Экстраполяция трендов на средне-и дальнесрочную перспективу в России, что в экономике, что в общественно-политическом секторе, дело непредсказуемое. А потому, при всех разумных выкладках уважаемого Игоря Минтусова, его отсыл к концу 2050-х, когда выросшее новое поколение россиян будет в большей мере «чувствовать» и «влиять», выглядит неубедительно. Если только, конечно, эксперт не иронизирует.
Поколенческие различия в динамично меняющемся мире становятся, с одной стороны, все резче, а с другой - у тех, кому сейчас 40 «минус» имеется куда больше возможностей ухода от повседневной не всегда приятной действительности. Речь идет, как нам подсказывают футурологи, о накатывающем цунами виртуализации жизни. Абсурдно, но в 2050-х поколения россиян (впрочем, почему только россиян) будут чувствовать большую ответственность за некую, только сейчас формируемую виртуальную метавселенную. И как это отразится на «базовой» реальности, остается только предполагать.
Поколенческие различия в динамично меняющемся мире становятся, с одной стороны, все резче, а с другой - у тех, кому сейчас 40 «минус» имеется куда больше возможностей ухода от повседневной не всегда приятной действительности. Речь идет, как нам подсказывают футурологи, о накатывающем цунами виртуализации жизни. Абсурдно, но в 2050-х поколения россиян (впрочем, почему только россиян) будут чувствовать большую ответственность за некую, только сейчас формируемую виртуальную метавселенную. И как это отразится на «базовой» реальности, остается только предполагать.