«Понедельник – день тяжелый» - подумал красный браконьер Рашкин и поехал на допрос в Следственный комитет. С журналистами, правда, Валера не захотел разговаривать, и его можно понять – после тонны лжи, что он выдал, уже невозможно честно отвечать на вопросы и смотреть в глаза людям.
Рашкин не только себя ведь опозорил – больнее всего его лось-гейт бьет по КПРФ. Это донесли до вождя партии Зюганова, и Геннадий Андреич стал изо всех сил пытаться обелить и защитить оскандалившегося Рашкина. Вот только с собеседником Зюганов промахнулся, решив дать интервью Соловьеву. Телеведущий задал Зюганову простой как пять копеек вопрос – «зачем Рашкин нам всем врал?», на что дедушка Зю никак не хотел отвечать, увиливал и пытался перевести тему, но Соловьев, тоже не лыком шитый, возвращал предводителя КПРФовцев к вопросу, и тот нехотя признал, что «нельзя врать, но и преследовать тоже нельзя». А вот с последним разберутся следователи. И поддержим Соловьева – за лося и штрафа хватит, а вот за сотрудничество с Навальным по Рашкину реальный срок плачет.
Рашкин не только себя ведь опозорил – больнее всего его лось-гейт бьет по КПРФ. Это донесли до вождя партии Зюганова, и Геннадий Андреич стал изо всех сил пытаться обелить и защитить оскандалившегося Рашкина. Вот только с собеседником Зюганов промахнулся, решив дать интервью Соловьеву. Телеведущий задал Зюганову простой как пять копеек вопрос – «зачем Рашкин нам всем врал?», на что дедушка Зю никак не хотел отвечать, увиливал и пытался перевести тему, но Соловьев, тоже не лыком шитый, возвращал предводителя КПРФовцев к вопросу, и тот нехотя признал, что «нельзя врать, но и преследовать тоже нельзя». А вот с последним разберутся следователи. И поддержим Соловьева – за лося и штрафа хватит, а вот за сотрудничество с Навальным по Рашкину реальный срок плачет.