Париже в 1968 г. (Одновременно эта НТСная парочка организовывал в Париже концерты Булата Окуджавы). От них художник узнал о существовании и об идеологии НТС, в который входил Б.Ф. Глазунов. Столыпин и Рутченко представили НТС как сторонников «третьего пути» и организацию, за которой вели охоту "убийцы из НКВД".
Отсюда и «помноженная на родство» оценка: «Мой дядя не закрывал печи Дахау. Только думал, как Россию сделать свободной, немцам не прислуживал». На самом деле, нет. Борис Федорович Глазунов (кличка «Глазенап») служил немцам. Служил в гатчинской военной комендатуре, приданной айнзацгруппе «А». Той самой, которая «хвасталась» перед Гиммлером об «очищенных от евреев» советских регионах (т.е. где были убиты все евреи – почти 250 тысяч человек).
Непосредственным руководителем Б.Ф. Глазунова был православный монархист латыш Павел Петрович Делле, участвовавший в нацистском геноциде в Латвии летом 1941 г. Делле вел двойную игру, официально работая на нацистов и при этом негласно поддерживая НТС. В июле 1942 г. Н.Н. Рутченко, Б.Ф. Глазунов и Сергей Смирнов (ранее – бургомистр города Калинин, после освобождения города Красной армией бежал в Смоленск и там вступил в НТС, а затем стал сотрудником гатчинской военной комендатуры) участвовали в совещании с представителями из Луги, Сиверской и Гатчины, на котором было принято решение создать подпольную организацию НТС в Ленинградской Области с целью освобождения России от большевистских и немецких оккупантов". Б.Ф. Глазунов использовал служебный гектограф, чтобы тайком печатать брошюру #ИванИльин «О сопротивлении злу силою». Гатчинская ячейка НТС объединилась с рижской группой НТС, но была раскрыта гестапо по доносу ее члена, В. Добочевского, в декабре 1942 г. При покровительстве Делле и капитана фон Клейста (родственника фельдмаршала) из 18-й армии вермахта, Б.Ф. Глазунов, Н.Н. Рутченко-Рутыч и др. участники НТСной группы смогли скрыть свои намерения и освободиться из заключения в феврале 1943 г. После освобождения Рутченко и Глазунов с весны 1943 г. участвовали в подготовке диверсантов «предприятия «Цеппелин» к операции «Волжский вал». По ее плану 4 группы диверсантов должны были быть заброшены в глубокий советский тыл, чтобы одновременно подорвать мосты на реках Волге и Каме и тем самым нарушить сообщение Европейской России с Уралом и Сибирью. Третьей группой диверсантов (свыше 100 человек) командовал Н. Рутченко.
Б.Ф. Глазунов был арестован Управлением «СМЕРШ» Группы советских оккупационных войск в Германии в мае 1945 г. На допросах показал, что давно знал и тесно общался с Ольгой Книппер-Чеховой «вплоть до последнего времени».
В Советском Союзе Б.Ф. Глазунов был осужден на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Работал по специальности на инженерно-технических работах и, вопреки стереотипным ужасам ГУЛАГа, отсидел свой срок весьма вольготно. Как писал его племянник, "дядя Боря" получал с воли от родных книги, «заказывал папиросы, чай, печенье, консервы и т. п. обязательно определенных сортов и в определенной упаковке», занимался математикой – решал теорему Ферма, изучал астрономию, увлекся физикой.
Освободившись, дядя вернулся к семье своего брата, где рос будущий художник Илья Глазунов. «Дядя Боря» приложил руку к формированию мировоззрения будущего художника – монархиста, мистика, шовиниста и антисемита, который, несмотря на всё это, обслуживал советский «бомонд».
Такие "герои" разваливали СССР и несут нам сегодня #РоссияИзЧемодана
Глазунов Борис Федорович, штабс-капитан. Дядя художника Ильи Глазунова. В годы Первой мировой войны служил на Двинском фронте в 1916 – 1917 гг. Работал в наркомате путей сообщения. Проживал в Царском Селе у Ленинграда, где и попал под оккупацию. Его жена и дочери стали «остарбайтерами», а после Второй мировой войны эмигрировали в США. По словам И. Глазунова, его дядя был выдан СССР западными союзниками после Великой Отечественной войны.
