Хорошая книга

«Сатанинское танго», дебютный роман впоследствии нобелевского лауреата венгра Ласло Краснахоркаи на полку #книгаXXвека

Краснахоркаи называют летописцем распада. Очень точно. Читать его дискомфортно. Сцена с Эштике – кульминация романа, разделяющая его на до и после. В ней – ключевая метафора распада. Брошенная всеми девочка, обманутая по шаблону «поля чудес» старшим братом, сначала принимает на себя роль бога, убивая кошку, а потом убивает себя, веря в лучшую жизнь на небесах. Ее смерть могла бы по-библейски искупить вину взрослого мира. Но распад настолько глубок и безвозвратен, что она становится инструментом очередной манипуляции над жителями умирающей деревни.

Чудесный спектакль вышел сегодня в Театре наций на малой сцене. Роман Габриа поставил советскую пьесу «Взрослая дочь молодого человека», гремевшую в конце 70-х в театральной Москве. Прекрасный Евгений Стычкин в роли повзрослевшего стиляги-неудачника. Яркий Утюг из Челябинска Артём Тульчинский. Характерный Виталий Коваленко, добившийся успеха бывший сокурсник. Елена Николаева - экс-звезда курса. И новое поколение, это вечное «отцы и дети», где идеи нового мира всегда против опыта старого.

Ковер, советский хрусталь и застолье со Столичной, оливье и вареной картошкой, без которых советскому человеку не решить вопросы бытия. Атмосфера воспроизведена согласно канону. И простые человеческие страсти в советской квартире - не хуже, чем у Шекспира - и улыбает, и трогает до слез. Может быть, потому что героям по 45, как и мне сейчас, а, может, просто потому что просто и хорошо.

Премьера в #сезон_26_27

Сентябрьский Петр Шерешевский в Москве в #сезон_26_27: «Ревизор» из Пскова (2018 год) и «Опера нищего», питерский театр «Суббота» (2022 год). Максимально похожий на себя в региональный период. Да простят меня регионы, но попроще, прямее, без особых витиеватостей и изысков.

«Ревизор» прекрасен городничим и драматической коллизией, заложенной Шерешевским в роль дочери Антона Антоновича. Кто бы мог подумать, что в ней может быть скрыта драма, да? А вот видение роли Хлестакова режиссером (или исполнителем?) не зацепило, даже наоборот. Пресный. Примерно как найди отличия в эмоциях Кристен Стюарт.

«Опера нищего» интересней хотя бы потому, что, кажется, впервые видела ее в театре. Балладная опера Джона Гея, сатирика времен Свифта, написана в 18 веке. Тогда это была действительно опера - отсюда название. Она пародировала итальянскую оперу и высмеивала британское высшее общество - через максимально простой сюжет из мира отбросов общества. Говоря короче, смысл был не в сюжете, а именно в текстах. С этим у Семена Саксеева (он же - сам Шерешевский как автор текстов), на мой вкус, не сложилось. Время действия он перенес в 1996 год, а тогда была не только братва, но и предвыборная кампания «Голосуй или проиграешь», но не сказать, чтоб потенциал исторического контекста оказался раскрыт тонко и звонко.

Немецкий драматург Бертольд Брехт в 20 веке решил вопрос музыкальности «Оперы» за счет зонгов (der Song с немецкого - эстрадная песня). Шерешевский поступил аналогично, но взял в свою постановку реальные тексты попсы и шансона 90-х. И на том спасибо, хотя гастрольный звук на другой сцене «Современника», мягко говоря, оставляет желать лучшего.

Не всегда помню и осознаю, как и почему книга оказывается в моем читательском плане, но в случае с

🐦‍🔥 Филип К. Дик. «Человек в высоком замке»

предположу, что мне ее подкинул алгоритм Яндекса, и в общем-то не ошибся.

На обложке первого издания - а то был 1962 год - флаг Восходящего Солнца (военный флаг Японии) и нацистская свастика. Сегодня, конечно, такое не пропустили бы, поэтому на афише сериала, снятого по роману 10 лет назад, - стилизованный пацифик. Сериал, кстати, оценен на 7.3 - в отзывах пишут, первые 2 сезона отличные.

