Фильтр публикаций


Даже если книги и напоминают людей, которые не умирают, без нас, продавцов, они бы пропали. У них нет ни рук, ни ног, ни рта. Вода способна их уничтожить, , а еще их уничтожают пыль, забвение и огонь.
 
Два года подряд NoAge издает для русскоязычных читателей свежих лауреатов Гонкуровской премии: «Храни ее» Жан-Батиста Андреа 2023-го года и «Гурии» Камеля Дауда 2024-го года. У них и обложки созвучны, словно серия, но книги — свет и тьма — из разных миров. О «Храни ее» любимого Андреа рассказывала здесь, сегодня — о недавно вышедших в переводе Надежды Бунтман «Гуриях».
 
Алжирский и французский журналист и писатель Камель Дауд написал историю, которую не пропустили в печать в Алжире. Книга вышла в крупнейшем французском издательстве, которому из-за этого отказали в участии в Алжирской книжной ярмарке. Дауд сделал два немыслимых хода: во-первых, дал слово женщине, во-вторых, не просто женщине, а жертве «Черного десятилетия», о котором в Алжире запрещено говорить на законодательном уровне. Эту женщину зовут Заря, она заново родилась в пять лет, после того как ей неудачно перерезали горло. Заря немое свидетельство войны, улика, которая выжила, чтобы сосчитать всех жертв и палачей. И она расскажет историю, которая бурлит внутри нее, девочке у себя в животе, которой лучше умереть, чем родиться в стране, где женщины — рабыни и проклятье. 
 
Смерть — это долгая жизнь.
 
В этой истории будет столько боли, насилия, криков, перерезанных глоток, принесенных в жертву баранов (повествование начинается в канун праздника жертвоприношения) и крови, брызгающей и вытекающей со страниц, словно орудуют десятки тысяч серийных маньяков разом. В ней же будут тысячи причин для панических атак из-за несправедливости и несвободы женщин, к которым относятся хуже, чем к животным. Не обойдется без экскурса в Главную Книгу c одурманивающими преданиями о райских садах и девах, с трактовками имамов вселенской вины и порочности земных женщин, бесконечного харама. Будут и книготорговцы, и восточная поэзия, и пустыня со скалистыми глазами, и море, играющее своим сине-серым платком, и чайки, ругающиеся в воздухе.
 
Камель Дауд потрясающе вжился в роль немой беременной женщины, передал накаленную обстановку настоящего и до последней страницы выдержал физически ощущаемое напряжение, без страха поведал об алжирской гражданской войне, терроре и зверствах 1990-х, тем самым не только наделил голосом и правом говорить тех, кому приказано молчать, но и принес дань уважения сотням тысяч жертв, рассказал о политике коллективного забвения и лицемерия и склонности в темные времена издавать в огромном количестве кулинарные книги и жечь запрещенку, напомнил о ценности и цене свободы и умения воскресать. Мощный артефакт времени, который теперь хранит эту историю в мировой литературе.
 
#всестраницы #алжир #франция #noage


Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Прочитала одну книгу за лето

#однорукийаплодисмент

331 0 2 13 28

Продолжаю рассказывать, что читала весной, такие дела

«Неаполитанский квартет» Элена Ферранте
Нашла на буккроссинге потрепанный томик первого романа из четырех, а в итоге послушала в озвучке Светланы Кузнецовой (дубляж Габи из «Отчаянных домохозяек», узнала по крику). Не пополнила ряды фанатов бестселлера с многомиллионными тиражами и переводами на десятки языков, но теперь в курсе, что это за современный прародитель романов о токсичных подругах. Мне не хватило глубины, из эмоций было только раздражение к главным героиням и их манипуляциям друг с другом, но история запоминающаяся. Цикл охватывает более шестидесяти лет — с детства в бедной послевоенной Италии в 1950-е до начала 2000-х. Ферранте показывает, как менялась страна, каково это — стать и быть в ней писательницей, особенно из бедной семьи. Любопытно, какое значение придается в истории языку — диалекту и литературному итальянскому (в оригинале, наверное, потрясающе звучит).
По романам HBO сняла сериал (4 сезона), который собрал ряд номинаций и наград. Ферранте (оказывается, это псевдоним, но существуют теории, кто под ним скрывается) работала над сценарием, а один из продюсеров — Паоло Соррентино. Для съемок рядом с Неаполем построили целый квартал из 1950-х. Первые два эпизода показывали на Венецианском кинофестивале. Можно и посмотреть когда-нибудь.
 
