Кристина Потупчик

krispotupchik Нравится 0
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Обзоры книг, фильмов и фотографии. Обратная связь @KristinaPotupchik
Язык канала
Русский

Категория
Блоги

Язык канала
Русский
Категория
Блоги
Добавлен в индекс
09.05.2017 23:31
Последнее обновление
25.06.2018 04:41
@TGStat_Bot
Бот для получения статистики каналов не выходя из Telegram
Telegram Analytics
Самые свежие новости сервиса TGStat. Подписаться →
Telegram Info
Последние новости о Telegram. Читать →
17 061
подписчиков
~10.3k
охват 1 публикации
~6.1k
дневной охват
~5
постов / нед.
60.2%
ERR %
77.74
индекс цитирования
Репосты и упоминания канала
270 упоминаний канала
139 упоминаний публикаций
183 репостов
Караульный
Рудники свободы
Караульный
Fuck you That's Why
Караульный
Караульный
Fuck you That's Why
@canalestelegram
Baronova
Караульный
Writer's Digest
Смертач Daily
Fuck you That's Why
Akashevarova
@canalestelegram
Ortega
Арчилайф
@canalestelegram
ПроСМИсь
ТMLN every day
Mash
Ortega
Fuck you That's Why
YAROSH
Золотой век
Караульный
Ekvinokurova
Акитилоп
Akashevarova
Ortega
ТMLN every day
Культ Кота
@canalestelegram
Ortega
16 негритят
Дуршлаг
America Inside
MMC
Последние публикации
«Проданные сокровища России. Как Советская власть распродавала национализированное искусство. 1917 — 1938 годы»

Редкая книга о ещё одной ужасной стороне национальной катастрофы начала XX века — о том, как новое советское правительство распродавало российские художественные коллекции.

Вообще, первооткрывателем этой запретной темы стал журнал «Огонек» ещё в далёком 1989 году. Расследование о разграблении Эрмитажа вышло в трех номерах в рубрике «Боль отечества», в которой публиковались расследования о пропаже культурных ценностей. И только в 2000 году об этом появилась целая книга.

До Революции Эрмитаж был самой крупной сокровищницей мирового искусства, чью коллекцию веками наполняли как монархи, так и состоятельные меценаты. Величайшие шедевры, которые скупала Екатерина II, свозили в Россию военными фрегатами. Мы располагали одним из лучших в мире собраний картин Рембрандта. Сейчас же Отдел редких книг Библиотеки Конгресса США почти на 80% состоит из купленных в России, среди которых есть первая печатная книга на русском языке — «Апостол» Ивана Фёдорова (1564), с которой, собственно, и началась история книгопечатания в России.

Чтобы воплотить все грандиозные намеченные планы в жизнь, новой власти нужно было много золота. И вот, по злой иронии, выжить советы могли лишь с помощью мировой буржуазии, которая и стала покупателем российских сокровищ. После революции сразу национализировали частную собственность — дворцы и усадьбы, которые очень скоро были опустошены или уничтожены. Но потом кто-то нашел у княгини Мещерской в домашней коллекции картину Боттичелли, и стало понятно — пока ещё не все разворовали. Тут-то и начали выписывать конфискационные декреты на предметы искусства и памятники старины.

Но ценности не просто изымались и отправлялись в хранилища. Властями было принято решение тайно распродавать сокровища. При этом весь процесс торговли был очень дурно организован.
Западные эксперты пытались дешево выманить главные шедевры русских музеев и это не составляло им труда, так как чиновники главной конторы по скупке и реализации антикварных вещей плохо понимали, каким товаром торгуют и даже путали имена художников — вместо Ван Дейка могли написать Ван Эйк, вместо Титуса писали Татус.