Работа американца Дика - один из эталонов жанра альтернативной истории. По сюжету немцы, японцы и других менее значимые союзники победили во Второй Мировой. США больше не США, восточное побережье - под оккупацией Германии, западное - Японии. В книге шесть сюжетных линий, что для сериала - отлично, а для слушания в виде аудио книги сложновато - не всегда въезжаешь. Тем более что задача автора - размыть границы между мирами и продемонстрировать эффекты от множественности миров. У Филипа Дика и его героев, например, есть свой аналог ИИ - китайская книга перемен И цзин. С помощью её 64 гексаграмм и их поясняющих афоризмов сам автор написал «Человека в высоком замке», где многие герои принимают решение на основании И цзин. В итоге одна из героинь, например, узнает, что ее мир - альтернативный…

Вторая книга

🪴роман «Цементный сад» Иэна Макьюэна

попала в мой план осмысленно, но не совсем точно. Искала образец метамодернизма в литературе, нашла одного из авторов этого изма, но не нашла его эталонную для метамодернизма «Сластену». «Цементный сад» - дебютная книга Макьюэна, и в общем-то можно понять, почему он так с ней прогремел. Сюжет пересказывать не буду, но имейте в виду: при всей краткости романа и его лаконичном стиле читать его не особо комфортно. Смотреть в кино - пожалуй, для больших киноманов.

«Странник века». Андрес Неуман.

Дочитав до конца, я так и не поняла смысл и причину названия. Проверила в оригинале: El viajero del siglo - так и переводится. То есть российское издательство от авторской буквы не отступалось. А, значит, автор сам преувеличил масштаб своего героя, как потом критики преувеличили масштаб самого романа.

Неуман - относительно молодой писатель, сейчас ему 49. Он потомок евреев, эмигрировавших из Германии в Аргентину, родился в БА, но эмигрировавший в 14 лет обратно в Европу, в Испанию. Так что, когда про роман Неумана пишут «латиноамериканский» - это то ли маркетинговый прием, то ли искреннее заблуждение. Что-то от магического реализма Маркеса можно наблюдать в первой главе, но всё это быстро выветривается ветром германского начала 19 века - и очевидной тягой Неумана к интеллектуальному европейскому роману а-ля «Волшебная гора» Томаса Манна.

Правда, «Странник [по всей видимости, именно 19] века» вышел в 2009 году, то есть автору в тот момент было только 32, а Манн выдал свою глыбу, будучи 49-летним интеллектуалом начала 20 века. Возможно, отсюда такая разница в масштабе. У Манна герои, будучи в шаге от смерти, живут интеллектуальной жизнью своего века, у Неумана герои - участники любовной интрижки, как будто болтают от безделия и скуки в ожидании очередного свидания. Примерно с половины книги она начинает терять свое очарование, выданное авансом, и к финалу скорее интересно, зачем всё это было, чем чем все закончилось.

Судя по Вики, на текущий момент это наиболее громкая работа Неумана, с разными премиями и переводами на другие языки. Один из испанских критиков назвал ее «одним из самых амбициозных литературных произведений, которые я встречал за последние годы. И не только благодаря внутренней многогранности, безупречному стилю и психологической чуткости, с которой Нойман описывает своих героев…» Амбиций действительно много. И стильно написана. Но на этом всё.

Сорокин — новый резидент программы Writing the Prado 2026. В совместном проекте музея Прадо и Loewe Foundation он создаст текст, вдохновленный историей и коллекцией музея. Его опубликуют Прадо и журнал Granta en español. Сорокин планирует обратиться к «Менинам» Диего Веласкеса и «Саду земных наслаждений» Иеронима Босха.

Уже тревожно.

Анонс - из запрещенной сети

Виктор Пелевин, роман «Т». Ещё один яркий образец литературы постмодернизма. Если писатели предыдущего изма - модернизма - плевали на читателя, увлекаясь исключительно своим внутренним миром, то постмодернист отдает читателю право управлять контентом - ибо кто платит, тот заказывает музыку. В девятом романе Пелевин разбирается вместе с Толстым и Достоевским, в чем роль автора, героя, читателя, и кто на ком стоял. Яйцо или курица? Курица или яйцо? На полку #современники

«Нью-Йоркская трилогия», дебютный сборник американского писателя Пола Остера, 1985–1986 годы. Состоит из трёх повестей: «Стеклянный город», «Призраки» и «Запертая комната». Читать только вместе - так трилогия складывается в единое полотно. Образец постмодернизма, интерпретация детективного жанра. За лаконичным повествованием и детективно-мистической интригой стоят многослойность и экзистенциальная глубина. Герои перескакивают из реальности в восприятие и обратно. Границы размываются. Идентичность утрачивается. Финал как будто открыт.

