Еще о костяной резьбе и связи всего со всем.
22 тысячи лет назад на реке Осётр была палеолитическая стоянка. Ее неведомый обитатель вырезал из кости мамонта удивительно реалистичное изображение бизона. Я видел их в Якутии, в плейстоценовом парке. Этот костяной бизон выглядит как живой.
Прошли тысячелетия. В 1528 году на берега Осётра приехала итальянская стройбригада, которая возвела Зарайский кремль – по образцу миланского замка Сфорца, где мы когда-то смотрели рисунки Дюрера. В советское время в крепости начали раскопки и обнаружили первобытное стойбище. А потом нашли статуэтку бизона.
В Зарайске, в затейливо украшенном доме, жил поэт Григорий Мачтет. Он путешествовал по американским прериям и писал, как уничтожают бизонов вместе с индейцами. А на соседней улице родилась скульптор Анна Голубкина, которая ушла в революцию и училась в парижской мастерской у Родена.
Ее последняя работа – женская скульптура – чем-то напоминает зарайскую палеолитическую венеру, несмотря на разделяющую их пропасть времени.
22 тысячи лет назад на реке Осётр была палеолитическая стоянка. Ее неведомый обитатель вырезал из кости мамонта удивительно реалистичное изображение бизона. Я видел их в Якутии, в плейстоценовом парке. Этот костяной бизон выглядит как живой.
Прошли тысячелетия. В 1528 году на берега Осётра приехала итальянская стройбригада, которая возвела Зарайский кремль – по образцу миланского замка Сфорца, где мы когда-то смотрели рисунки Дюрера. В советское время в крепости начали раскопки и обнаружили первобытное стойбище. А потом нашли статуэтку бизона.
В Зарайске, в затейливо украшенном доме, жил поэт Григорий Мачтет. Он путешествовал по американским прериям и писал, как уничтожают бизонов вместе с индейцами. А на соседней улице родилась скульптор Анна Голубкина, которая ушла в революцию и училась в парижской мастерской у Родена.
Ее последняя работа – женская скульптура – чем-то напоминает зарайскую палеолитическую венеру, несмотря на разделяющую их пропасть времени.