Репост из: Николай Стариков
Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Системный ответ Западу: государственные инвестиции должны работать на победу
Об этом в прямом эфире программы «Вечер с Владимиром @SolovievLive Соловьёвым» на канале Россия-1 заявил вице-спикер Государственной Думы от фракции «Справедливая Россия» Александр @ambabakov Бабаков.
Уничтожение любого промышленного объекта выводит из экономического процесса элементы, ранее обеспеченные деньгами. Продление кредитов или выдача новых, пусть даже льготных, лишь усиливает нагрузку на бюджет и предприятия. В такой ситуации необходимы другие подходы: создание государством денег под конкретные проекты, списание невозвратных кредитов и прямое финансирование восстановления. Это не затраты, а инвестиции в безопасность и суверенитет, у которых нет цены.
Подобные инструменты уже применялись в России. При санации банковской системы Центральный банк выдавал Агентству по страхованию вкладов кредиты под 0,5% на 10–15 лет, а банки получали средства под 0,51%. Если практически бесплатное долгосрочное финансирование использовалось для оздоровления банков, такой же механизм может применяться для предприятий, пострадавших в условиях СВО, и для закупки необходимого оборудования, включая дизель-генераторы.
Инвестиции не изымают средства из экономики, а добавляют ресурсы для развития. Даже в годы Великой Отечественной войны вводились электростанции и строилось метро: в 1942–1943 годах в Москве открыли семь станций. Советское Правительство понимало необходимость расширения производства и инфраструктуры в самый сложный период, не прибегая к секвестру бюджета.
Показателен пример РЖД: при выручке около 3,7 триллиона рублей и прибыли 292 миллиарда почти 250 миллиардов ушли на проценты. Естественная монополия, отвечающая за железнодорожную систему страны и такие проекты, как Восточный полигон и высокоскоростные магистрали, вынуждена финансировать государственные задачи по рыночным ставкам. Между тем ВСМ решает сразу транспортные, технологические, экологические и социально-экономические задачи, а значит, должна обеспечиваться государственными инвестициями.
Таких проектов много — от транспортной инфраструктуры до энергетики. Для их реализации не нужно сокращать бюджет: его необходимо увеличивать за счёт имеющихся государственных инструментов, включая эмиссию под конкретные проекты. Одновременно требуется макроэкономическое планирование и открытое сопоставление того, какой должна стать Россия через пять и десять лет. Рост ВВП на 1,3% нельзя считать достаточным, поскольку около 2% — лишь восстановительный уровень экономики.
Об этом в прямом эфире программы «Вечер с Владимиром @SolovievLive Соловьёвым» на канале Россия-1 заявил вице-спикер Государственной Думы от фракции «Справедливая Россия» Александр @ambabakov Бабаков.
«Запад сегодня рассчитывает на усиление настроений внутри нашей страны, направленных на реакцию на то, что происходит. И, конечно же, наш ответ должен быть системным, государственным, солидарным с точки зрения общества.
Победа не может быть результатом действий одного из субъектов. Это результат общей консолидации усилий всего общества. Население реагирует очень адекватно: подчёркивает и осознание проблем, и консолидацию вокруг руководства страны, и понимание того, что проблемы общие», — заявил Бабаков.
Уничтожение любого промышленного объекта выводит из экономического процесса элементы, ранее обеспеченные деньгами. Продление кредитов или выдача новых, пусть даже льготных, лишь усиливает нагрузку на бюджет и предприятия. В такой ситуации необходимы другие подходы: создание государством денег под конкретные проекты, списание невозвратных кредитов и прямое финансирование восстановления. Это не затраты, а инвестиции в безопасность и суверенитет, у которых нет цены.
Подобные инструменты уже применялись в России. При санации банковской системы Центральный банк выдавал Агентству по страхованию вкладов кредиты под 0,5% на 10–15 лет, а банки получали средства под 0,51%. Если практически бесплатное долгосрочное финансирование использовалось для оздоровления банков, такой же механизм может применяться для предприятий, пострадавших в условиях СВО, и для закупки необходимого оборудования, включая дизель-генераторы.
Инвестиции не изымают средства из экономики, а добавляют ресурсы для развития. Даже в годы Великой Отечественной войны вводились электростанции и строилось метро: в 1942–1943 годах в Москве открыли семь станций. Советское Правительство понимало необходимость расширения производства и инфраструктуры в самый сложный период, не прибегая к секвестру бюджета.
Показателен пример РЖД: при выручке около 3,7 триллиона рублей и прибыли 292 миллиарда почти 250 миллиардов ушли на проценты. Естественная монополия, отвечающая за железнодорожную систему страны и такие проекты, как Восточный полигон и высокоскоростные магистрали, вынуждена финансировать государственные задачи по рыночным ставкам. Между тем ВСМ решает сразу транспортные, технологические, экологические и социально-экономические задачи, а значит, должна обеспечиваться государственными инвестициями.
Таких проектов много — от транспортной инфраструктуры до энергетики. Для их реализации не нужно сокращать бюджет: его необходимо увеличивать за счёт имеющихся государственных инструментов, включая эмиссию под конкретные проекты. Одновременно требуется макроэкономическое планирование и открытое сопоставление того, какой должна стать Россия через пять и десять лет. Рост ВВП на 1,3% нельзя считать достаточным, поскольку около 2% — лишь восстановительный уровень экономики.
«Цель — победа. Новая экономическая модель, о которой мы говорим, предполагает суверенитет, в том числе финансовый. Если из экономической аргументации изымается тема СВО, то исчезает адекватная оценка перспектив развития нынешнего и завтрашнего периода. Мы должны понимать, что победа в наших руках», — заключил Бабаков.