Кто-то из современников того времени хорошо сказал: «Если кухарка, в случае надобности, могла управлять государством, то писать библиотечные карточки на всех европейских языках она еще не умела». Но несмотря на невежество, власти понимали, что за предметы искусства можно выручить немало денег. Поэтому они устраивали целые рекламные
кампании: специальные выставки-распродажи, лекции, закрытые показы, даже издали альбом коронных драгоценностей для удобства (кстати, если хотите мне что-нибудь подарить...).
Были созданы особые комиссионки, например — универмаг Торгсин на Смоленской, для торговли с иностранцами. Так, вскоре наряду с традиционными русскими статьями экспорта, как лес, меха, икра и кожа, появился раздел «художественные ценности».

Книга повествует о печальной истории. О том, как у варваров возникла возможность по собственной глупости уничтожить культурное наследие целой империи, но, к счастью, им просто не хватило мозгов для этого. От людей, которые в своей деятельности во главу угла ставили лишь одну строчку из Интернационала (про разрушенный мир, очевидно), можно было ожидать и гораздо-гораздо худшего.

Когда знакомишься с этими трагическими страницами родной истории, испытываешь одновременно скорбь и гордость: за безвозвратные и бессмысленные потери и за несметные богатства и достояния мирового искусства, которые собрала и сберегла наша страна, несмотря ни на что.
Репост из: Bookscriptor
Цундоку (積ん読) — так в Японии называется, когда человек покупает много книг, и потом их не читает.

Художник: Amy Crook
«Когда я слышу слово „культура“… я снимаю с предохранителя свой браунинг!» Г. Йост

Ну что, сходила на «Дело Собчака». Фильм откровенно плохой, но вместе с тем — имеющий право на существование. Потому что у нас, в конце концов, свобода слова. И мы даже знаем, чьего именно.

«Дочь одного из родоначальников современной российской демократии Ксения Собчак спустя 18 лет после смерти своего отца пытается разобраться в его политической судьбе. Вместе с режиссером Верой Кричевской она дает слово соратникам и оппонентам Анатолия Собчака, знакомится с уголовным делом, перечеркнувшим его карьеру, и пытается найти ответ на вопрос о том, каково пришлось бы Анатолию Собчаку в сегодняшней России», — пишут сами авторы о своём фильме.

И здесь начинается, пожалуй, самое интересное. Будучи хорошо обученным классике пропаганды, в том числе такому приёму, как «Большая ложь», авторы фильма начинают абсолютно бессовестно и нагло конструировать какую-то свою, шизофазийную, реальность. И ладно бы если дело происходило веке в XII или XVII. Кто знает, как оно там было. Но за исходную точку своего повествования авторы берут такой замечательный период, как «perestroika» и завершают свой рассказ 20 февраля 2000 года на берегу Балтийского моря. То есть времена и места не столь отдалённые от нас сегодняшних, чтобы интерпретировать их в вольной форме в надежде, что пипл схавает. Но, как известно, я сам обманываться рад!

А теперь ближе к делу. Непосредственно «Дела Собчака» в одноименном фильме — до невозможного мало. Да и кому вообще может быть интересно развалившееся расследование о махинациях с квартирой, случившееся четверть века назад. При этом то тут, то там в контексте фильма встречаются непрекращающиеся дифирамбы демократии и свободе, воплощенные в фигуре первого мэра Санкт-Петербурга.

Понятно, что ангажированность авторов фильма не позволяла надеяться на рассказ о том, в каком бедственном финансовом положении оказался город после отставки Собчака, какие непомерные долги он набрал, какие безвозвратные ссуды и кому раздавал и как дружил с представителями питерских ОПГ. Также понятно, что и деятельность фонда Людмилы Нарусовой по выплате немецких компенсаций блокадникам Ленинграда, к которому был ряд вопросов у контролирующих органов, так и останется без должного внимания со стороны гражданского общества и соответствующих структур.

Непонятно другое. Зачем, снимая явно и откровенно позитивную ленту про одного конкретного человека, делать при этом вид, что совершаешь какой-то гражданский подвиг? Что мешает честно сказать — да, я сняла пропагандистский рекламный ролик о своём отце и Владимире Путине, я ещё могу вам пригодиться, не бросайте меня в терновый куст?

