АНГЕЛЫ СЛЕВА И СПРАВА
И я в серединке. Между прочим, я их так друг другу и представила:
— Юля, мой ангел-хранитель. Юлечкин, знакомься, это Лена, твоя коллега.
Где-то наверху реальные ангелы заулыбались: нашего полку прибыло, иной раз и работы поменьше будет…
• • •
Сегодня таки начали химию. Вместо двух с половиной обещанных часов капали почти четыре, но я как-то не особо их и заметила. Болтала с Эшли, читала блоги, знакомилась с новой соседкой… Да! Про соседку надо рассказать отдельно.
Она пришла как раз тогда, когда в меня начали вливать разные жидкости. «Меня зовут Лиза», «А меня Марта, вы там возьмите у меня ещё вешалки, а бананы с полки можно на подоконник переложить», «Да они мне не мешают…»
Честно сказать, я-то приуныла, ибо мне вся прошлая неделя, которую я провела одна в палате, очень понравилась. Вот, думаю, уроки теперь йок (а я таки умудряюсь иногда их проводить, хоть и не каждый день), музыку только в наушниках, и вообще… В общем, вы меня понимаете.
Потом Лизу позвали на разметку — кто лучевую терапию проходил, тот знает, а остальным скажу: на пациенте в нужных местах специальной красной краской рисуют крестики, которые очень нежелательно смывать. Это чтобы оператор видел, куда луч направлять. Периодически потом подрисовывают, ибо не мыться вообще — не наш путь.
Когда мне всё, что положено, прокапали, я собралась идти курить. 20 часов без сигарет продержалась, между прочим, и не потому что нельзя было — просто челлендж такой: смогу или нет? Смогла вот.
Потом сразу обед, а после него возвращаюсь я в палату — иии… никого нет. Ни Лизы, ни её вещей. Я к медсестре:
— У меня соседку похитили! Грабёж!
— А её в отдельную палату переселили, — улыбается Танечка.
И тут я вспомнила: в выходные у нас вечером сработала сирена. Прибежал охранник, и мы бегали по отделению, пытаясь определить, не идёт ли откуда-то дым.
— Ординаторская! — сказал охранник. — На пульте её показывает.
Но ординаторская оказалась заперта, мы по очереди приложили носы к двери — никакого запаха оттуда не доносилось, и звуков тоже.
— А соседняя палата?
— Пожалуйста, — медсестра распахнула дверь, за которой стояли две идеально убранные кровати. — Здесь вообще никто не живёт.
Сирену вскоре выключили, видимо, это был сбой, а я запомнила, что у нас в отделении есть свободные палаты. Ну, это пока. Вполне возможно, что кого-нибудь ко мне всё же подселят. Не дай Бог, конечно, если любительницу телешоу: телик-то прямо у меня над головой… но если и так, бум бороцца. В конце концов, погода не всегда будет такая, как сейчас. А около главного здания есть чудесные беседки, я уже разведала. Потеплеет — буду писать там.
• • •
Звоню папе каждый день.
— Как я тебя жду! — говорит каждый раз. — Сколько ж тебе там ещё лежать?
— Скорее всего, до конца мая, пап.
— Ух, как долго! Но главное, чтобы вылечили. А меня вот тоже собрались в больницу положить. На недельку, обследоваться.
— Это очень хорошо, пап. Сменишь обстановку, будет у тебя мини-курорт. И таблеточки все тебе пропишут, какие надо.
— Так считаешь? Ну тогда ложусь. Это всё Аня организовала, соседка моя.
Аня — это третий ангел-хранитель, и мой, и папин. Невероятная. Живёт в соседнем доме, её пятилетний сын рисует такие картины, что я лично с трудом поверила: думала, это кто-то из маститых. Если бы не Аня, даже не знаю, как бы мы справились с похоронами мамы. Но её стараниями делать ни мне, ни папе почти ничего не пришлось.
Кругом ангелы. У вас ведь тоже?
