Репост из: Яды и демоны.
Что нужно для праздника?
Друзья? Семья? Бутылка коньяка? Фунт мяса? Фривольная раскрасавица? Ломящийся от яств стол? Хорошая погода? Хорошая книга? Дорогой лимузин? Дом в Швейцарии или, на худой конец, усадьба в Подмосковье с холопами на конюшне? Пистолет?
Может показаться, что это всё вкупе и требуется для праздника. И ещё грядка под помидоры и счёт в бельгийском банке.
Ничего подобного. Праздник происходит в душе.
И ему ничего не надо, но он рад всему и всем, кто готов его разделить.
Там всем и всему найдется место.
И при этом не требуется ничего.
И даже уходя в закат босой и голый, всё, что тебе требуется, ты несешь в себе.
И тогда тепло твоего тела растопит снега, звук твоего голоса призовет жизнь, твоя искренняя молитва заставит небеса содрогнуться.
И вот ты, вышедший голым в ледяную вьюгу, сидишь за столом, полным яств. Слева — семья и дети, справа — фривольные подруги, позади — лихие друзья, в кармане — люгер и леденец, а впереди — вечная жизнь.
Или, может, твоё бренное тело, оставшееся за этим столом или в сугробе, и вечная душа, нашедшая вечный праздник.
Друзья? Семья? Бутылка коньяка? Фунт мяса? Фривольная раскрасавица? Ломящийся от яств стол? Хорошая погода? Хорошая книга? Дорогой лимузин? Дом в Швейцарии или, на худой конец, усадьба в Подмосковье с холопами на конюшне? Пистолет?
Может показаться, что это всё вкупе и требуется для праздника. И ещё грядка под помидоры и счёт в бельгийском банке.
Ничего подобного. Праздник происходит в душе.
И ему ничего не надо, но он рад всему и всем, кто готов его разделить.
Там всем и всему найдется место.
И при этом не требуется ничего.
И даже уходя в закат босой и голый, всё, что тебе требуется, ты несешь в себе.
И тогда тепло твоего тела растопит снега, звук твоего голоса призовет жизнь, твоя искренняя молитва заставит небеса содрогнуться.
И вот ты, вышедший голым в ледяную вьюгу, сидишь за столом, полным яств. Слева — семья и дети, справа — фривольные подруги, позади — лихие друзья, в кармане — люгер и леденец, а впереди — вечная жизнь.
Или, может, твоё бренное тело, оставшееся за этим столом или в сугробе, и вечная душа, нашедшая вечный праздник.