Да, фильм может быть качественно снятым сторителлингом об Анатолии Собчаке, рассказанным с позиции его дочери и либеральной журналистки, но какой конкретный месседж эта картина несёт широкой аудитории?

Разве только то, что в проигрыше выборов (в контексте противостояния Собчака и Яковлева) нет ничего дурного, и это, во многом, оправдание нынешнего собственного бездействия отдельных лиц. Ксения Анатольевна со своими полутора процентами смотрится здесь очень даже в тему.
Карин Юханнисон «История меланхолии»

Милая книжка про скуку и печаль. Шведская исследовательница разбирается, что могли означать скатившаяся по щеке слеза или нервное подрагивание крыльев носа в разные исторические периоды.

Автор пытается проследить место меланхолии и ее роль в культуре. В книге собраны интересные факты из жизни страдающих от психических проблем знаменитых людей — гипомания Дизеля, диеты Витгенштейна и Кафки, болезненные поллюции Макса Вебера. На примере историй из жизни, фильмов, литературных произведений и медицинских справок Карин Юханнисон отыскивает меланхолию в разные временные периоды. Однако этот недуг то и дело ускользает от исследователя, прячась под разными названиями и прикрываясь актуальными тому времени симптомами.

Ангедония, аномия, страх, фуга, паника, гиперчувствительность, фланерство, эмоциональное выгорание, усталость, скука и, наконец, депрессия — у меланхолии нет единой формы. В разное время она по-разному называлась и проявлялась. Например, в 17 веке люди, страдавшие от душевного мрака, считали, что превращаются в волка. Некоторым меланхоликам казалось, что они сделаны из масла или воска, поэтому боялись растаять. А в античный период меланхолию считали интеллектуальным величием.

Важную роль в истории этого чувства играло гендерное неравенство — мужчина-меланхолик считался элитой, а женщина в депрессии — неудачницей. И до тех пор пока меланхолия была модным трендом, женщин в ряды страдающих не принимали.

То или иное чувство становилось маркером классовой и гендерной принадлежности. Долгое время сплин, бессонница и даже сновидения считались привилегией аристократии.

Автор провела подробное расследование как менялся язык печали начиная с XVIII века, но, как мне кажется, споткнулась на настоящем. Современную депрессию она вскользь объяснила чрезмерным ускорением развития общества потребления. Возможно тактично сглаживает углы, чтобы не подвергать резкой критике нынешнее трепетное отношение к модным неврозам.

Современная элита не отстает от предшественников — как тут не вспомнить панк-короля Игги Попа, решившего, что он — стакан апельсинового сока? Никому в голову не пришло критиковать музыканта — истоки необычной ситуации свели к утонченности и гениальности рок-звезды, что лишь пробудило нездоровый интерес к его расстройству.

В наши дни в моду входят такие психические нарушения, как биполярное расстройство, СДВГ или дислексия, которую распиарили голливудские звезды.

Каждому времени свой недуг. И часто мы чувствуем то, что нас учат чувствовать. Но, что важно, в этой книге меланхолию рассматривают не как диагноз, а как явление культуры. Так что ипохондрикам любящим примерять каждую заразу на себя, нечего бояться. Здесь только про палитру чувств, а не про болезнь.
Дуглас Смит. «Бывшие люди. Последние дни русской аристократии»

В аннотации написано, что это первая в мире книга, посвящённая исследованию судеб российских дворян после революции. Не уверена, что это так, но ничего подобного мне действительно не попадалось. Об истории элиты царских времён в советскую эпоху говорить и уж тем более писать было не желательно. А чего-то современного до этого момента не встречалось (если вы читали что-то стоящее по теме — присылайте).

Зато теперь благодаря британскому историку и слависту Дугласу Смиту у широкой аудитории появилась возможность узнать подробности того, как уничтожалась российская аристократия.

