Интересную мысль озвучила доктор Виктория Кэмпбелл, исследовавшая тему боли у животных в контексте проблемы зла - философского аргумента о «бессмысленности» страданий, якобы заложенных Творцом в биологический мир. Ее главный научный аргумент заключается в том, что философы часто смешивают автоматические рефлексы с осознанным страданием.
В действительности восприятие боли делится на три уровня:
• Ноцицепция — пассивное улавливание рецепторами вредных стимулов. Она есть даже у бактерий и амёб (уклонение от токсинов), но это лишь бессознательный рефлекс, а не переживание боли.
• Сенсорный компонент — распознавание локализации и характера повреждения соматосенсорной корой. Это сухая информация о том, где и что повреждено, лишенная эмоциональной окраски.
• Психологический дистресс (страдание) — эмоциональное переживание вреда. За него отвечает передняя поясная кора (ACC), расположенная в лобной доле.
Для иллюстрации Кэмпбелл приводит в пример цингулотомию- нейрохирургическую операцию для пациентов с невыносимыми хроническими болями, при которой ACC изолируют от остального мозга. После вмешательства люди отмечали: «Я чувствую боль физически, но она меня больше не мучает».
У развитых животных в дикой природе этот механизм работает как адреналиновый барьер. При атаке хищника у жертвы (млекопитающего или птицы) запускается острый стресс-ответ с выбросом эндогенных опиоидов, превосходящих по силе морфин. Они временно блокируют ACC, снимая ощущение страдания и позволяя бороться за выживание. При тяжёлых же ранениях и кровопотере геморрагический шок вызывает мощный выброс природных анальгетиков и быстро гасит сознание.
Аналогичные процессы наблюдаются и у людей. Кэмпбелл ссылается на историю серфера, который выжил после нападения белой акулы и понял, что потерял ногу, только когда посмотрел на нее - в момент укуса боли он не чувствовал. Тот же феномен зафиксировал анестезиолог Генри Бичер, исследовавший тяжелораненых солдат на фронтах Второй мировой войны.
Получается, что примитивные организмы (насекомые, рыбы, рептилии) лишены развитой лобной доли и реагируют на повреждения рефлекторно, без психологических мук. Высшие же виды, способные осознавать боль, в моменты смертельной опасности и агонии защищены встроенными физиологическими предохранителями- шоком и естественной опиоидной блокадой.
В действительности восприятие боли делится на три уровня:
• Ноцицепция — пассивное улавливание рецепторами вредных стимулов. Она есть даже у бактерий и амёб (уклонение от токсинов), но это лишь бессознательный рефлекс, а не переживание боли.
• Сенсорный компонент — распознавание локализации и характера повреждения соматосенсорной корой. Это сухая информация о том, где и что повреждено, лишенная эмоциональной окраски.
• Психологический дистресс (страдание) — эмоциональное переживание вреда. За него отвечает передняя поясная кора (ACC), расположенная в лобной доле.
Для иллюстрации Кэмпбелл приводит в пример цингулотомию- нейрохирургическую операцию для пациентов с невыносимыми хроническими болями, при которой ACC изолируют от остального мозга. После вмешательства люди отмечали: «Я чувствую боль физически, но она меня больше не мучает».
У развитых животных в дикой природе этот механизм работает как адреналиновый барьер. При атаке хищника у жертвы (млекопитающего или птицы) запускается острый стресс-ответ с выбросом эндогенных опиоидов, превосходящих по силе морфин. Они временно блокируют ACC, снимая ощущение страдания и позволяя бороться за выживание. При тяжёлых же ранениях и кровопотере геморрагический шок вызывает мощный выброс природных анальгетиков и быстро гасит сознание.
Аналогичные процессы наблюдаются и у людей. Кэмпбелл ссылается на историю серфера, который выжил после нападения белой акулы и понял, что потерял ногу, только когда посмотрел на нее - в момент укуса боли он не чувствовал. Тот же феномен зафиксировал анестезиолог Генри Бичер, исследовавший тяжелораненых солдат на фронтах Второй мировой войны.
Получается, что примитивные организмы (насекомые, рыбы, рептилии) лишены развитой лобной доли и реагируют на повреждения рефлекторно, без психологических мук. Высшие же виды, способные осознавать боль, в моменты смертельной опасности и агонии защищены встроенными физиологическими предохранителями- шоком и естественной опиоидной блокадой.