🕊️ «Amoris Laetitia»: 10 лет спустя.
На этой недере в Ватикане открылась встреча, посвящённая 10-летию апостольского обращения Папы Франциска «Amoris Laetitia» («Радость любви»). Папа Лев XIV созвал глав Восточных Церквей и председателей епископских конференций, чтобы обсудить, как этот документ повлиял на жизнь Церкви за прошедшее десятилетие.
Ватикан ясно дал понять: документ не будет переписан. Речь идёт о том, чтобы закрепить тот «пастырский поворот», который был начат в 2016 году. Напомним, что «Amoris Laetitia» открыла дверь для людей, находящихся в сложных ситуациях (например, разведённых и повторно женившихся), к участию в таинствах — через процесс «сопровождения и различения» совести. В определённых случаях это могло означать и допуск к Причастию, что вызвало огромные споры в католическом мире.
С одной стороны, нельзя не заметить: в самом подходе «Amoris Laetitia» есть что-то, что резонирует с лютеранским акцентом на благодать и Евангелие для грешника. Ещё в 2016 году представитель Объединённой Евангелическо-Лютеранской Церкви Германии епископ Карл-Хинрих Манцке назвал этот документ «примечательным и удивительным» именно потому, что Папа Франциск «ратует за милосердие в обращении с теми, кто не соответствует требованиям Писания к браку и семье».
Это близко лютеранскому сердцу: Церковь — это не сообщество совершенных, а «больница для грешников». Христос пришёл не к праведникам, а к тем, кто нуждается в исцелении.
Но есть и важное «но».
Лютеранское понимание брака принципиально отличается от римско-католического. Для нас брак — не таинство в строгом смысле слова. Мартин Лютер не находил в Писании основания для того, чтобы считать брак особым таинством, установленным Христом. Брак — это благословенное Богом установление, но не средство благодати наравне с Крещением и Причастием.
Поэтому для лютеран вопрос стоит иначе: не «кто достоин приступить к алтарю?», а «для кого предназначена Чаша Господня?». Ответ Лютера прост: для всех, кто слышит слова Христа «сие есть Тело Моё, за вас отдаваемое» и верует в них. Причастие — не награда за безупречную жизнь, а дар прощения и укрепления веры для тех, кто признаёт свою нужду в Спасителе.
Когда мы читаем новости о том, что Ватикан «запечатывает» разрыв с традиционным учением, а не исправляет его, нам, лютеранам, стоит помнить о главном: Бог призывает прийти к Причастию всех от Петра до Иуды.
На этой недере в Ватикане открылась встреча, посвящённая 10-летию апостольского обращения Папы Франциска «Amoris Laetitia» («Радость любви»). Папа Лев XIV созвал глав Восточных Церквей и председателей епископских конференций, чтобы обсудить, как этот документ повлиял на жизнь Церкви за прошедшее десятилетие.
Ватикан ясно дал понять: документ не будет переписан. Речь идёт о том, чтобы закрепить тот «пастырский поворот», который был начат в 2016 году. Напомним, что «Amoris Laetitia» открыла дверь для людей, находящихся в сложных ситуациях (например, разведённых и повторно женившихся), к участию в таинствах — через процесс «сопровождения и различения» совести. В определённых случаях это могло означать и допуск к Причастию, что вызвало огромные споры в католическом мире.
С одной стороны, нельзя не заметить: в самом подходе «Amoris Laetitia» есть что-то, что резонирует с лютеранским акцентом на благодать и Евангелие для грешника. Ещё в 2016 году представитель Объединённой Евангелическо-Лютеранской Церкви Германии епископ Карл-Хинрих Манцке назвал этот документ «примечательным и удивительным» именно потому, что Папа Франциск «ратует за милосердие в обращении с теми, кто не соответствует требованиям Писания к браку и семье».
Это близко лютеранскому сердцу: Церковь — это не сообщество совершенных, а «больница для грешников». Христос пришёл не к праведникам, а к тем, кто нуждается в исцелении.
Но есть и важное «но».
Лютеранское понимание брака принципиально отличается от римско-католического. Для нас брак — не таинство в строгом смысле слова. Мартин Лютер не находил в Писании основания для того, чтобы считать брак особым таинством, установленным Христом. Брак — это благословенное Богом установление, но не средство благодати наравне с Крещением и Причастием.
Поэтому для лютеран вопрос стоит иначе: не «кто достоин приступить к алтарю?», а «для кого предназначена Чаша Господня?». Ответ Лютера прост: для всех, кто слышит слова Христа «сие есть Тело Моё, за вас отдаваемое» и верует в них. Причастие — не награда за безупречную жизнь, а дар прощения и укрепления веры для тех, кто признаёт свою нужду в Спасителе.
Когда мы читаем новости о том, что Ватикан «запечатывает» разрыв с традиционным учением, а не исправляет его, нам, лютеранам, стоит помнить о главном: Бог призывает прийти к Причастию всех от Петра до Иуды.