Ирония судьбы — нашу историю собирают по кусочкам и берегут те, кто особого не имеет к ней отношения. На фоне этого, пользуясь случаем, горько посетую, что, например, в Санкт-Петербурге ни одному из Набоковых не стоит памятника (маленькую плиту в филологическом дворике я не беру в расчет). Зато есть в Монтрё. Дом-музей Владимира Зворыкина в Муроме разорен, обоссан и закрыт для посетителей с 2011 года. А коллекция достопримечательностей Российской империи С.М.Прокудина-Горского — одна из первых в мире коллекций цветных фотографий, хранится в Библиотеке Конгресса США. Разве что один негатив снимка, сделанного в Златоусте, находится у нас, в музее Нижнего Тагила. Да и то благодаря президенту США Рейгану, который в 1987 году подарил его Советскому Союзу.

Но вернёмся к произведению. На примере семейных историй двух знаменитых аристократических фамилий, Шереметьевых и Голицыных, автор рассказывает о том, как люди, некогда по полдня одевающиеся к обеду и заботившиеся о красоте ногтей буквально в одночасье вынуждены были научиться делать галоши из подручных материалов и собирать шишки с одуванчиками, чтобы не помереть с голоду. Как за мешок муки продавали алмазную диадемку, которую надевали на приемы в зимнем дворце, а Левитана и Поленова отдавали за несколько мешков картошки. Как обдирали с деревьев кору и как затыкали персидскими коврами и соболями окна от вьюги в товарных вагонах, где приходилось скрываться.

И если уж и говорить о торжестве социального равенства, то да, это удалось-отчаянные поиски еды уровняли аристократов с остальной Россией.
После революции в одночасье рухнула вся социальная инфраструктура. Бывшие дворянки были или насильно «социализированы» для нужд солдат Красной армии или добровольно продавались на улицах за еду. Книги из библиотек пускали на самокрутки, усадьбы сжигали, а картины именитых авторов резали или калякали.

События, описанные в этой книге, лежат за пределами разумного. И до сих пор актуальной темой остается выяснение причин, приведших к этой катастрофе.Среди которых не последнюю роль занимает неосведомленность правящей элиты относительно жизни народа. О чем говорить, когда, например, в семье Шереметьевых причиной революции полагали международный сионизм, происки дьявола или кару господню. А вовсе не тот факт, что за пределами красивых усадеб в нищите мучались люди.

Безусловно, нужно помнить, что ничего, кроме дерьма и крови, революция с собой не приносит. А приносит только новый передел, новую братву у кормушки.

И куда в такой ситуации «простому крестьянину» податься, когда и «белые», и «красные» в общем-то мало чем друг от друга отличаются — решительно непонятно.

Дочитав книгу, не специально задумалась о том, что будет если вдруг снова замаячит перед русским народом лихое искушение? Что если представится шанс пошуршать на яхте Сечина и полетать в собачьем самолете Шувалова? Сработают ли уроки истории?

С течением времени сглаживается эта острота трагедии, и искушению «повторить все как встарь» противостоять сложнее. Нет уверенности, что каждый сможет примерить на себя ту или иную революционную роль и ужаснуться ей в должной мере.
Почитала рецензии разных «критиков» на Монеточку и поняла, какая же пропасть лежит между теми, кому сейчас 20 и 30. Пытаются привязать певицу к контексту «эпохи Путина», найти там филологические отсылки (зачем?). На мой взгляд, тут важнее интонация и ее уникальный метод перерабатывать почти любой материал. Монеточка это не только певица-мем с миди-клавиатурой, но и голос поколения Вконтакте, использующая в творчестве понятный аудитории способ восприятия. На ум приходит Слава КПСС с «Детской танцевальной музыкой» (не случайно их внимание друг к другу, они чувствуют взаимное родство). Для меня одной из самых важных у неё песен является «Я Лиза», настоящий гимн хикки и эскапизма в целом. Монеточка поёт:

Зато клёвые у меня
Сохранённые картинки
Зачем мне реальные друзья?
Зачем мне парни и вечеринки
Когда здесь в интернете есть
Мои прикольные друзяшки
В реальном мире я не оч
А тут я лапочка и няшка.