«Эффект Ребиндера» Елена Минкина-Тайчер
Елена Минкина-Тайчер — израильская русскоязычная писательница, практикующий врач. «Эффект Ребиндера» — дебют 2014 года, который был номинирован на ключевые российские литературные премии, густонаселенный роман с говорящим названием. В нем события и персонажи так перемешаны во времени и пространстве, а родственные и дружеские связи то затянуты в тугие узлы, то таинственно мерцают нитями паутины, что порой от аудиокниги кружилась голова. Самое удивительное, как писательница вписала судьбы своих героев буквально во все драмы и глобальные потрясения ХХ века — от революций и репрессий до Чернобыльской катастрофы. В насыщенном динамичном тексте не успевала выбрать главных персонажей, да это, кажется, и не нужно, герой один — человек и испытания его времени.
 
«Хроники пепельной весны. Магма ведьм» Анна Старобинец
Ядерная катастрофа и возврат к дремучему Средневековью семнадцать веков спустя. В мрачном мире черного снега люди рано взрослеют, муравьи размером с лошадь, да и вообще энтомология увлекательнейшая и, уверена, досконально проработанная (как, например, для «Лисьих брод» Анна исследовала, с какой скоростью тонет лошадь в болоте). Приглашенный молодой инквизитор расследует дело о наведении порчи, местный старый епископ предлагает руководствоваться трактатом его авторства — «Молотом Магмой ведьм». Детективный постапокалипсис с библейскими стихами, классическими сказками, ярко выраженной биологичностью и грандиозным стебом в лучших традициях Старобинец. И все это только первая часть, ждем еще одну или даже две.
 
#пачкастраниц 🎧

🌸Новую крассулу Коралл с арт-генераторской фермы упорно называю «Хоббит», как завещал Дастин Хендерсон


📕 «Попович» Сергея Шаргунова | @shubinabooks
 
Сергей Шаргунов — писатель, главный редактор журнала «Юность», ведущий программы «Открытая книга» на телеканале «Культура», лауреат многих литературных премий и… попович — сын священника. В автобиографической «Книге без фотографий» несколько лучших глав, которые раскрывают мастерство рассказчика во всей полноте, посвящены детству и взрослению в семье священника. Но их печально мало, поэтому возникает читательская потребность в большом романе на эту тему. И спустя пятнадцать лет писатель исполняет желание: выходит шестьсотстраничный «Попович» — максимально художественный, но фактурно выверенный на личном опыте, в котором попович больше не Сергей Шаргунов, а Лука Артоболевский.
 
Алтарника Луку, в миру — выпускника-лицеиста, разрывает двойственность: идеальный церковнослужитель, дисциплинированно помогающий во время богослужений, сын священника, кающийся отцу каждое воскресенье, и влюбленный юноша, думающий о поцелуе во время причастия, запретно зачитывающийся чужими исповедями и мечтающий стать писателем (не зря его святой на иконах — с книгой). Луке нравится проповедовать в школе, отличаться от других одновременно стыдно и приятно, в то же время он боится проколоться, поддерживая со сверстниками разговор на темы, в которых не разбирается, а над его именем смеются. Дома же он избранный, «свет» (и «хлеб»), но и там Луке нет покоя: его одолевает зуд противоречия и мальчишеской вредности, он считывает лицемерие, бунтует и рвется из тьмы в мир, от которого ждет чуда. Внутренний раскол усугубляется, когда навестить заболевшего Луку приходит одноклассница, и их застают родители, рано вернувшиеся со службы. Как сложится дальнейшая жизнь Луки, если в их семье батюшками становятся через поколение, ведь поповичи — главные маловеры?
 
С первых страниц Сергей Шаргунов ярко показывает быт в семье священника и взросление братьев разных возрастов, маркирует время фильмами «Вий» и «Отель “Гранд Будапешт”» и территориями, активно, с эффектом погружения, включает в повествование город — центр Москвы — и церковь. Церковь по касательной затронута с разных сторон: процветание соперничества за внимание батюшки, армейское послушание превыше молитвы, приходское хозяйство и дань на общецерковные нужды — опасаешься, что история свернет не туда (в политический триллер, например), но писатель остается верен своему герою. В отличие от церкви вопросами веры пропитаны все страницы, но ответы каждому стоит искать у себя внутри — с Лукой или без него.
 
«Попович» — это канонический путь героя, который стоит преподавать в литинститутах, — с преодолением испытаний, учителями и трикстерами, друзьями и врагами, и, конечно, с внутренней трансформацией. Дорога странствий отчаявшегося и одинокого Луки из горячечной московской жизни пролегла через беспокойную южную степь в загадочное сказочное Забайкалье, где он чуть было не затерялся в новом сюжете среди божественной и одновременно языческой природы. Это дискуссионный текст об отцах и детях для разбора в книжных клубах. Каково это — быть сыном священника, когда отец, по совместительству духовный наставник, хочет, чтобы ты продолжил его служение, когда с детства посещаешь умирающих, когда тебя ограничивают в общении, чтении, поведении и, главное, в выборе, требуют принимать тяготы с благодарностью, терпением и прощением?
 
