Мы продолжаем обсуждать с разными мамами, как они пришли к идее заботы о себе: уж очень это неочевидное действие. Сегодня об этом рассказывает Мария Иванова — маркетолог, консультант по развитию бизнеса и соло-мама, которая пишет книгу про личный опыт преодоления и жизнь в родительском выгорании.
— Как в моей жизни вообще появилась тема выгорания: в какой-то момент, когда у меня сломался режим «работа 24/7».
Это произошло в 34 года и через тело. До этого момента я делала много проектов, растила ребенка, особенно не следила за режимом и не придавала значения депрессивным эпизодам: «Ну кризис — и кризис, закончился — и слава богу». Но в 34 года я заметила впервые, что уже не могу не спать ночью. А в 38 мышечным спазм уложил меня на пол так, что я не могла встать несколько часов, и поняла — кажется, моя нагрузка как соло-матери превышает мои возможности, и надо что-то менять.
У меня долго стояла неосознанно высокая планка материнства для самой себя: с одной стороны, я хотела уйти от низкого уровня жизни, в котором жили мои родители, и соответствовать уровню моего окружения, которое могло себе позволить значительно больше, чем я. Но я растила ребенка одна в съемной квартире в Москве, зарабатывая значительно меньше тех, кто меня окружал. И я никогда не была «хорошей»: относительно своей семьи я была плохая мать, потому что воспитывала ребенка «странно», а относительно окружения я была «плохая», потому что вместо лучшей частной школы и отдыха в Европе я порой не могла даже сходить с ребенком на горку в соседний двор, потому что у меня просто не было на это сил. Зато было очень много чувства стыда и вины. Причем никто мне не говорил, что я плохая мать, этот вывод я делала сама в своей голове.
И вот после того, как у меня начало отказывать тело, я пошла разбираться со всем этим в психотерапию, проведя там в общей сложности 5 лет.
Первое, что я поняла — что есть цикл: фигачу > устала > не заметила, что устала, взяла у себя в долг сил, которых нету > организм отключился > испытываю стыд и вину, думая, что я плохая > и дальше либо ложишься, либо каким-то чудом из этого цикла выходишь, чтобы через некоторое время снова туда попасть. И я начала фокусироваться на том, чтобы вовремя заметить усталость.
Но это стало проблемой, потому что оказалось, что я не понимаю, что я чувствую. Тогда я пошла изучать свои чувства и разбираться, когда мне что-то нравится, когда что-то не нравится, когда я чувствую стыд, когда вину, а когда усталость.
Оказалось, мне было стыдно признавать, что я устала: раз устала, значит не справилась, раз не справилась — значит, я недостаточно хорошая. А раз недостаточно хорошая — должна вкалывать дальше без права на отдых. И поехали по циклу «фигачим — отключились — чудом восстановились» вместо отдыха и восстановления.
(Продолжение — в следующем посте)
#сестры_проресурс
@hugbotchannel — поддержка родителейт
— Как в моей жизни вообще появилась тема выгорания: в какой-то момент, когда у меня сломался режим «работа 24/7».
Это произошло в 34 года и через тело. До этого момента я делала много проектов, растила ребенка, особенно не следила за режимом и не придавала значения депрессивным эпизодам: «Ну кризис — и кризис, закончился — и слава богу». Но в 34 года я заметила впервые, что уже не могу не спать ночью. А в 38 мышечным спазм уложил меня на пол так, что я не могла встать несколько часов, и поняла — кажется, моя нагрузка как соло-матери превышает мои возможности, и надо что-то менять.
У меня долго стояла неосознанно высокая планка материнства для самой себя: с одной стороны, я хотела уйти от низкого уровня жизни, в котором жили мои родители, и соответствовать уровню моего окружения, которое могло себе позволить значительно больше, чем я. Но я растила ребенка одна в съемной квартире в Москве, зарабатывая значительно меньше тех, кто меня окружал. И я никогда не была «хорошей»: относительно своей семьи я была плохая мать, потому что воспитывала ребенка «странно», а относительно окружения я была «плохая», потому что вместо лучшей частной школы и отдыха в Европе я порой не могла даже сходить с ребенком на горку в соседний двор, потому что у меня просто не было на это сил. Зато было очень много чувства стыда и вины. Причем никто мне не говорил, что я плохая мать, этот вывод я делала сама в своей голове.
И вот после того, как у меня начало отказывать тело, я пошла разбираться со всем этим в психотерапию, проведя там в общей сложности 5 лет.
Первое, что я поняла — что есть цикл: фигачу > устала > не заметила, что устала, взяла у себя в долг сил, которых нету > организм отключился > испытываю стыд и вину, думая, что я плохая > и дальше либо ложишься, либо каким-то чудом из этого цикла выходишь, чтобы через некоторое время снова туда попасть. И я начала фокусироваться на том, чтобы вовремя заметить усталость.
Но это стало проблемой, потому что оказалось, что я не понимаю, что я чувствую. Тогда я пошла изучать свои чувства и разбираться, когда мне что-то нравится, когда что-то не нравится, когда я чувствую стыд, когда вину, а когда усталость.
Оказалось, мне было стыдно признавать, что я устала: раз устала, значит не справилась, раз не справилась — значит, я недостаточно хорошая. А раз недостаточно хорошая — должна вкалывать дальше без права на отдых. И поехали по циклу «фигачим — отключились — чудом восстановились» вместо отдыха и восстановления.
(Продолжение — в следующем посте)
#сестры_проресурс
@hugbotchannel — поддержка родителейт