Подробности о жизни дяди в оккупации Илья Глазунов узнал от Николая Рутченко (Рутыча) и Аркадия Столыпина, пришедших на выставку Глазунова в Париже в 1968 г. (Одновременно эта НТСная парочка организовывал в Париже концерты Булата Окуджавы). От них художник узнал о существовании и об идеологии НТС, в который входил Б.Ф. Глазунов. Столыпин и Рутченко представили НТС как сторонников «третьего пути» и организацию, за которой вели охоту "убийцы из НКВД".
Отсюда и «помноженная на родство» оценка: «Мой дядя не закрывал печи Дахау. Только думал, как Россию сделать свободной, немцам не прислуживал». На самом деле, нет. Борис Федорович Глазунов (кличка «Глазенап») служил немцам. Служил в гатчинской военной комендатуре, приданной айнзацгруппе «А». Той самой, которая «хвасталась» перед Гиммлером об «очищенных от евреев» советских регионах (т.е. где были убиты все евреи – почти 250 тысяч человек).
Непосредственным руководителем Б.Ф. Глазунова был православный монархист латыш Павел Петрович Делле, участвовавший в нацистском геноциде в Латвии летом 1941 г. Делле вел двойную игру, официально работая на нацистов и при этом негласно поддерживая НТС. В июле 1942 г. Н.Н. Рутченко, Б.Ф. Глазунов и Сергей Смирнов (ранее – бургомистр города Калинин, после освобождения города Красной армией бежал в Смоленск и там вступил в НТС, а затем стал сотрудником гатчинской военной комендатуры) участвовали в совещании с представителями из Луги, Сиверской и Гатчины, на котором было принято решение создать подпольную организацию НТС в Ленинградской Области с целью освобождения России от большевистских и немецких оккупантов". Б.Ф. Глазунов использовал служебный гектограф, чтобы тайком печатать брошюру #ИванИльин «О сопротивлении злу силою». Гатчинская ячейка НТС объединилась с рижской группой НТС, но была раскрыта гестапо по доносу ее члена, В. Добочевского, в декабре 1942 г. При покровительстве Делле и капитана фон Клейста (родственника фельдмаршала) из 18-й армии вермахта, Б.Ф. Глазунов, Н.Н. Рутченко-Рутыч и др. участники НТСной группы смогли скрыть свои намерения и освободиться из заключения в феврале 1943 г. После освобождения Рутченко и Глазунов с весны 1943 г. участвовали в подготовке диверсантов «предприятия «Цеппелин» к операции «Волжский вал». По ее плану 4 группы диверсантов должны были быть заброшены в глубокий советский тыл, чтобы одновременно подорвать мосты на реках Волге и Каме и тем самым нарушить сообщение Европейской России с Уралом и Сибирью. Третьей группой диверсантов (свыше 100 человек) командовал Н. Рутченко.
Б.Ф. Глазунов был арестован Управлением «СМЕРШ» Группы советских оккупационных войск в Германии в мае 1945 г. На допросах показал, что давно знал и тесно общался с Ольгой Книппер-Чеховой «вплоть до последнего времени».
В Советском Союзе Б.Ф. Глазунов был осужден на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Работал по специальности на инженерно-технических работах и, вопреки стереотипным ужасам ГУЛАГа, отсидел свой срок весьма вольготно. Как писал его племянник, "дядя Боря" получал с воли от родных книги, «заказывал папиросы, чай, печенье, консервы и т. п. обязательно определенных сортов и в определенной упаковке», занимался математикой – решал теорему Ферма, изучал астрономию, увлекся физикой.
Освободившись, дядя вернулся к семье своего брата, где рос будущий художник Илья Глазунов. «Дядя Боря» приложил руку к формированию мировоззрения будущего художника – монархиста, мистика, шовиниста и антисемита, который, несмотря на всё это, обслуживал советский «бомонд».
Такие "герои" разваливали СССР и несут нам сегодня #РоссияИзЧемодана