«Романы Остер читаются очень быстро, потому что они написаны ясным языком, потому что грамматика прозы — это грамматика самого привычного реализма (который на самом деле является успокаивающе искусственным), и потому что сюжеты, полные неожиданных поворотов, сюрпризов и жестоких сцен, обладают тем, что Times однажды назвала «саспенсом и динамикой бестселлера в жанре триллера», - британский критик Джеймс Вуд о Поле Остере.

А есть здесь кто-то, кто прочел эту книгу? Как вам это удалось, поделитесь лайфхаками?

🥁 «Жестяной барабан» Гюнтера Грасса. Дебютный роман классика немецкого послевоенного времени. Рожденный в Данциге (после 1945 года - польский Гданьск) он так или иначе перерабатывал в своем творчестве утрату малой родины, травму нацизма и вину немцев за него. В «Жестяном барабане» герой, рожденный в Данциге, в 3-летнем возрасте отказывается расти и всю дальнейшую жизнь наблюдает с позиции ребенка. По роману снят фильм, но смотреть не буду. Мрачно, тревожно, чересчур.

💥 «Конец света» Ребекки Уэйт. Интернат для девочек, эпидемия припадков и… клишированное развитие событий со скомканным финалом. Купилась на позитивный отзыв. В общем-то не мусор, но и без особых ожиданий.

👸 «Две Дианы» Александра Дюма. А вот это мусор. Еле домучила. Дюма надолго забыт.

«Торговец дурманом» - книга американского постмодерниста Джона Барта. На русском впервые. Это толстенный исторический, приключенческий, сатирический роман-фантазия в гротеске на основе элементов реальной биографии поэта 17-18 века Эбенейзера Кука, узко известного крайне узкой аудитории. Барт написал его за четыре года, когда ему не было 30-ти, но он уже преподавал литературу в университете. Биография самого Барта, на мой взгляд, интересна не менее, чем его героя, ведь он - как и поэт Эбен Кук - хранил девственную чистоту, хотя в его случаи - метафорическую - от американской и мировой литературы вплоть до поступления в университет.

В эссе «Литература восполнения» писатель вспоминал, как отозвался о его книгах один студент: мол, если девиз модернистов: «пусть рядовой читатель идет к черту!», то постмодернист Барт убирает из него прилагательное. «Торговец дурманом» - для подготовленного читателя, это отрицать невозможно. Я читала его медленно, дозировано, но всё-таки с большим удовольствием. Это замечательная стилизация на предыдущие столетия литературы в прекрасном исполнении автора 20 века и восхитительно тонком переводе профессионала из 21 века. Хочу Барта ещё.

Планы на отпуск
+ три-четыре аудиокниги

Максим Горький не забыт. Теперь и в Сатириконе. Спектакль «Накануне» по пьесе «Егор Булычов и другие» - первое обращение театра к Горькому и первая постановкой в этом театре Николая Рощина. Богатого купца Егора Булычова, переживающего экзистенциальную драму надвигающейся смерти, играет сам Константин Райкин.

Пьеса написана Горьким в 1931, но действие происходит зимой 1917 года, когда первая мировая выпила почти всю мужицкую кровь и грозила стащить царя с престола. Современники называли её вершиной драматического ряда у Горького - простой и глубокой. В постсоветской России она ушла в прошлое вместе с феноменом Горького и породившей её и его эпохой. И вот в #сезон_26_27 Николай Рощин возвращает ее в контекст, разыгрывая, простите, уже сильно заезженную пластинку исторических аллюзий: «Хватит воевать, я в Париж хочу!».

Попытка экспрессивно громкая и по-рощински мощная. Но на пятый год катарсис уже не достижим.

Не помню, говорила ли, «Жизнь Клима Самгина» так и не далась. А вот первый роман Горького «Фома Гордеев» (1899-1900-1903) только что осилила. Без сомнения, Максим Горький - великий писатель своего времени. Но вне контекста он не живет.