Всё творчество певицы так или иначе пропитано инфантилизмом, но и над ним она иронизирует. Ироническая дистанция выдержана везде, даже в названии альбома «Раскраски для взрослых». Такие раскраски были популярны пару лет назад, название у них, если вдуматься, совершенно идиотское: почему что-то раскрашивать — это типичное занятие для детей? В названии альбома угадывается ключ к ее творчеству. Если дети раскрашивают зайчиков и цветы, то взрослым певица предлагает раскрасить 90-е, ночной ларёк, завод и «запорожец».

Монеточка подчёркнуто аполитична (потому что серьёзность это скучно), но не боится перерабатывать и тяжёлый политический материал в нечто трогательное и невинное. Не боится спеть «Мамочка, я не зигую». Трек «Украинский вопрос» с подчёркнуто детским припевом высвечивает всю комичность бытовых разборок на почве политики. А вот как она поёт о «политических активистах»:

Мой парень — самый клёвый анархо-коммунист.
Он хочет, чтобы венгры жили свободно.
Мы ходим с ним на митинги в защиту белых крыс,
А простые пацаны — это не модно!

Монеточка знает, что митинги это «праздник непослушания», но с серьёзным лицом. Самый важный трек для понимания ее политической позиции — это «НТВ», где певица миксует фантастические заголовки из новостных лент с противоречивыми тезисами госпропаганды. При этом по мелодике и темпу песня напоминает бодрый евангелистский поп, и его хочется слушать и слушать. Под него, кстати, можно было бы открывать заседания Госдумы.

Монеточка — патриотка, но не такая, как вы ожидаете. Она патриотка виртуальной России, чьим гимном является корявый клюквенный текст из компьютерной игры Red alert (написанный, кстати, поляком). Он отлично представляет Россию, которая существует в сознании «других», смотрящих на неё снаружи. И этот взгляд кажется Монеточке, находящейся глубоко «внутри» России, интересным и достойным внимания. Как говорили гестаповцы и сотрудники Билайна: каждому — своё. Для меня Монеточка, например, гораздо важнее, чем какая-нибудь Луна. Если бы у Луны было чувство юмора, она не была бы Луной. Луна это просто чуть обновлённая певица Линда. А Монеточка это Псой Короленко для винишек.

Думаю, известность Лизу не испортит как и Славу, подружившегося с Киркоровым. Как бы ее сейчас не нахваливали «светские львицы», мы-то знаем: они очень скоро отправят ее на ту же полку, где пылятся мумии Петра Налича и Алины Орловой. И это хорошо. Главное, чтобы сама певица выбрала правильный путь и не повторила пример Гай Германики, которая из киношного бунтаря превратилась в ведущую на православном канале.

https://www.youtube.com/watch?v=ccS1_Yt9vU0
Если все на самом деле и нашу реальность не поглотила постправда, то в Москве начали увольнять из-за Олдоса Хаксли. Новость звучит, как название плохого эпизода «Чёрного зеркала». Книги, слава Форду, пока не сжигают, а их распространителей ещё не сажают.

В московской школе якобы уволили педагога, которая привела учеников на спектакль по Хаксли.

«Мне известен ужасающий факт, в котором я хочу разобраться. Учительница привела класс на спектакль к нам, в театр «Модерн», по произведению Хаксли «О дивный новый мир». Она привела класс, учащиеся посмотрели, и потом, наверное, кто-то спросил в школе, или родители спросили, как вам спектакль, и они сказали, что там идёт разговор про свободную любовь. И за это, получается, «растление» директор школы уволил этого педагога. Видимо, начали жаловаться недальновидные родители, не разобравшись в сути дела. У меня не может быть чего-то того, что заходит за грань. Причём, у нас написано 16+, и мы говорим об этом, исходя из того, что мы осуждаем», — прокомментировал ситуацию худрук театра «Модерн» Грымов.

Не удивлюсь, если узнаю, что некоторые активные граждане могли усмотреть в произведении пропаганду суицида или даже рекламу АУЕ.

