По сути, то, о чем пишет Игорь Минтусов в своей колонке - отображение двух противоречащих друг другу стилей мышления - процедурного и процессуального. И если первый предполагает чёткое и конкретное изложение договоренностей на бумаге, то второй задаёт общие векторы работы и обговаривается на словах. Эту мысль изложил ещё в 1999 году профессор МГИМО Сергеев В.М.
Мышление русских, конечно же, процессуальное: в ходе значимых мировых переговоров сферы влияния всегда делились негласно. Та же история с гарантиями нерасширения НАТО на Восток: нам обещали - мы поверили. И думали, что решения приняты на столетия.
Мышление же европейцев и американцев процедурное: конкретный договор на краткосрочный срок.
Это что касается теории.
Если смотреть практическую сторону вопроса, то справедливости ради отметим, что отношение России к разного рода документам тоже соответствующее: в 19 веке растоптали запрет на строительство Черноморского флота спустя 15 лет после Крымской войны. О значимости документов, регулирующих украинский вопрос (например, Будапештский меморандум), говорить тоже не приходится.
Отказ же американцев и европейцев от заключения конкретных договорённостей по острым вопросам тоже связан с нереалистичностью их исполнения. Вот, например, приняли бы гарантии о нерасширении НАТО на Восток в 1990-м году. А каков был бы порядок действий России в случае нарушения документов со стороны альянса? Возможность нанесения ядерного удара по центрам принятия решений НАТО? Или ввод российских войск в Восточную Германию? Смотрится это все абсолютно алогично.
Надо признавать, что мышление западного человека гораздо более конкретное. И конкретные вещи всегда проще ложатся на бумагу. Мышление же русских абстрактно. Вот, например, та же демилитаризация Украины. Что она в себя включает? Полное уничтожение оборонной отрасли страны? Или полное разоружение украинцев? Или ликвидация батальонов националистов? А самый главный вопрос, как положить это на какую-то бумагу и заставить Европу и США все это подписать. Все понимают, что это все практически нереально.
Отсюда собственно и все проблемы в разрешении конкретных вопросов. В этой связи вероятность их разруливания без применения силы в нынешней ситуации близится к нулю.
Мышление русских, конечно же, процессуальное: в ходе значимых мировых переговоров сферы влияния всегда делились негласно. Та же история с гарантиями нерасширения НАТО на Восток: нам обещали - мы поверили. И думали, что решения приняты на столетия.
Мышление же европейцев и американцев процедурное: конкретный договор на краткосрочный срок.
Это что касается теории.
Если смотреть практическую сторону вопроса, то справедливости ради отметим, что отношение России к разного рода документам тоже соответствующее: в 19 веке растоптали запрет на строительство Черноморского флота спустя 15 лет после Крымской войны. О значимости документов, регулирующих украинский вопрос (например, Будапештский меморандум), говорить тоже не приходится.
Отказ же американцев и европейцев от заключения конкретных договорённостей по острым вопросам тоже связан с нереалистичностью их исполнения. Вот, например, приняли бы гарантии о нерасширении НАТО на Восток в 1990-м году. А каков был бы порядок действий России в случае нарушения документов со стороны альянса? Возможность нанесения ядерного удара по центрам принятия решений НАТО? Или ввод российских войск в Восточную Германию? Смотрится это все абсолютно алогично.
Надо признавать, что мышление западного человека гораздо более конкретное. И конкретные вещи всегда проще ложатся на бумагу. Мышление же русских абстрактно. Вот, например, та же демилитаризация Украины. Что она в себя включает? Полное уничтожение оборонной отрасли страны? Или полное разоружение украинцев? Или ликвидация батальонов националистов? А самый главный вопрос, как положить это на какую-то бумагу и заставить Европу и США все это подписать. Все понимают, что это все практически нереально.
Отсюда собственно и все проблемы в разрешении конкретных вопросов. В этой связи вероятность их разруливания без применения силы в нынешней ситуации близится к нулю.