Большая пресс-конференция Путина - 3 часа 56 минут, 44 вопроса.
У Лукашенко, если что, было 8 часов 15 минут. Как говорится, в одну калитку.
Но у Путина, во-первых, драйва первых лет уже нет и все превратилось просто в обязанность и традицию. Не хочется, так сказать, а надо. И это очень и очень бросается в глаза.
Во-вторых, из всех вопросов дай Бог пять были острыми. В том числе условно острый вопрос Собчак из серии: "Владимир Владимирович, вы вот у генерала ФСИН швабру забрали, но вы ее не выбрасывайте, отдайте лучше больным детям". Такая Катя Винокурова с Мариной Ахмедовой будто вселились в Собчак.
Острые вопросы, пожалуй, что ВВС, "Эхо Москвы", "Культура", как ни странно, относительно острые у нескольких западных СМИ.
И ничего нового! Иноагенты будут, фамилию Навального не произносит, фамилий Политковской и Немцова тоже не было произнесено. Оказывается, заказчики убийства Немцова в тюрьме сидят. Может это мы чего-то не знаем?
Единственное важное, что Путин сказал, это предложение перевернуть страницу с отравлением Навального. Но тут интересно, что отвечая на вопрос, президент ведь не говорил о том, что Навального отравило ЦРУ или вообще его никто не травил, он заболел. Он сказал, что России никто не дал никаких документов из Франции или откуда-то еще и вот поэтому давайте страницу перевернем.
Про коронавирус все повторил, что говорил ранее. Поэтому QR-кодам быть, а, возможно, что и штрафам. Пока Путин отвергает эту идею, но намек на коммунистов, которые всех при СССР "шмяк, шмяк, шмяк и все", а теперь борются с прививками, был довольно прозрачный.
Но главное, как обычно, это те вопросы, которые не задали:
- про "Мемориал".
- про Сергея Зуева.
- про Ильшата Гафурова, а ведь его, доверенное лицо Путина на выборах, сопредседателя татарского ОНФ и единоросса, подозревают в организации убийства.
- про всю ситуацию с Александром Сокуровым.
- про Чечню и Рамзана Кадырова.
- про закон о региональной власти.
- про закон о местном самоуправлении.
- про россиян в белорусских тюрьмах.
Не дали слова иностранным агентам "Дождю" и "Медузе", хотя вчера говорили, что дадут. Даже мурзилочному украинцу Цимбалюку и то не дали.
В итоге все превратилось в гибрид "Сельского часа", "Поля Чудес" и "Радионяни", замешанный на "Празднике урожая во Дворце труда".
Путин занят переделом мира с США и НАТО, вот на этих вопросах были и азарт, и горящие глаза.
Никаких чувств не было - ни тревоги, ни опасности, несмотря на миллион избыточной смертности в стране, ни надежды, ни перспектив. Месседж стране никакой послан не был. Да и даже журналисты вряд ли шли услышать то, что услышали.
У Лукашенко, если что, было 8 часов 15 минут. Как говорится, в одну калитку.
Но у Путина, во-первых, драйва первых лет уже нет и все превратилось просто в обязанность и традицию. Не хочется, так сказать, а надо. И это очень и очень бросается в глаза.
Во-вторых, из всех вопросов дай Бог пять были острыми. В том числе условно острый вопрос Собчак из серии: "Владимир Владимирович, вы вот у генерала ФСИН швабру забрали, но вы ее не выбрасывайте, отдайте лучше больным детям". Такая Катя Винокурова с Мариной Ахмедовой будто вселились в Собчак.
Острые вопросы, пожалуй, что ВВС, "Эхо Москвы", "Культура", как ни странно, относительно острые у нескольких западных СМИ.
И ничего нового! Иноагенты будут, фамилию Навального не произносит, фамилий Политковской и Немцова тоже не было произнесено. Оказывается, заказчики убийства Немцова в тюрьме сидят. Может это мы чего-то не знаем?
Единственное важное, что Путин сказал, это предложение перевернуть страницу с отравлением Навального. Но тут интересно, что отвечая на вопрос, президент ведь не говорил о том, что Навального отравило ЦРУ или вообще его никто не травил, он заболел. Он сказал, что России никто не дал никаких документов из Франции или откуда-то еще и вот поэтому давайте страницу перевернем.
Про коронавирус все повторил, что говорил ранее. Поэтому QR-кодам быть, а, возможно, что и штрафам. Пока Путин отвергает эту идею, но намек на коммунистов, которые всех при СССР "шмяк, шмяк, шмяк и все", а теперь борются с прививками, был довольно прозрачный.
Но главное, как обычно, это те вопросы, которые не задали:
- про "Мемориал".
- про Сергея Зуева.
- про Ильшата Гафурова, а ведь его, доверенное лицо Путина на выборах, сопредседателя татарского ОНФ и единоросса, подозревают в организации убийства.
- про всю ситуацию с Александром Сокуровым.
- про Чечню и Рамзана Кадырова.
- про закон о региональной власти.
- про закон о местном самоуправлении.
- про россиян в белорусских тюрьмах.
Не дали слова иностранным агентам "Дождю" и "Медузе", хотя вчера говорили, что дадут. Даже мурзилочному украинцу Цимбалюку и то не дали.
В итоге все превратилось в гибрид "Сельского часа", "Поля Чудес" и "Радионяни", замешанный на "Празднике урожая во Дворце труда".
Путин занят переделом мира с США и НАТО, вот на этих вопросах были и азарт, и горящие глаза.
Никаких чувств не было - ни тревоги, ни опасности, несмотря на миллион избыточной смертности в стране, ни надежды, ни перспектив. Месседж стране никакой послан не был. Да и даже журналисты вряд ли шли услышать то, что услышали.