Отличный момент, чтобы учредить премию имени Хаксли и раздавать ее за вклад в борьбу со всемирной глупостью. Грымов — первый номинант, если доведёт дело до конца, не побоявшись судьбы Серебренникова, например. Опять же — если все это действительно произошло не в мозгу фантаста, подсевшего на вечерние шоу федеральных каналов.
Репост из: Журнал «Нож»
Этим летом начнутся съемки сериала по роману «Зулейха открывает глаза», в главной роли — Чулпан Хаматова.

https://knife.media/yahina-interview/
Репост из: Полный П
А проекту "Такие дела" - 3 года, ура! За эти 3 года Митя Алешковский и его команда сделали лучший информационный проект о благотворительности в России, который продолжает помогать тысячам людей.

"Такие дела" помогают другим, а мы можем помочь "Таким делам". Сделать это можно вот здесь:

https://takiedela.ru/support-us/
Питер прекрасен, а вчерашний день получился просто сумасшедшим. Утром — выступление на ПМЭФе про постправду, потом — Видфест, а сразу следом за ним — литпремия «Нацбест». В промежутке между всем этим светским вращением даже удалось съездить в психиатрическую больницу № 3 имени И. И. Скворцова-Степанова. Люблю это. Старые корпуса лечебницы скрыты в тени древних деревьев и находясь там, не оставляет ощущение того, что скрываются в тех местах не только они.

Среди местных больных, говорят, даже был когда-то Оксимирон. Один из корпусов грубо заколочен досками и закрыт для посещения. Одно из зданий — женское отделение. Рядом с ним бродят в сопровождении врачей или родственников потерянные и уставшие женщины, пустоглазые и обессиленные от хвори.

Режим лечения там жёсткий. Приём передач и посещение только два дня в неделю. Плакать больным не рекомендуется — это может быть воспринято как депрессия, и вам могут продлить срок пребывания в этой тюрьме на месяц или два. Это в лучшем случае. Некоторые девушки лежат тут по 7 – 8 месяцев без серьёзных на то оснований.
В холле на первом этаже 3-го женского отделения — почему-то фотографии последней царской семьи. В общих палатах впритык друг к другу стоят койки, на которых лежат десятки больных — кто-то постанывает, кто-то спит. Внутренний облик больницы за сто лет почти не изменился.

Учреждение было основано в 1870 году. В 1870-х гг. рядом возвели деревянную церковь. Главной иконой храма служила икона св. Пантелеимона, привезённая из Пантелеимонова монастыря на Афоне. По свидетельству современника, «по праздникам дачники охотно посещают больничную церковь и молятся вместе с сумасшедшими». А ровно сто лет тому назад, летом 1918-го в этой больнице, притворившись сумасшедшим, скрывался от большевиков генерал-майор В. Н. Воейков.

В 1990 году здание церкви вернули верующим. В 1995 — 1996 гг. была восстановлена утраченная звонница и шатёр, в июне 1996 года был поднят крест. Тут также стоит отметить, что здание церкви выглядит гораздо лучше, чем корпуса, где содержатся больные.

На выходе из больницы стоят активисты правозащитных организаций, раздают листовки, призывающие сообщать обо всех нарушениях прав больного во время лечения, в том числе о пытках и убийствах пациентов.

Место странное, будто погружённое в сон — сном кажется и его посещение. Наверное, одно из самых важных мест в Петербурге, в котором стоит побывать. Потому что никакие крыши, дворы-колодцы, разводные мосты и музеи Бродского не впечатляют так, как это оставшееся вне времени, место.
Такая красота
и срок столь краткий,
соединясь, догадкой
кривят уста:
не высказать ясней,
что в самом деле
мир создан был без цели,
а если с ней,
то цель — не мы.
Друг-энтомолог,
для света нет иголок
и нет для тьмы.

