Знаете, а ведь Пушкин действительно же наше всё...
Взяла я на сутки Гюго сегодня... Не постеснялась, увесистый томик, ничего, думаю, дотащу, зато вчитаюсь!.. бывают такие сутки, когда работаешь в охоточку, как будто по реке плывёшь, что-то такое в духе "Ветра в Ивах"... От островка к островку... Но, ребята, я, честно говоря, полагала, что после ВСЕГО ТОГО, что творилось в понедельник на дежуре, чисто гипотетически эти сутки должны были быть той самой Рекой...
Но, как говорится, жизнь на то и жизнь, чтобы быть непредсказуемой. Сегодня была не река, сегодня был какой-то бурный кипящий поток, сметающий всё на своём пути, море, вышедшее из берегов... Какие там островки... Поверьте, я вот сейчас едва ли в состоянии восстановить последовательность всего того, что сегодня происходило... А ведь было много интересного, переживательного, сильного, о чём я с удовольствием буду рассказывать потом по отдельности... так что тут так, набросаю в общих чертах, чтоб ничего не потерялось.
К десяти утра уже успела проконсультировать четыре отделения, в которых случались острые кровотечения, были какие-то феерические язвы, нуждавшиеся в перевязках (вопли были на всё отделение, я, как обычно бывает в таких ситуациях, приносила человеку боль, резонно была называема "поганым фрицем" (самое мягкое) и подбирала самые ласковые слова, чтобы утешить это само воплощение страданий). Параллельно с происшествиями в отделениях, которые ты разгребаешь одно за другим, в приемнике накапливается очередь из стонущих и страждущих владельцев чирей, абсцессов, ожогов кислотой, и вот стоит тебе поставить последний дренаж, как... Звонят из скорой - "мы везём вам ожоги, через десять минут ждите!" А если уж позвонили и предупредили, значит, будет жуткое, и ты уже заранее вызываешь в приемник реаниматолога...
Пока перевязываете и обезболиваете эти ожоги, звонят снова - (закон парных случаев в действии) - "мы везём вам еще ожоги, ещё и дыхательных путей, еще и отравление угарным газом!".. а в это время параллельно приемное наполняется приходящими своими ножками больными и страждущими, а еще ведь перевозки из других приемников, с рожами и роскошными пролежнями, в которых светится позвончник (да-да). И всё это одновременно!...
С сочувствием каждый раз пробегая мимо терпеливо сидящих в очереди часами вздыхающих пациентов ты только успеваешь оформлять, распечатывать, перевязывать, назначать лечение, следить чтобы никто не собрался на тот свет... Как вдруг приходит девушка с ожогом бытовой химией... И разворачивающейся жуткой аллергией, начинающая задыхаться... Фельдшер (католичка) потом рассказывала, что чтобы успеть и попасть в единственную не сожженную до этого вену этой девушке она вслух читала Отче Наш... Верю, я вбежала в изолятор уже на победном "Амен!", всё получилось.
Параллельно со всем этим безумием позвонили из отделения "Доктор, у нас летальный...". Нужно всё разгрести и идти констатировать. Мы в аврале вяжем ожоги, опять звонок "Док, к этому пациенту пришли родственники, они в шоке, кровать пустая..". Не успела я добежать раньше и позвонить сообщить, приехали навестить и опоздали на полчаса... Потом оформляла бумаги и звонила им, поговорили по душам.
Но это был не последний летальный сегодня, и не последний ожог, и не последнее кровотечение. В этом режиме полного безумия мы существовали вот.. до сейчас. На часах полвторого ночи, я тупым взглядом смотрю в оформляемый мной отчёт. Рядом с документами в таком же ступоре сидит мой фельдшер-книгопей. И тут, вдруг, произносит великое.. "этот безумный день нужно закончить так: "Выпьем, добрая подружка.." и я с тем же взглядом продолжаю "...Бедной юности моей... Выпьем с горя, где же кружка?!" - "...Сердцу будет веселей".
И вот нас вдруг как понесло... Мы стали читать наизусть друг другу, подхватывая строку за строкой всё, от Чудного мгновенья до кусков из Онегина и Анчара, и к Чаадаеву, читали, стали хохотать, примеряли к разным сегодняшним ситуациям и к себе разные пушкинские строки... И так стало хорошо на душе. Так легко, так весело...