#онкохроники
И я в серединке. Между прочим, я их так друг другу и представила:
— Юля, мой ангел-хранитель. Юлечкин, знакомься, это Лена, твоя коллега.
Где-то наверху реальные ангелы заулыбались: нашего полку прибыло, иной раз и работы поменьше будет…
• • •
Сегодня таки начали химию. Вместо двух с половиной обещанных часов капали почти четыре, но я как-то не особо их и заметила. Болтала с Эшли, читала блоги, знакомилась с новой соседкой… Да! Про соседку надо рассказать отдельно.
Она пришла как раз тогда, когда в меня начали вливать разные жидкости. «Меня зовут Лиза», «А меня Марта, вы там возьмите у меня ещё вешалки, а бананы с полки можно на подоконник переложить», «Да они мне не мешают…»
Честно сказать, я-то приуныла, ибо мне вся прошлая неделя, которую я провела одна в палате, очень понравилась. Вот, думаю, уроки теперь йок (а я таки умудряюсь иногда их проводить, хоть и не каждый день), музыку только в наушниках, и вообще… В общем, вы меня понимаете.
Потом Лизу позвали на разметку — кто лучевую терапию проходил, тот знает, а остальным скажу: на пациенте в нужных местах специальной красной краской рисуют крестики, которые очень нежелательно смывать. Это чтобы оператор видел, куда луч направлять. Периодически потом подрисовывают, ибо не мыться вообще — не наш путь.
Когда мне всё, что положено, прокапали, я собралась идти курить. 20 часов без сигарет продержалась, между прочим, и не потому что нельзя было — просто челлендж такой: смогу или нет? Смогла вот.
Потом сразу обед, а после него возвращаюсь я в палату — иии… никого нет. Ни Лизы, ни её вещей. Я к медсестре:
— У меня соседку похитили! Грабёж!
— А её в отдельную палату переселили, — улыбается Танечка.
И тут я вспомнила: в выходные у нас вечером сработала сирена. Прибежал охранник, и мы бегали по отделению, пытаясь определить, не идёт ли откуда-то дым.
— Ординаторская! — сказал охранник. — На пульте её показывает.
Но ординаторская оказалась заперта, мы по очереди приложили носы к двери — никакого запаха оттуда не доносилось, и звуков тоже.
— А соседняя палата?
— Пожалуйста, — медсестра распахнула дверь, за которой стояли две идеально убранные кровати. — Здесь вообще никто не живёт.
Сирену вскоре выключили, видимо, это был сбой, а я запомнила, что у нас в отделении есть свободные палаты. Ну, это пока. Вполне возможно, что кого-нибудь ко мне всё же подселят. Не дай Бог, конечно, если любительницу телешоу: телик-то прямо у меня над головой… но если и так, бум бороцца. В конце концов, погода не всегда будет такая, как сейчас. А около главного здания есть чудесные беседки, я уже разведала. Потеплеет — буду писать там.
• • •
Звоню папе каждый день.
— Как я тебя жду! — говорит каждый раз. — Сколько ж тебе там ещё лежать?
— Скорее всего, до конца мая, пап.
— Ух, как долго! Но главное, чтобы вылечили. А меня вот тоже собрались в больницу положить. На недельку, обследоваться.
— Это очень хорошо, пап. Сменишь обстановку, будет у тебя мини-курорт. И таблеточки все тебе пропишут, какие надо.
— Так считаешь? Ну тогда ложусь. Это всё Аня организовала, соседка моя.
Аня — это третий ангел-хранитель, и мой, и папин. Невероятная. Живёт в соседнем доме, её пятилетний сын рисует такие картины, что я лично с трудом поверила: думала, это кто-то из маститых. Если бы не Аня, даже не знаю, как бы мы справились с похоронами мамы. Но её стараниями делать ни мне, ни папе почти ничего не пришлось.
Кругом ангелы. У вас ведь тоже?
#онкохроники