Красная собака

Меня иногда спрашивают, открыл ли я что-то новое в «Маленьком принце». Люди знают, что я уже второй раз делаю по нему медленное чтение, и им любопытно.

И вот тут всегда происходит удивительная вещь: слова в тексте вроде бы те же, но, когда какие-то вещи уже усвоены, текст позволяет пройти в него чуть глубже. В этот раз случилось именно так.

Я обратил внимание на самый первый рисунок рассказчика — тот, который он создает в шесть лет и показывает взрослым. Рисунок действительно похож на шляпу. Взрослые смотрят на него и говорят: «Что страшного в шляпе?» Но рассказчик-то нарисовал удава, который проглотил слона.

Потом он делает второй рисунок — фактически рентгеновский снимок, где уже видно, что внутри удава действительно находится слон.

И здесь есть интересная хитрость.

Можно сразу обвинить взрослых в отсутствии воображения. Но можно задаться другим вопросом: что именно происходит в этот момент?

Мне кажется, здесь показана вещь, которая вообще очень часто происходит с нами в жизни. Мы слишком быстро готовы что-то назвать, схватить своей интерпретацией, вписать в уже понятную систему — и на этом остановиться.

А Экзюпери как будто говорит: мир сложнее, чем наше первое определение.

И дальше эта тема начинает повторяться.

Сначала — рисунок, в котором спрятан слон. Потом — рисунок барашка. Причем лучшим изображением барашка оказывается ящик, внутри которого он сидит. Самого барашка мы вообще не видим.

И если поставить рядом эти два эпизода, знаменитые слова Лиса — «Зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь» — начинают звучать немного иначе.

Это уже не просто красивая афористическая формула. Она оказывается подготовлена всей книгой.

Первое восприятие может быть недостаточным. Не стоит слишком быстро считать увиденное окончательным. Иногда нужно остановиться и дать миру оказаться сложнее нашего первого взгляда.

И дальше Экзюпери ведет нас еще глубже — к тому, как вообще возникает смысл, как строятся отношения между людьми и отношения человека с миром.

Есть вещи, которые невозможно посчитать и свести к количественным показателям, но именно они оказываются самыми важными. Связь, память, внимание, любовь, то время, которое мы кому-то отдали.

И вот это на нынешнем перечитывании стало для меня гораздо ярче. Книга сделалась более цельной: то, что раньше казалось отдельными красивыми эпизодами и цитатами, вдруг начало складываться в одну систему.

Наверное, в этом и есть один из самых очевидных плюсов медленного чтения — и, конечно, перечитывания.

Недавно я попал под дождь в парке и встал рядом с огромным дубом. У него от самой земли и во весь человеческий рост образовалось огромное дупло в стволе, похожее на вход в пещеру. Я встал прямо туда в этот проем. Дуб укрывал меня от проливного дождя. Даже вспомнилась любимая сказка из детства, в которой забравшийся в дупло дерева солдат обнаруживал там вход в ведьмовские тайники с сокровищами.

Стоять мне под дубом пришлось долго, дождь все не заканчивался. И в какой-то момент я случайно обперся рукой о ствол.

И все сразу вдруг стало иным. Меня совершенно удивило это прикосновение. Выбило из привычного мира. Я обеими руками стал ощупывать дуб. Чувствовать рельеф его коры, каждое извилистое маленькое ущелье, в которое проваливались пальцы. Многослойность и неровность его могущественной шкуры. Мягкий зеленый мох.

Это было похоже на чудо — в моей вселенной появилось это дерево. Я, который ходил мимо него огромное количество раз, вдруг узнал его совершенно по-другому.

Видимо, бесчисленное время проводимое мной перед экраном — плоским визуальным миром — заставило совершенно позабыть об этом способе контакта, общения с миром выпуклым, живым.

Кажется, пора как в детстве начинать что-то делать своими руками

Вспоминается и опыт Юнга, который в зрелом возрасте почувствовал потребность строить замки из песка на берегу озера. И это послужило для него началом столкновения с собственным бессознательным

Кажется, через прикосновения к миру открываются многие его тайны