Это очень стильный, свежий, выверенный и увлекательный текст, закольцованный от воскресения до рождения и дающий утешение и надежду. Запоминающиеся образы и метафоры, будь то мухи-мысли (грязь, грех и суета), медведь-дух ущелья, полыхающий золотисто-оранжевый нимб над головой, безразличная и безраздельная чернота вселенной, золотистая солнечная струна или зоопарк на краю света, настраивают на перечитывание и осмысление через время. Прекрасный роман, вошедший в список финалистов Большой книги текущего сезона (вместе со Львом Данилкиным, как и в 2017-м, когда оба стали лауреатами). Книгу идеально выпустили перед Пасхой, когда и начинаются события (тогда же и читала).
 
#всестраницы #реш #россия


Прошли! «Попович», «Крууга» и «Царствие мне небесное» в списке финалистов Большой книги!

#напремиальном


Книгу Андреса Неумана «Однажды Аргентина» в переводе Марины Кетлеровой присмотрела по трем причинам: Издательство Ивана Лимбаха, семейная сага, обложка Ника Теплова.
#перваястраница идеальна: вводит в курс дела, описывает, что будет происходить дальше, и настраивает звучать в унисон в процессе чтения.
 
Жизнеутверждающая и увлекательная семейная сага, замаскированная под роман взросления, написана легко и с юмором. Пестрая и широкая география, грандиозные временные качели, господство диктаторов, военные перевороты, мятежи, гонения, репрессии, вынужденная эмиграция, побеги и разговоры шепотом, вымышленные фамилии и украденные паспорта, музыканты, врачи, художники, сплошная интеллигенция, музыка, много музыки, литература, чтение и, конечно же, футбол. Неуман получил в наследство маленькую семейную сагу и воссоздал (дополнял-исправлял почти двадцать лет) на ее основе свою историю — со смешанными флагами, многоголосым эхо, разветвленными корнями и новыми берегами.

Неуман мастер емких фраз. «Сюжет некоторых историй не меняется, меняются лишь очевидцы» и военные перевороты. «Чтобы избавиться от обожаемых вещей, обыкновенно требуется какая-нибудь веская причина, которая бережно спасает от необходимости переживать за происходящее» и вынужденная эмиграция. Или: «Детство — это такое место, где все мы распеваем одни и те же песни и помним наизусть одну и ту же рекламу». Или вот: «Процесс старения становится для свидетелей неудобным зрелищем, чем-то вроде заразного будущего, к которому вплотную лучше не приближаться». А один его персонаж говорил, что культурный багаж музыканта проявляется в том, как он играет: либо под пальцами звучит целый мир, либо просто долбите по печатной машинке. Мир Неумана звучит и стоит того, чтобы с ним познакомиться. И до «Странника века» обязательно доберусь, да.


Некоторая растерянность от короткого списка Иностранной литературы Ясной поляны (да и вообще), и все же фиксирую:

▪Лимберлост — Робби Арнотт
▪Креольская нация — Жузе Эдуарду Агуалуза
▪По орбите — Саманта Харви
▪К Полине — Такис Вюргер
▪Женщина при 1000 °C — Хатльгрим Хельгасон
▪Словарь Мацяо — Шаогун Хань
▪Одинокая ласточка — Лин Чжан
▪Белая линия ночи — Халид ан-Насрулла
▪Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй Мировой — Омер Зюльфю Ливанели
▪Три поколения железнодорожников — Согён Хван
▪Симпати Тауэр Токио — Риэ Кудан

#напремиальном


Репост из: «Прочитано»
Сегодня переносимся в Ростов-на-Дону! О том, #где_читать в южной столице, рассказала нам Екатерина, автор книжного тг-канала Острые страницы ⬇️

Центр Ростова-на-Дону располагает к прогулкам с аудиокнигой и настолько переполнен эстетичными заведениями, что сложно выбрать несколько. Расскажу о своих любимых местах, где можно и красиво почитать, и вкусно поесть.
 
Донская государственная публичная библиотека
📌Пушкинская, 175А
Старейшее книгохранилище Юга России, которое ростовчане ласково называют Публичкой. Это не только пять миллионов экземпляров библиотечного фонда с самыми последними книжными новинками, но и великолепный зимний сад, в котором можно затеряться среди огромных монстер, фикусов и филодендронов и почитать классику под звуки воды в фонтанах.
 
