10 сентября ближневосточные СМИ сообщили, что хуситы (движение «Ансар Аллах») захватили портовый город Моха на западном побережье Йемена, замкнув наступление вдоль красноморского побережья, начатое в первых числах месяца. Это тот самый порт, который у хуситов отбили в начале 2018 г. подразделения Тарика Салеха при поддержке ОАЭ и который восемь лет служил тыловой опорой коалиции южнее Ходейды. 11-го сентября представитель «Ансар Аллах» дополнительно объявил об установлении контроля над островом Перим, округом Баб-эль-Мандеб и всеми йеменскими островами Красного моря, включая Ханиш.
И география тут имеет значение. Сам пролив в самом узком месте составляет всего около 29 км. Остров Перим делит пролив на широкий западный канал (через который идет международный морской коммерческий трафик) и восточный, прижатый к йеменскому берегу (шириной около 3 км). Контроль острова открывает хуситам почти бесконечное пространство для политического маневрирования и силового воздействия на торговые караваны, идущие мимо.
Оговорюсь, что контролировать проход и блокировать проход — это не одно и то же. В четверг через Баб-эль-Мандеб суда проходили, и никто никого не топил. Закрытие пролива — это однократное действие, на которое последует цепочка ответных реакций. Вместе с тем мировые цены на нефть уже начали реагировать на изменение ситуации и превысили показатель в $108 за баррель.
Вместе с тем, скажем честно:
1. Во-первых, загнанные в угол хуситы могут оказаться еще более опасными, чем есть сейчас (в случае активного силового давления со стороны коалиции).
2. Во-вторых, беспокойство Саудовской Аравии понятно и оправдано в том числе тем, что в условиях блокады Ормуза Красное море становится единственным направлением, через которое можно вести массовую торговлю углеводородами. А теперь безопасность судоходства в этом регионе зависит от хуситов / Ирана.
3. В-третьих, хуситы — это иранское прокси. Т. е. де-факто контроль над проливом был установлен Ираном. А значит, Тегеран получил рычаг давления, эквивалентный американскому в Ормузском проливе. Притом без прямого участия своих вооруженных сил. Что указывает на процесс постепенного возвращения Тегераном утраченных позиций и влияния в регионе.
4. В-четвертых, Иран теперь, конечно, потенциально может представлять угрозу мировому трафику нефти, но не большую, чем уже представляет США.
Предположу, что происходящее — это временное, а не кардинальное изменение. Выдавить хуситов силовым способом вряд ли выйдет, а значит, прибрежная зона может использоваться как потенциальная разменная монета в переговорах по блокаде / деблокаде Ормуза.
#Йемен #Хуситы #АнсарАллах #Иран #СаудовскаяАравия #БабЭльМандеб #Ормуз #США #нефть #БлижнийВосток
@krylov_ds
И география тут имеет значение. Сам пролив в самом узком месте составляет всего около 29 км. Остров Перим делит пролив на широкий западный канал (через который идет международный морской коммерческий трафик) и восточный, прижатый к йеменскому берегу (шириной около 3 км). Контроль острова открывает хуситам почти бесконечное пространство для политического маневрирования и силового воздействия на торговые караваны, идущие мимо.
Оговорюсь, что контролировать проход и блокировать проход — это не одно и то же. В четверг через Баб-эль-Мандеб суда проходили, и никто никого не топил. Закрытие пролива — это однократное действие, на которое последует цепочка ответных реакций. Вместе с тем мировые цены на нефть уже начали реагировать на изменение ситуации и превысили показатель в $108 за баррель.
Вместе с тем, скажем честно:
1. Во-первых, загнанные в угол хуситы могут оказаться еще более опасными, чем есть сейчас (в случае активного силового давления со стороны коалиции).
2. Во-вторых, беспокойство Саудовской Аравии понятно и оправдано в том числе тем, что в условиях блокады Ормуза Красное море становится единственным направлением, через которое можно вести массовую торговлю углеводородами. А теперь безопасность судоходства в этом регионе зависит от хуситов / Ирана.
3. В-третьих, хуситы — это иранское прокси. Т. е. де-факто контроль над проливом был установлен Ираном. А значит, Тегеран получил рычаг давления, эквивалентный американскому в Ормузском проливе. Притом без прямого участия своих вооруженных сил. Что указывает на процесс постепенного возвращения Тегераном утраченных позиций и влияния в регионе.
4. В-четвертых, Иран теперь, конечно, потенциально может представлять угрозу мировому трафику нефти, но не большую, чем уже представляет США.
Предположу, что происходящее — это временное, а не кардинальное изменение. Выдавить хуситов силовым способом вряд ли выйдет, а значит, прибрежная зона может использоваться как потенциальная разменная монета в переговорах по блокаде / деблокаде Ормуза.
#Йемен #Хуситы #АнсарАллах #Иран #СаудовскаяАравия #БабЭльМандеб #Ормуз #США #нефть #БлижнийВосток
@krylov_ds