У меня есть знакомый, который вырос за пределами Чечни. Он переехал в Грозный после второй войны.
У него был слабый чеченский язык. Плюс бытовой гIиллакх гIуллакх хромал: что можно говорить, что нельзя, как себя нужно вести.
И ему все делали скикду на все неловкие моменты, он же не дома вырос бохш.
В какой-то момент он понял, что этот образ очень упрощает ему жизнь. И если раньше он действительно часто не знал, как себя вести, то с этого момента он намеренно подогревал сложившийся о нём стереотип.
Но люди со временем начали выкупать, что он мутит и ему пришлось очечениться)
Так что не каждый букъарш на самом деле букьарш.
У него был слабый чеченский язык. Плюс бытовой гIиллакх гIуллакх хромал: что можно говорить, что нельзя, как себя нужно вести.
И ему все делали скикду на все неловкие моменты, он же не дома вырос бохш.
В какой-то момент он понял, что этот образ очень упрощает ему жизнь. И если раньше он действительно часто не знал, как себя вести, то с этого момента он намеренно подогревал сложившийся о нём стереотип.
Но люди со временем начали выкупать, что он мутит и ему пришлось очечениться)
Так что не каждый букъарш на самом деле букьарш.