Улица Пушкинская
📌Выйдя из Публички, вы попадаете на Пушкинскую — пешеходную улицу и одну из лучших прогулочных зон. Во всей красе Пушкинская раскрывается рано утром, когда среди гуляющих только собачники и бегуны, и можно походить, слушая серию расследований графа Аверина и рассматривая здания старого города. С Клюквиным-чтецом маршрут придется продолжить по Большой Садовой, посидеть на лавочке в Покровском сквере и спуститься на Набережную посмотреть на Дон.
 
После насыщенной прогулки вам наверняка захочется если не почитать, то поесть, поэтому предлагаю несколько вариантов:
 
Café Parfé
📌Варфоломеева, 306
Французская атмосфера и музыка, приветливая команда, вкуснейшие круассаны города и превосходная еда для гурманов. Место, в котором все сделано с любовью. Здесь отлично читаются французские авторы и современная литература в целом.

Sample Coffee
📌Пушкинская, 176/91
Идеальные (огромные!) вафли и фильтр на зернах из приличной семьи. Несколько шумно, но можно под скандинавский триллер в наушниках позалипать в панорамное окно на уже знакомых собачников и бегунов на Пушкинской.

Coffeeman
📌Суворова, 55
Старинная кофейня-обжарочная для ценителей премиум сортов и авторских напитков. Когда вокруг заведения растут как грибы и так же стремительно закрываются, Coffeeman с 2004 года идет своим путем. Место уединения для чтения интеллектуальной прозы.


Пусть хорошие истории случаются не только в книгах✨


Приехала в гости с «Фламинго», а у Юли вся ранее изданная на русском Гуоджин

Гуоджин родилась и выросла в Китае, окончила Тяньцзиньскую академию изящных искусств, работала концепт-художником, сейчас живет в Канаде. В 2015 году дебютировала с авторской книгой The Only Child и собрала всевозможные награды.

«За стеной метели» | 2015
Первая книга Гуоджин вышла в 2019 году в издательстве МИФ с зачем-то адаптированным для русскоязычной аудитории названием, которое сместило фокус с авторского замысла поделиться ощущением детского одиночества из-за политики «одна семья — один ребенок» в Китае. Это невероятно поэтичная история с потрясающими черно-белыми карандашными иллюстрациями, которые трогают до слез и говорят громче слов. Не зря Гуоджин считают мастером «тихих книг», в которых повествование ведется без текста.
Удивительно, но еще можно найти издание в коллекцию.  

«Гроза: история собаки, которая нашла дом» | 2019
Вторую книгу Гуоджин создала в память о своей собаке Дуду, и в ней рыдается над каждым разворотом — зависит от читателя, конечно, ведь в «тихой книге» каждый увидит свое. Это тоже история без слов, но в ней художница использует многокрасочность, чтобы более полно передать эмоции в кадре, мастерски переключая оттенки с холодных на теплые. Особенно прекрасен в ее исполнении закатно-золотистый, подсвечивающий шерстинки.
«Грозу» в 2021 году издала Поляндрия, в апреле напечатали новый тираж, и лучше поспешить.

«Фламинго» | 2022
Третья книга титулованной художницы только-только вышла на русском (спасибо, Поляндрия!), и это сто тридцать семь страниц путешествий, воспоминаний, приключений, дружбы, любви и удивительного мира воображения. Динамичные и живописные иллюстрации высочайшего качества, ведь иначе не рассказать историю без слов (хотя в эту они иногда заглядывают). И снова новое любопытное цветовое решение, и снова, кажется, разговор о личном. Гуоджин восхищает способностью быть одновременно такой разной и узнаваемо собой.

Пока в Россию долетел «Фламинго», у Гуоджин в 2025 году вышло еще две книги: The House That Floated («тихая книга» по реальной истории о переселении канадских жителей прибрежных районов) и Oasis (научно-фантастический графический роман об искусственном интеллекте — недалекое будущее, пустыня, роботы), а пару недель назад издали The Octopus — подводные приключения без слов.

Всё это настоящие сокровища! Вне возраста, времени и пространства.

#поляндрия #миф #пачкастраниц


Ясная Поляна опубликовала длинный список Современной русской прозы

Короткий объявят в сентябре

#напремиальном


#однорукийаплодисмент


«Большая книга» объявила длинный список — нон-фикшн и художественная проза.
Очень рада за Анну Лужбину, Сергея Шаргунова и Веру Богданову! О «Крууге» рассказывала здесь, «Поповича» прочитала и собираюсь с мыслями, «Царствие мне небесное» еще только едет.

#напремиальном



Показано 13 последних публикаций.