Трендом прошедшей недели неожиданно стало обращение к традиционным СМИ. Теперь газету хочется не только читать онлайн, но и приберечь номер для коллекции.
В целом, очередной волнорез сработал, ничего не скажешь.
В начале недели мы наблюдали своеобразную атаку на государственные компании, а в середине — своеобразный ответ «современного славянофила современным же западникам». Интересно, что публикация вызвала неоднозначную реакцию внутри редакции самой «Новой Газеты», причем кроме раскола внутри либеральной газеты заговорили и о расколе внутри российской либеральной общественности. Оценки личности Константина Богомолова тоже разнятся: кто-то называет его «идеологом нашего ответа «новой этике», кто-то называет манифест аналогом мюнхенской речи Путина и «суверенной демократии» Суркова. Последнего, к слову, даже считают автором манифеста и говорят о возможном возвращении в публичную политику. Сам Сурков все подозрения отвергает, сравнивая Богомолова с Явлинским и противопоставляя их Навальному.
За 4 дня «Новая Газета» опубликовала не менее 5 мнений и 1 открытое письмо в ответ на Манифест. Сложно сказать, стоит он того или это муки совести либеральной повестки, хотя нет, не сложно.
В то же время, альтернативный ответ Алексея Нечаева на «Эхо Москвы» схожего резонанса не вызвал, хотя для людей понимающих совершенно очевидно: это битва двух идеологий, которая не случилась.
МС справа, МС с ультраправа — представьтесь.
В целом, очередной волнорез сработал, ничего не скажешь.
В начале недели мы наблюдали своеобразную атаку на государственные компании, а в середине — своеобразный ответ «современного славянофила современным же западникам». Интересно, что публикация вызвала неоднозначную реакцию внутри редакции самой «Новой Газеты», причем кроме раскола внутри либеральной газеты заговорили и о расколе внутри российской либеральной общественности. Оценки личности Константина Богомолова тоже разнятся: кто-то называет его «идеологом нашего ответа «новой этике», кто-то называет манифест аналогом мюнхенской речи Путина и «суверенной демократии» Суркова. Последнего, к слову, даже считают автором манифеста и говорят о возможном возвращении в публичную политику. Сам Сурков все подозрения отвергает, сравнивая Богомолова с Явлинским и противопоставляя их Навальному.
За 4 дня «Новая Газета» опубликовала не менее 5 мнений и 1 открытое письмо в ответ на Манифест. Сложно сказать, стоит он того или это муки совести либеральной повестки, хотя нет, не сложно.
В то же время, альтернативный ответ Алексея Нечаева на «Эхо Москвы» схожего резонанса не вызвал, хотя для людей понимающих совершенно очевидно: это битва двух идеологий, которая не случилась.
МС справа, МС с ультраправа — представьтесь.