Чонгук не успевает отдернуть руку.

Пасть распахивается. Она огромная: темная, бездонная, в ширину размером с обруч. Внутри блестят длинные острые клыки, как у акулы, в несколько неровных рядов. Между ними тянутся вязкие нити слюны; толстый скрюченный язык ворочается в глубине, задевая застрявшие у десен ошметки травы, мелкие перья и белые острые крошки, подозрительно похожие на осколки костей.

Запах ударяет в лицо: перегной, сырость и забродившая кровь.

«Все-таки сожрет».