Уже несколько читателей обратилось ко мне с вопросом, который звучит примерно так: «сама концепция повсеместных углеродных кошельков кажется ужасной, но не является ли это перераспределением доходов, когда богатые будут покупать квоты на CO2 у бедных?». — Нет, не является, но именно такое понимание гениальные авторы зелёной инициативы в неё и закладывают. Как убедить население добровольно согласиться на налог на воздух? — Надо сместить акцент с необходимости платить этот налог, на возможность продать углеродные единицы богачу, который уже в 10 раз за год возжелал слетать в Монако.
Персональные углеродные кредиты — это не раздача денег, это их отжим. Возможно, что лишь те, кто ничего слаще редьки в своей жизни не пробовал действительно получат бонус [в виде ещё одного килограмма редьки]. Бедные слои населения не будут успевать расходовать углеродные квоты, потому что у них в принципе нет денег на некоторую норму потребления, необходимую для сжигания этих самых квот. Однако в целом всё для всех станет дороже. И для богатых, в отличие от бедных, плюс 10-20-30% к стоимости потребительской корзины слабоощутимы.
Причём речь не про редких миллиардеров. Если твой доход хотя бы в 10 раз выше среднего по стране (что, на мой взгляд, очень далеко от категории «богатый»), то тебе не сложно наскрести дополнительную сотню баксов к стоимости авиабилета. А если твой доход на уровне среднего по стране или ниже, то ты уже либо не полетишь, либо ради экономии квоты на единственный в году отпуск начнешь ограничивать свой углеродных след с куда большим рвением, чем самая рьяная фитоняшка ограничивает себя в калориях.
Хочу подчеркнуть, что налог на воздух — это не фигура речи. Купил стейк? — Это 100 единиц углеродного следа. А вот если бы ты купил соевое мясо, тогда следов бы никаких не было. Покупаешь хлеб Бородинский? А ты уверен, что его производитель с высоким рейтингом ESG? Покупай хлеб от Harry's, у них трансгендер в совете директоров и ещё они жертвуют в Greenpeace, они «правильные» и за покупку их продукции углеродные следы не списываются. То есть перераспределение денег подразумевается, но не между богатыми и бедными, а между одними богатыми и другими. #esg
Персональные углеродные кредиты — это не раздача денег, это их отжим. Возможно, что лишь те, кто ничего слаще редьки в своей жизни не пробовал действительно получат бонус [в виде ещё одного килограмма редьки]. Бедные слои населения не будут успевать расходовать углеродные квоты, потому что у них в принципе нет денег на некоторую норму потребления, необходимую для сжигания этих самых квот. Однако в целом всё для всех станет дороже. И для богатых, в отличие от бедных, плюс 10-20-30% к стоимости потребительской корзины слабоощутимы.
Причём речь не про редких миллиардеров. Если твой доход хотя бы в 10 раз выше среднего по стране (что, на мой взгляд, очень далеко от категории «богатый»), то тебе не сложно наскрести дополнительную сотню баксов к стоимости авиабилета. А если твой доход на уровне среднего по стране или ниже, то ты уже либо не полетишь, либо ради экономии квоты на единственный в году отпуск начнешь ограничивать свой углеродных след с куда большим рвением, чем самая рьяная фитоняшка ограничивает себя в калориях.
Хочу подчеркнуть, что налог на воздух — это не фигура речи. Купил стейк? — Это 100 единиц углеродного следа. А вот если бы ты купил соевое мясо, тогда следов бы никаких не было. Покупаешь хлеб Бородинский? А ты уверен, что его производитель с высоким рейтингом ESG? Покупай хлеб от Harry's, у них трансгендер в совете директоров и ещё они жертвуют в Greenpeace, они «правильные» и за покупку их продукции углеродные следы не списываются. То есть перераспределение денег подразумевается, но не между богатыми и бедными, а между одними богатыми и другими. #esg