Давно не писал, но пауза оказалась показательной.
2025 год и начало 2026 лишь зафиксировали направление, в котором мы с вами движемся. Мир подходит к фазе больших войн не из-за злой воли отдельных людей, а потому что сама политико-экономическая система толкает нас к этому. Когда противоречия накапливаются, власть ищет не решение, а оправдание, и начинает закручивать гайки. Вину перекладывают на что угодно: на веру, на нацию, на взгляды, на образ жизни, на «испорченную» человеческую природу. Но источник кризиса не в людях, а в системе, и именно это сегодня становится всё труднее скрывать.
Рыночная экономика требует роста, государства же требуют лояльности, а результатом становится война как способ разрядки накопленного напряжения. Марк Аврелий писал, что людей мучают не вещи, а представления о них. Современная система это усвоила и потому занята не устранением причин, а управлением представлениями, создавая образ врага и объясняя им всё подряд.
Правые всех оттенков сейчас лихорадочно ищут козла отпущения. Где то это мигрант, где то меньшинство, где то молодёжь, а где то давно умерший Советский Союз. Победившая система уже больше тридцати лет повторяет, что социализм «нежизнеспособен», и одновременно не может прожить ни одного кризиса без того, чтобы не обвинить его тень. Это выглядит почти комично. Если строй так окончательно победил, зачем ему постоянно оправдываться и переписывать прошлое.
Ницше говорил, что всякая уставшая культура начинает ненавидеть жизнь и искать виновных в собственной слабости. Мы видим это в чистом виде. Нам обещали прогрессивный капитализм, технологии и инновации, а получили мир, где ракеты летают над головами регулярно и не в космос, только теперь это считается нормой и даже прогрессом. Система сделала так, что человек всегда находится в ситуации, но не выбирает условия, в которых оказался. Сегодня миллионы людей оказались в ситуации, где выборы сведены к принятию чужих решений.
История при этом никуда не делась. Она не закончилась и не замерла. Маркс писал, что новая революция неизбежна вслед за новым кризисом, и речь шла не о романтике, а о логике развития. Ленин говорил о сломанном льде и открытом пути, подчёркивая, что вопрос не в сроках и не в именах, а в направлении. Даже Сталин, отвечая Уэллсу, напоминал, что гниение старого порядка ещё не означает его автоматического падения, для этого требуется усилие и время.
Сегодня мы живём именно в такой точке. Старый порядок трещит, но отчаянно цепляется за себя, усиливая давление и расширяя войну как способ самосохранения. Диалектика здесь проста и беспощадна. Чем сильнее система доказывает свою «вечность», тем явственнее она демонстрирует собственную историческую конечность.
2025 год и начало 2026 лишь зафиксировали направление, в котором мы с вами движемся. Мир подходит к фазе больших войн не из-за злой воли отдельных людей, а потому что сама политико-экономическая система толкает нас к этому. Когда противоречия накапливаются, власть ищет не решение, а оправдание, и начинает закручивать гайки. Вину перекладывают на что угодно: на веру, на нацию, на взгляды, на образ жизни, на «испорченную» человеческую природу. Но источник кризиса не в людях, а в системе, и именно это сегодня становится всё труднее скрывать.
Рыночная экономика требует роста, государства же требуют лояльности, а результатом становится война как способ разрядки накопленного напряжения. Марк Аврелий писал, что людей мучают не вещи, а представления о них. Современная система это усвоила и потому занята не устранением причин, а управлением представлениями, создавая образ врага и объясняя им всё подряд.
Правые всех оттенков сейчас лихорадочно ищут козла отпущения. Где то это мигрант, где то меньшинство, где то молодёжь, а где то давно умерший Советский Союз. Победившая система уже больше тридцати лет повторяет, что социализм «нежизнеспособен», и одновременно не может прожить ни одного кризиса без того, чтобы не обвинить его тень. Это выглядит почти комично. Если строй так окончательно победил, зачем ему постоянно оправдываться и переписывать прошлое.
Ницше говорил, что всякая уставшая культура начинает ненавидеть жизнь и искать виновных в собственной слабости. Мы видим это в чистом виде. Нам обещали прогрессивный капитализм, технологии и инновации, а получили мир, где ракеты летают над головами регулярно и не в космос, только теперь это считается нормой и даже прогрессом. Система сделала так, что человек всегда находится в ситуации, но не выбирает условия, в которых оказался. Сегодня миллионы людей оказались в ситуации, где выборы сведены к принятию чужих решений.
История при этом никуда не делась. Она не закончилась и не замерла. Маркс писал, что новая революция неизбежна вслед за новым кризисом, и речь шла не о романтике, а о логике развития. Ленин говорил о сломанном льде и открытом пути, подчёркивая, что вопрос не в сроках и не в именах, а в направлении. Даже Сталин, отвечая Уэллсу, напоминал, что гниение старого порядка ещё не означает его автоматического падения, для этого требуется усилие и время.
Сегодня мы живём именно в такой точке. Старый порядок трещит, но отчаянно цепляется за себя, усиливая давление и расширяя войну как способ самосохранения. Диалектика здесь проста и беспощадна. Чем сильнее система доказывает свою «вечность», тем явственнее она демонстрирует собственную историческую конечность.