Когда Гончаров обвинил Тургенева в плагиате
В 1860 году Иван Гончаров обвинил Ивана Тургенева в плагиате: якобы тот использовал в «Дворянском гнезде» и «Накануне» сюжетные линии «Обрыва»:
«При появлении „Дворянского гнезда“, опираясь на наши старые приятельские отношения, откровенно выразил Вам мою мысль о сходстве этой повести с сюжетом моего романа, как он был Вам рассказан по программе.
Вы тогда отчасти согласились в сходстве общего плана и отношений некоторых лиц между собой, даже исключили одно место, слишком живо напоминавшее одну сцену, и я удовольствовался.
С появлением Вашей повести „Накануне“, прежде нежели я увидел и имел ее у себя в руках, уже кое-где говорили, и раза два, мне самому о том, что будто и в ней есть что-то сходное с продолжением моей программы. Тогда только, получив ее от Вас, я прочел страниц тридцать, и мне самому показалось, что есть что-то общее в идее Вашего художника Шубина и моего героя».
Спустя два дня после отправки этого письма, 29 марта 1860 года, состоялся третейский суд, в котором приняли участие Александр Дружинин, Павел Анненков, Александр Никитенко и Степан Дудышкин. Обвинения в плагиате были ими отвергнуты.
В 1860 году Иван Гончаров обвинил Ивана Тургенева в плагиате: якобы тот использовал в «Дворянском гнезде» и «Накануне» сюжетные линии «Обрыва»:
«При появлении „Дворянского гнезда“, опираясь на наши старые приятельские отношения, откровенно выразил Вам мою мысль о сходстве этой повести с сюжетом моего романа, как он был Вам рассказан по программе.
Вы тогда отчасти согласились в сходстве общего плана и отношений некоторых лиц между собой, даже исключили одно место, слишком живо напоминавшее одну сцену, и я удовольствовался.
С появлением Вашей повести „Накануне“, прежде нежели я увидел и имел ее у себя в руках, уже кое-где говорили, и раза два, мне самому о том, что будто и в ней есть что-то сходное с продолжением моей программы. Тогда только, получив ее от Вас, я прочел страниц тридцать, и мне самому показалось, что есть что-то общее в идее Вашего художника Шубина и моего героя».
Спустя два дня после отправки этого письма, 29 марта 1860 года, состоялся третейский суд, в котором приняли участие Александр Дружинин, Павел Анненков, Александр Никитенко и Степан Дудышкин. Обвинения в плагиате были ими отвергнуты.