С днем рождения, Иосиф Александрович.
Алексей Иванов. «Псоглавцы»

Если и начинать большое исследование современной русской литературы, то делать это стоит с попытки описания роли и места образа собаки в актуальной мифологии. Первыми на ум, разумеется, приходят Пелевин с его псом с пятью ногами и Сорокин с его пророческим ривайвалом опричнины времён Ивана Грозного в актуальных реалиях. Гойда, как говорится, гойда! С пёсьими головами и айфоном Х. Не менее славный писатель Алексей Иванов, к слову, также прекрасно вписывается в эту кампанию со своим романом «Псоглавцы» (отсылка снова очевидна).

Это крутой интеллектуальный (в хорошем смысле этого слова) триллер о бытии т.н. «сапёров мировой культуры» или дэнжерологов (от англ. «danger» — «опасность»).

Эти самые дэнжерологи изучают влияние сакральных культов на коллективное подсознательное социума, в котором эти культы на уровне сознания давно забыты. Попутно они разыскивают смертельно опасные культурные артефакты, которые при определенных условиях запускают давно отжившие поведенческие модели. Задача денджеролога — найти и обезвредить такие исторические реликвии.

Пока артефакт находится в той среде, в которой он появился изначально, он безопасен, «потому что его «программа» полностью тождественна поведенческим стратегиям среды». Но в новой среде стратегия поведения, продуцируемая артефактом, может быть опасна для человека. И чтобы правильно обезвредить такой предмет, дэнжерологи должны сперва изучить особенности местного социума, его моделей поведения и культуры.

Так вот. Троих парней, отобранных (почему-то) по их постам в ЖЖ, отправляют в забытую богом старообрядческую деревню в Поволжье за необычным артефактом. Им надо снять со стены заброшенной церкви погибающую фреску. На фреске — еретическое изображение святого Христофора с головой собаки. И пока двое из них занимаются непосредственно изъятием опасного культурного объекта, третий, Кирилл, идёт общаться с местными, чтобы оглядеться и наладить контакт. В ходе этого хождения в народ, Кирилл начинает подозревать что с деревней и ее жителями что-то не так.

Раньше в деревне Калитино были и церковь, и медпункт, школа, автобусы ходили до города, была даже зона, которая обеспечивала местных рабочими местами. Теперь же все эти объекты в полном упадке и больше не функционируют. Но даже при полном отсутствии каких-либо благ цивилизации, никто из местных жителей особо не стремится переехать в город. А тот, кто когда-то и задумывался об этом , почему-то таинственным образом умирал. Несмотря на нищету и заброшенность, местные жители ни на что не ропщут и всем довольны. Здесь свой транспорт — дрезина, свой энергоблок — торф, свой помещик, свое прошлое и даже свой Бог...

«Здесь какое-то осатанелое, раскольничье, дикое упрямство: мы сдохнем от цирроза, по пьяни порубим друг друга топорами, сгорим в торфяных пожарах, но не будем жить иначе, не будем делать свою жизнь лучше. Здесь люди ходят на двух ногах, носят штаны и говорят, но живут неизменно, как животные, не зря, видно, их предки поклонялись человекозверю», — пишет автор.

Иванов — мощный стилист, который легко и как сейчас модно выражаться нативно размещает социальную трагедию — нищету забытой всеми деревни рядом с фантастическим, а местами даже магическим.

Столкновение двух миров — погибающей деревни и живущей столицы — на фоне мистики и легенд — всё вместе превращается в жуткий динамичный экшн с элементами наукообразного экскурса. Где не всегда понятно, что страшнее — рассерженые оборотни или безысходность существования разрушенных алкоголем и пустотой некогда живых людей.


Мой набор тегов к этой книжке:
зеки, раскольники, пьяные бабы, жэжэшечка, нищета, оборотни, хтонь, скиты, боги, любовь.
Одним словом - идеальный русский хорор!)


P.S.
Это одна из тех книг, которую лучше слушать, а не читать. Так страшнее. Сделать это можно, например, на «Литресе» в озвучке Ивана Литвинова
https://www.litres.ru/aleksey-ivanov/psoglavcy-32481694/