Овощебаза № 3: кто прикрывает самарский рынок, который давно живёт по своим законам?Наш канал уже писал о массовых беспорядках на территории самарской Овощебазы № 3 — того самого рынка на Олимпийской, 68, где конфликт вокруг помещений, аренды и денежных потоков, по словам участников рынка, перешёл в открытую силовую фазу. После первой публикации с редакцией связались несколько источников, знакомых с ситуацией на базе. Среди них люди, имеющие отношение к правоохранительному блоку. Все они говорят об одном: происходящее на Овощебазе № 3 нельзя рассматривать как обычную драку торговцев или спор хозяйствующих субъектов. Это, по их словам, давно сложившаяся система влияния, где владельцы и фактические бенефициары территории имеют серьёзный вес не только внутри самого рынка, но и в отношениях с теми, кто должен этот рынок контролировать.Один из собеседников канала формулирует жёстко: «На базе не боятся проверок. К ним готовятся. С ними договариваются. А когда нужно — пережидают». По словам источника, именно поэтому после рейдов, задержаний, миграционных проверок и уголовных дел объект продолжает жить по старым правилам: фуры заезжают, наличные идут, спорные помещения не освобождаются, а люди, которые пытаются действовать по документам, сталкиваются с давлением.Силовики, как утверждают источники, хорошо знают эту территорию. Знают, кто контролирует въезды. Знают, кто собирает деньги с торговцев. Знают, кто может быстро собрать массовку из своих людей. Знают, какие фамилии на базе лучше не произносить вслух. Но каждый раз история почему-то распадается на отдельные эпизоды: миграционный рейд, проверка документов, спор за аренду, уголовное дело директора, конфликт вокруг павильона, драка, продажа объекта. А целая картина так и остаётся за кадром.Эта картина, по словам собеседников, выглядит куда серьёзнее. На территории Овощебазы № 3 могла сформироваться устойчивая группа влияния, в которой ключевые роли источники отводят Рахманкулову Аббасу Кабилтоновичу и Мирзоеву Сафару Саидакбаровичу. Рядом с ними, по данным участников рынка, могли действовать неустановленные лица, выполнявшие функции силового сопровождения, давления на арендаторов и контроля за неучтёнными денежными потоками.Речь, по словам источников, может идти о системе, где торговцам сельхозпродукцией и арендаторам фактически предлагают выбор: платить за возможность работать на территории базы либо уходить. Причём платить, как утверждают собеседники, не всегда по договору и не всегда в кассу. В материалах, с которыми ознакомилась редакция, фигурируют суммы до 55 тысяч рублей с единицы транспорта. Отдельно собеседники канала обращают внимание на фигуру Эдуарда Кочетова. Его имя давно связывают с имущественной историей Овощебазы № 3. В публичном поле база часто воспринимается как единый объект, но юридически её территория напоминает лоскутное одеяло: участки, строения, арендаторы, субарендаторы, старые договоры, новые претензии и постоянные споры о том, кто чем вправе распоряжаться. Такая конструкция, по словам источников, создаёт идеальную среду для серого управления.На этом фоне уголовное дело в отношении директора базы Канана Исаева выглядит не случайным эпизодом, а симптомом всей системы. По открытым данным, его обвиняют в мошенничестве в особо крупном размере, связанном с передачей в аренду земельных участков, на которые, по версии следствия, у него не было законных прав.Если директор мог сдавать участки без надлежащих прав, если арендаторы спорят за помещен