Игорь Минтусов вновь возвращается к теме дистанционного электронного голосования, о которой уже много говорил на Кремлевском безБашеннике в сентябре. Теперь появился повод вернуться к разговору о ДЭГ: коммунисты проиграли в суде со своими исками по поводу электронного голосования в Москве.
https://t.me/kremlebezBashennik/25032
Безусловно, эксперт прав, когда говорит о том, что сейчас ДЭГ выглядит как политическая, а не избирательная технология, что имеет для властей массу рисков и вызовов, самый большой из которых по-прежнему вопрос легитимизации ДЭГ в общественном сознании.
В 2022 году дистанционное электронное голосование получит в субъектах ПФ большее распространение и будет апробировано на локальных муниципальных и региональных кампаниях. Очевидно, эти кампании будут сопровождаться усилиями по легитимизации ДЭГ в информационном поле.
Однако информационная кампания, если будет базироваться исключительно на пропаганде удобства такой формы голосования (не надо выходить из дома, безопасно в ковидную эпоху), обречена на провал. Легитимизация ДЭГ — это, прежде всего, работа по внедрению открытых и прозрачных механизмов контроля за его ходом. Эти механизмы должны быть понятны и объяснены не только экспертам, но и простым гражданам.
То, что электронное голосование в России будет внедрено повсеместно — факт. Борьба с этим напоминает борьбу извозчиков с появлением автомобилей.
Пессимизм и аргументы отрицателей ДЭГ понятны: и дело не только в нынешней непрозрачности электронного голосования. Куда более их тревожит тот факт, что на самом деле дистанционное голосование — это куда большие возможности власти по привлечению на выборы своих «ленивых» сторонников, которые ножками до участков не доходили, а вот с дивана проголосовать в два клика готовы. ДЭГ в одночасье может перестроить всю партийную карту России. А значит с электронным голосованием его оппонентам (оппонентам власти) надо начинать работать уже сейчас, да нет, даже вчера. В конце концов, у политических технологий может быть больше чем один субъект. И это не обязательно власть.
https://t.me/kremlebezBashennik/25032
Безусловно, эксперт прав, когда говорит о том, что сейчас ДЭГ выглядит как политическая, а не избирательная технология, что имеет для властей массу рисков и вызовов, самый большой из которых по-прежнему вопрос легитимизации ДЭГ в общественном сознании.
В 2022 году дистанционное электронное голосование получит в субъектах ПФ большее распространение и будет апробировано на локальных муниципальных и региональных кампаниях. Очевидно, эти кампании будут сопровождаться усилиями по легитимизации ДЭГ в информационном поле.
Однако информационная кампания, если будет базироваться исключительно на пропаганде удобства такой формы голосования (не надо выходить из дома, безопасно в ковидную эпоху), обречена на провал. Легитимизация ДЭГ — это, прежде всего, работа по внедрению открытых и прозрачных механизмов контроля за его ходом. Эти механизмы должны быть понятны и объяснены не только экспертам, но и простым гражданам.
То, что электронное голосование в России будет внедрено повсеместно — факт. Борьба с этим напоминает борьбу извозчиков с появлением автомобилей.
Пессимизм и аргументы отрицателей ДЭГ понятны: и дело не только в нынешней непрозрачности электронного голосования. Куда более их тревожит тот факт, что на самом деле дистанционное голосование — это куда большие возможности власти по привлечению на выборы своих «ленивых» сторонников, которые ножками до участков не доходили, а вот с дивана проголосовать в два клика готовы. ДЭГ в одночасье может перестроить всю партийную карту России. А значит с электронным голосованием его оппонентам (оппонентам власти) надо начинать работать уже сейчас, да нет, даже вчера. В конце концов, у политических технологий может быть больше чем один субъект. И это не обязательно власть.