НЕ «ЧТО СО МНОЙ НЕ ТАК?»,
А «ЧТО МНЕ ЭТО ДАЕТ?»
Решение, принятое психикой в результате травмирующего опыта, всегда выполняет защитную функцию.
~Тревога может защищать от повторения опыта, где расслабление было опасным.
~Прокрастинация - от стыда или страха ошибки.
~Телесное напряжение может не давать почувствовать боль и не подпускать к собственной уязвимости.
Со временем этот симптом становится проблемой. Но изначально он был решением.
Слишком дорогим, болезненным, изматывающим, но всё-таки решением, которое когда-то помогало психике не разрушиться, не потерять связь, не столкнуться с чем-то еще более невыносимым.
EMDR работает с памятью, ассоциациями, телесными реакциями и эмоциональными сетями. В процессе происходит глубокое обновление опыта: то, что раньше было заряжено страхом, стыдом или беспомощностью, начинает восприниматься иначе.
Параллельно мы не только активируем и перерабатываем болезненный материал. Мы ищем то эмоциональное знание, которое до сих пор кажется психике правдой.
Например:
~Если я расслаблюсь - случится что-то плохое
~Если я проявлюсь - все увидят, что я ничего не стою
~Если я отпущу контроль - всё развалится
~Если я соприкоснусь со своей болью - я разрушусь
~Если я стану лучше других - меня отвергнут
Это не просто негативные убеждения. Это внутренняя эмоциональная реальность, которой симптом становится необходимым.
Поэтому наряду с
«почему я всё ещё так реагирую?»
мы ищем
«какая часть моего опыта делает эту реакцию необходимой?»
Не просто
«почему я сопротивляюсь?»
А глубже
«от чего это сопротивление меня защищает?»
Не
«почему я не справляюсь с проблемой?»
А важнейшее
«какую важную задачу она продолжает выполнять?»
Именно поэтому я большой противник универсальных советов и всеобщих рекомендаций.
Одна и та же проблема у разных людей может иметь очень личную, тонкую, иногда неожиданную логику.
В процессе терапии мы ищем эту личную эмоциональную правду.
Не только:
«Как переработать это воспоминание?»
но и
«Какое эмоциональное знание должно обновиться, чтобы симптом больше не был нужен?»
Наглядный пример:
проблема мужчины - неуверенность, самокритика, тревога перед высказыванием своего мнения, сомнения в собственной компетентности.
Проблему легко быстро назвать «неустойчивой самооценкой» или «синдромом самозванца».
И это верно на уровне описания, но никак не объясняет, почему психике необходимо снова и снова создавать именно такую реакцию.
В терапевтическом процессе обнаруживаем конкретное объяснение. Человек не просто боится ошибиться или показаться недостаточно компетентным. Его неуверенность защищает его от другой опасности: если он будет излучать уверенность, он станет похожим на своего отца - человека, которого в детстве он воспринимал как высокомерного, давящего и вызывающего ненависть других.
Так симптом меняет смысл.
Это уже не просто
«я не уверен в себе».
Это внутренняя защита:
«Я должен сомневаться в себе, чтобы не стать таким, как он, и не вызвать к себе ненависть».
При этом у разных людей, которые тревожатся на совещаниях и обесценивают себя, могут быть совсем другие причины:
•у одного причина - страх ошибки
•у другого - опыт унижения
•у третьего - запрет на проявление
•и только у четвёртого - защита от того, чтобы стать похожим на значимую фигуру из прошлого
У любого симптома есть внутренняя логика, он не возникает случайно и не является бессмысленной помехой и одной из задач терапии является поиск и интеграция новой конструкции, которая перестанет мешать человеку достигать новые цели и жить по-другому.
🫥Как нами управляет невидимое
🫥Разрушение под вывеской любви
🫥Удобные дети
Ваша Светлана Ч.
Нейропсихология и травматерапия💡
А «ЧТО МНЕ ЭТО ДАЕТ?»
Решение, принятое психикой в результате травмирующего опыта, всегда выполняет защитную функцию.
~Тревога может защищать от повторения опыта, где расслабление было опасным.
~Прокрастинация - от стыда или страха ошибки.
~Телесное напряжение может не давать почувствовать боль и не подпускать к собственной уязвимости.
Со временем этот симптом становится проблемой. Но изначально он был решением.
Слишком дорогим, болезненным, изматывающим, но всё-таки решением, которое когда-то помогало психике не разрушиться, не потерять связь, не столкнуться с чем-то еще более невыносимым.
EMDR работает с памятью, ассоциациями, телесными реакциями и эмоциональными сетями. В процессе происходит глубокое обновление опыта: то, что раньше было заряжено страхом, стыдом или беспомощностью, начинает восприниматься иначе.
Параллельно мы не только активируем и перерабатываем болезненный материал. Мы ищем то эмоциональное знание, которое до сих пор кажется психике правдой.
Например:
~Если я расслаблюсь - случится что-то плохое
~Если я проявлюсь - все увидят, что я ничего не стою
~Если я отпущу контроль - всё развалится
~Если я соприкоснусь со своей болью - я разрушусь
~Если я стану лучше других - меня отвергнут
Это не просто негативные убеждения. Это внутренняя эмоциональная реальность, которой симптом становится необходимым.
Поэтому наряду с
«почему я всё ещё так реагирую?»
мы ищем
«какая часть моего опыта делает эту реакцию необходимой?»
Не просто
«почему я сопротивляюсь?»
А глубже
«от чего это сопротивление меня защищает?»
Не
«почему я не справляюсь с проблемой?»
А важнейшее
«какую важную задачу она продолжает выполнять?»
Именно поэтому я большой противник универсальных советов и всеобщих рекомендаций.
Одна и та же проблема у разных людей может иметь очень личную, тонкую, иногда неожиданную логику.
В процессе терапии мы ищем эту личную эмоциональную правду.
Не только:
«Как переработать это воспоминание?»
но и
«Какое эмоциональное знание должно обновиться, чтобы симптом больше не был нужен?»
Наглядный пример:
проблема мужчины - неуверенность, самокритика, тревога перед высказыванием своего мнения, сомнения в собственной компетентности.
Проблему легко быстро назвать «неустойчивой самооценкой» или «синдромом самозванца».
И это верно на уровне описания, но никак не объясняет, почему психике необходимо снова и снова создавать именно такую реакцию.
В терапевтическом процессе обнаруживаем конкретное объяснение. Человек не просто боится ошибиться или показаться недостаточно компетентным. Его неуверенность защищает его от другой опасности: если он будет излучать уверенность, он станет похожим на своего отца - человека, которого в детстве он воспринимал как высокомерного, давящего и вызывающего ненависть других.
Так симптом меняет смысл.
Это уже не просто
«я не уверен в себе».
Это внутренняя защита:
«Я должен сомневаться в себе, чтобы не стать таким, как он, и не вызвать к себе ненависть».
При этом у разных людей, которые тревожатся на совещаниях и обесценивают себя, могут быть совсем другие причины:
•у одного причина - страх ошибки
•у другого - опыт унижения
•у третьего - запрет на проявление
•и только у четвёртого - защита от того, чтобы стать похожим на значимую фигуру из прошлого
У любого симптома есть внутренняя логика, он не возникает случайно и не является бессмысленной помехой и одной из задач терапии является поиск и интеграция новой конструкции, которая перестанет мешать человеку достигать новые цели и жить по-другому.
🫥Как нами управляет невидимое
🫥Разрушение под вывеской любви
🫥Удобные дети
Ваша Светлана Ч.
Нейропсихология и травматерапия💡