Пентхаус / The Penthouse
2026
Реж. Степан Бурнашев
Саина (Ирина Михайлова) с мужем Дэвидом (Содзи Араи) и новорожденным сыном переезжает из США в Малайзию. Семья поселяется в роскошном пентхаусе на семидесятом этаже небоскреба, надеясь начать новую жизнь. Пока Дэвид готовится заключить важный деловой контракт, Саина остается одна в огромной квартире, где начинает слышать странные звуки и замечать таинственную женщину. Муж объясняет ее состояние усталостью и послеродовой депрессией, постепенно заставляя Саину сомневаться не только в собственном рассудке, но и в человеке, рядом с которым она живет.
«Пентхаус» — не первый фильм Степана Бурнашева, снятый за границей, но его первый полномасштабный международный проект. В отличие от почти партизанской «Другой жизни», созданной в США небольшой якутской группой, новая картина снималась в Малайзии с международной командой.
В основе фильма лежит реальная история, произошедшая с режиссером и его супругой в Куала-Лумпуре. Ночью в квартире Ирина Михайлова слышала чужие голоса, пение и звон монет. Чтобы задобрить местных духов, семья провела якутский обряд: испекла оладьи и разложила их по углам — после этого необъяснимые явления прекратились. Этот случай становится основой параноидального триллера о браке, внутри которого забота постепенно приобретает черты контроля, а недоверие к близкому человеку пугает сильнее любого призрака.
Саина — якутка, живущая вдали от родины, но не утратившая связь со своей культурой. Она рассказывает малайзийским знакомым о пятидесятиградусных морозах, играет на хомусе и пытается договориться с духами на понятном ей языке. В стерильном пространстве небоскреба эти детали кажутся предметами из другой реальности. Режиссер словно стремится остаться верным собственной культуре и одновременно боится говорить о ней слишком громко: национальный колорит, придававший его предыдущим фильмам живую, шероховатую фактуру, теперь аккуратно вписан в универсальную жанровую конструкцию.
Куала-Лумпур лишен ожидаемой тропической яркости. Город остается за панорамными окнами — холодный, далекий и почти недоступный. При всей роскоши пентхаус выглядит не домом, а выставочным залом чужого благополучия, где человеческое присутствие кажется временным. Высота, призванная символизировать успех, лишь усиливает изоляцию Саины. Она боится высоты, хочет уехать и чувствует себя чужой не только в Малайзии, но и внутри собственной семьи.
Бурнашев соединяет якутские представления о духах с конструкцией классического психологического триллера. Очевидная точка отсчета — «Газовый свет» Джорджа Кьюкора, давший название газлайтингу: форме манипуляции, заставляющей человека сомневаться в собственной памяти и восприятии реальности. К ней режиссер добавляет послеродовую депрессию, культурное отчуждение и якутский мистицизм, балансируя между триллером и хоррором. Ночные сцены, зловещая музыка и женский силуэт в темноте обещают вторжение сверхъестественного, но фильм каждый раз отступает прежде, чем напряжение успевает перерасти в настоящий ужас.
Ирина Михайлова удерживает фильм в состоянии тревожного ожидания. Ее Саина уязвима и упряма: она боится, но продолжает искать объяснение происходящему, обращаясь и к традиционным обрядам, и к современным способам установить истину. Содзи Араи, напротив, играет подчеркнуто сдержанно, превращая Дэвида в человека, за внешней правильностью которого трудно разглядеть эмоцию. Эта холодность соответствует миру фильма, где даже близость превращается в тщательно обставленную комнату, в которой нечем дышать.
«Пентхаус» развивается медленно, полагаясь на недомолвки и ощущение чужого присутствия. Ближе к финалу повествование резко ускоряется и последовательно объясняет загадки, выбирая определенность вместо двусмысленности.
Бурнашев переносит якутскую мистику на семидесятый этаж, в мир стекла, денег и иностранной речи, однако вдали от породившей ее земли она словно теряет силу. Пентхаус становится клеткой, построенной из внешнего благополучия, а история о призраке — способом заговорить о страхе потерять собственный голос там, где никто не готов его услышать.