Очень счастливые мы, правда?
Взяла я на сутки Гюго сегодня... Не постеснялась, увесистый томик, ничего, думаю, дотащу, зато вчитаюсь!.. бывают такие сутки, когда работаешь в охоточку, как будто по реке плывёшь, что-то такое в духе "Ветра в Ивах"... От островка к островку... Но, ребята, я, честно говоря, полагала, что после ВСЕГО ТОГО, что творилось в понедельник на дежуре, чисто гипотетически эти сутки должны были быть той самой Рекой...
Но, как говорится, жизнь на то и жизнь, чтобы быть непредсказуемой. Сегодня была не река, сегодня был какой-то бурный кипящий поток, сметающий всё на своём пути, море, вышедшее из берегов... Какие там островки... Поверьте, я вот сейчас едва ли в состоянии восстановить последовательность всего того, что сегодня происходило... А ведь было много интересного, переживательного, сильного, о чём я с удовольствием буду рассказывать потом по отдельности... так что тут так, набросаю в общих чертах, чтоб ничего не потерялось.
К десяти утра уже успела проконсультировать четыре отделения, в которых случались острые кровотечения, были какие-то феерические язвы, нуждавшиеся в перевязках (вопли были на всё отделение, я, как обычно бывает в таких ситуациях, приносила человеку боль, резонно была называема "поганым фрицем" (самое мягкое) и подбирала самые ласковые слова, чтобы утешить это само воплощение страданий). Параллельно с происшествиями в отделениях, которые ты разгребаешь одно за другим, в приемнике накапливается очередь из стонущих и страждущих владельцев чирей, абсцессов, ожогов кислотой, и вот стоит тебе поставить последний дренаж, как... Звонят из скорой - "мы везём вам ожоги, через десять минут ждите!" А если уж позвонили и предупредили, значит, будет жуткое, и ты уже заранее вызываешь в приемник реаниматолога...
Пока перевязываете и обезболиваете эти ожоги, звонят снова - (закон парных случаев в действии) - "мы везём вам еще ожоги, ещё и дыхательных путей, еще и отравление угарным газом!".. а в это время параллельно приемное наполняется приходящими своими ножками больными и страждущими, а еще ведь перевозки из других приемников, с рожами и роскошными пролежнями, в которых светится позвончник (да-да). И всё это одновременно!...
С сочувствием каждый раз пробегая мимо терпеливо сидящих в очереди часами вздыхающих пациентов ты только успеваешь оформлять, распечатывать, перевязывать, назначать лечение, следить чтобы никто не собрался на тот свет... Как вдруг приходит девушка с ожогом бытовой химией... И разворачивающейся жуткой аллергией, начинающая задыхаться... Фельдшер (католичка) потом рассказывала, что чтобы успеть и попасть в единственную не сожженную до этого вену этой девушке она вслух читала Отче Наш... Верю, я вбежала в изолятор уже на победном "Амен!", всё получилось.
Параллельно со всем этим безумием позвонили из отделения "Доктор, у нас летальный...". Нужно всё разгрести и идти констатировать. Мы в аврале вяжем ожоги, опять звонок "Док, к этому пациенту пришли родственники, они в шоке, кровать пустая..". Не успела я добежать раньше и позвонить сообщить, приехали навестить и опоздали на полчаса... Потом оформляла бумаги и звонила им, поговорили по душам.
Но это был не последний летальный сегодня, и не последний ожог, и не последнее кровотечение. В этом режиме полного безумия мы существовали вот.. до сейчас. На часах полвторого ночи, я тупым взглядом смотрю в оформляемый мной отчёт. Рядом с документами в таком же ступоре сидит мой фельдшер-книгопей. И тут, вдруг, произносит великое.. "этот безумный день нужно закончить так: "Выпьем, добрая подружка.." и я с тем же взглядом продолжаю "...Бедной юности моей... Выпьем с горя, где же кружка?!" - "...Сердцу будет веселей".
И вот нас вдруг как понесло... Мы стали читать наизусть друг другу, подхватывая строку за строкой всё, от Чудного мгновенья до кусков из Онегина и Анчара, и к Чаадаеву, читали, стали хохотать, примеряли к разным сегодняшним ситуациям и к себе разные пушкинские строки... И так стало хорошо на душе. Так легко, так весело...
Очень счастливые мы, правда?