2026
Реж. Степан Бурнашев
Саина (Ирина Михайлова) с мужем Дэвидом (Содзи Араи) и новорожденным сыном переезжает из США в Малайзию. Семья поселяется в роскошном пентхаусе на семидесятом этаже небоскреба, надеясь начать новую жизнь. Пока Дэвид готовится заключить важный деловой контракт, Саина остается одна в огромной квартире, где начинает слышать странные звуки и замечать таинственную женщину. Муж объясняет ее состояние усталостью и послеродовой депрессией, постепенно заставляя Саину сомневаться не только в собственном рассудке, но и в человеке, рядом с которым она живет.
«Пентхаус» — не первый фильм Степана Бурнашева, снятый за границей, но его первый полномасштабный международный проект. В отличие от почти партизанской «Другой жизни», созданной в США небольшой якутской группой, новая картина снималась в Малайзии с международной командой.
В основе фильма лежит реальная история, произошедшая с режиссером и его супругой в Куала-Лумпуре. Ночью в квартире Ирина Михайлова слышала чужие голоса, пение и звон монет. Чтобы задобрить местных духов, семья провела якутский обряд: испекла оладьи и разложила их по углам — после этого необъяснимые явления прекратились. Этот случай становится основой параноидального триллера о браке, внутри которого забота постепенно приобретает черты контроля, а недоверие к близкому человеку пугает сильнее любого призрака.
Саина — якутка, живущая вдали от родины, но не утратившая связь со своей культурой. Она рассказывает малайзийским знакомым о пятидесятиградусных морозах, играет на хомусе и пытается договориться с духами на понятном ей языке. В стерильном пространстве небоскреба эти детали кажутся предметами из другой реальности. Режиссер словно стремится остаться верным собственной культуре и одновременно боится говорить о ней слишком громко: национальный колорит, придававший его предыдущим фильмам живую, шероховатую фактуру, теперь аккуратно вписан в универсальную жанровую конструкцию.
Куала-Лумпур лишен ожидаемой тропической яркости. Город остается за панорамными окнами — холодный, далекий и почти недоступный. При всей роскоши пентхаус выглядит не домом, а выставочным залом чужого благополучия, где человеческое присутствие кажется временным. Высота, призванная символизировать успех, лишь усиливает изоляцию Саины. Она боится высоты, хочет уехать и чувствует себя чужой не только в Малайзии, но и внутри собственной семьи.
Бурнашев соединяет якутские представления о духах с конструкцией классического психологического триллера. Очевидная точка отсчета — «Газовый свет» Джорджа Кьюкора, давший название газлайтингу: форме манипуляции, заставляющей человека сомневаться в собственной памяти и восприятии реальности. К ней режиссер добавляет послеродовую депрессию, культурное отчуждение и якутский мистицизм, балансируя между триллером и хоррором. Ночные сцены, зловещая музыка и женский силуэт в темноте обещают вторжение сверхъестественного, но фильм каждый раз отступает прежде, чем напряжение успевает перерасти в настоящий ужас.
Ирина Михайлова удерживает фильм в состоянии тревожного ожидания. Ее Саина уязвима и упряма: она боится, но продолжает искать объяснение происходящему, обращаясь и к традиционным обрядам, и к современным способам установить истину. Содзи Араи, напротив, играет подчеркнуто сдержанно, превращая Дэвида в человека, за внешней правильностью которого трудно разглядеть эмоцию. Эта холодность соответствует миру фильма, где даже близость превращается в тщательно обставленную комнату, в которой нечем дышать.
«Пентхаус» развивается медленно, полагаясь на недомолвки и ощущение чужого присутствия. Ближе к финалу повествование резко ускоряется и последовательно объясняет загадки, выбирая определенность вместо двусмысленности.
Бурнашев переносит якутскую мистику на семидесятый этаж, в мир стекла, денег и иностранной речи, однако вдали от породившей ее земли она словно теряет силу. Пентхаус становится клеткой, построенной из внешнего благополучия, а история о призраке — способом заговорить о страхе потерять собственный голос там, где никто не готов его услышать.